Весло Харона - Алейников Дмитрий Александрович - Страница 57

Лиля щелкнула по клавишам и пододвинула вору микрофон.

— Говори.

Шала наклонился к микрофону, открыл рот, посидел немного и, так ничего и не сказав скрывающемуся за собачьей маской собеседнику, повернулся к Лиле:

— А он точно меня услышит?

— Должен, раз программа работает.

Шала вздохнул тяжело, снова наклонился вперед и произнес по слогам:

— Ле-тит над до-ли-ной.

Несколько секунд собачья голова на экране оставалась неподвижной.

— Шалман, ты?

Несмотря на то что из динамика звук выходил искаженным, дребезжащим и неживым, вор узнал этот голос.

— Я, братан.

— Как жизнь? — молвила голова.

— Все ништяк, братан, — ответил Шала в микрофон. Вор чувствовал себя неуютно: он никак не мог связать того человека, которого шесть лет назад вел через границу, и эту голову, говорившую с ним из недр железной машины.

— У меня к тебе дело.

Это было понятно. Не зря человек, заваривший кашу ради того, чтобы все считали его умершим, объявился через столько лет.

— Я слушаю… — Шала сделал знак Лиле, чтобы она вышла из кабинета.

Секретарша передернула плечами и удалилась, демонстративно виляя бедрами.

— Помнишь про Харона?

Шала покосился на дверь и уселся поудобнее. Эта тема была ему более чем интересна. Еще бы не помнить про Харона!

Кирьянов полагал, что Хильда, даже оставшись в живых, больше не занималась играми с людьми. Она и в самом деле нашла в себе силы отказаться, ответив своим клиентам высокопарной фразой: «Харон положил свое весло». Но Алексей Владимирович и представить себе не мог, какими слухами и легендами обросло имя Харона и какую известность оно приобрело. Взбудораженное событиями в стране человеческое воображение видело тень таинственного Харона за каждым нераскрытым покушением, за каждым самоубийством кого-то из влиятельных лиц, за всем, чему не было дано исчерпывающего объяснения. Никто из тех, кто успел так или иначе убедиться в возможностях кирьяновского протеже, не мог забыть, как под воздействием чьей-то злой воли люди отказывались от постов и чинов, уступали дорогу почти поверженным соперникам, пускали себе пулю в лоб. А гибель банкира Быкова в мае этого года и всплывшие подробности происшествия, указывавшие на то, что кто-то сознательно трепал президенту одного из крупнейших банков нервы, словно дала сигнал. Все бросились искать связь со злым гением, тем более что открытые покушения стали выходить из моды и спрос на подобные услуги сильно вырос.

Сам Шала заплатил бы любую сумму за информацию о Хароне.

— Помню. — Шала забыл спросить у Лили, повторяет ли голова на экране движения говорящего, но на всякий случай кивнул.

— Нужно убрать его.

— Что?! — Шала недоверчиво посмотрел на динамики: не исказила ли машина смысл произнесенных человеком слов?

— Нам с тобой угрожает серьезная опасность. — Голова заговорила быстрее, и разбирать сказанное стало сложней. — Надо опередить его. Сможешь?

— Я же не знаю, кто он.

— Я тебе скажу.

У Шалы пересохли губы. Вот так, среди бела дня, через мудреную машину звонит тебе призрак из прошлого и предлагает прикончить демона смерти.

— Кто?

— Помнишь врача? Женщину-психиатра Хильду Арвидасовну?

Шала задумался. Хильда Арвидасовна. Такое имя не то что запомнить, выговорить было невозможно.

— Не помню. Что за врач?

— Ты с Зыковым Женей общаешься?

— С Жуком?! — Разговор начинал походить на игру в кошки-мышки: такое ощущение, что Кирьянов намеренно водил Шалу за нос, причем водил очень болезненно.

— Да, с Жуком. Он должен помнить эту Хильду, она была экспертом на одном важном для него процессе.

— Жука убили несколько дней назад.

Собачья голова застыла неподвижно, потом челюсть снова задвигалась:

— Шала, нужно срочно навести справки о двоих людях. Борис Беленков и Максим Андросов. Запиши координаты.

— Это не тот Беленков, у которого контора «Белтех»?

— Тот.

— Кончился сегодня ночью. Вскрыл себе вены в камере.

— В камере?!

— Слушай, братан, что ты тут гонишь? Объясни толком! — возмутился Шала. — Андросов — это который рекламой занимался? Кудрявый?

— Кажется. Они дружили когда-то с Жуком и Борисом.

— Погиб на днях. Врезался в столб.

Теперь голова замерла надолго.

— Ну что, будешь говорить, а, братан? — Шалу не на шутку взволновал этот разговор. То, что Кирьянов предупредил об опасности и начал отсылать его к людям, которые только что дали дуба один за другим, в сочетании с именем Харона не могло не беспокоить.

— Шала, узнай точно, как умерли Андросов и Беленков. А самое главное, попытайся найти эту женщину. Как только найдешь, ее нужно сразу убрать. Сразу, понимаешь?

— Понимаю. А зачем?

— Шала, она и есть Харон. И у нее заказ на нас с тобой. Записывай ее старый адрес и место работы. Хильда Арвидасовна…

Шала записал. Кирьянов пообещал скоро связаться с ним и отключился.

Вор задумался, крутя в руке бумажку. Что за Хильда? Он не мог вспомнить. А дело было нешуточное. Сам Харон собирается его… убить? Интересно, как он это сделает, как подберется к нему?

Шала припомнил необъяснимое убийство Жука, непонятные маневры Насоныча, донесение Сергея о предательстве Серпа. Если бы Гуза не был таким идиотом и привез Серпа живым! Теперь еще эти двое. Беленков, почивший в Бозе вместе с деньгами, и Андросов… Шала понял наконец, откуда растут ноги в истории с засадой в рекламном агентстве: Андросов дружил с Жуком. Тот или проболтался, или предупредил старого кореша. А Беленков?! Ведь и его рекомендовал Жук!

И что? Трупы сплетались в логическую цепь, но эта цепь никуда больше не вела. Что затевал Насоныч? Почему в Бобра стреляла какая-то ментовка? О какой девице говорил Сергей? Кто она? И зачем общалась с Хароном?

Вор, как обложенный на охоте зверь, чуял опасность. Он видел разрозненные факты, как хищник видит флажки. Звериное сердце колотилось, гоня кровь, требуя, чтобы мозг нашел выход. Вокруг него гибли люди и происходили необъяснимые вещи, и кольцо сжималось. Времени оставалось все меньше.

Нужно вызвать Сергея. Что с той девчонкой, которую прятал Насоныч? Заодно надо поручить ему навести справки об Андросове и подключить к поискам этой Хильды-Харона.

Но прежде чем позвонить Сергею, Шала набрал другой номер:

— Кудрявый? Здорово, братан. Слушай, наблюдаете за нашим сыщиком? Да? И что там слышно? Как? Две бабы?! Что за бабы? А! Понял я. А! Ждите меня, да? Я сейчас пришлю ребят, привезете всех троих ко мне. Слышишь, да, братан? Ну все. — Он повесил трубку и крикнул, развернувшись к двери: — Лиля! Пойди сюда!

После того как Сергей сообщил ему, что Серп странно себя ведет и получает в камере хранения какие-то деньги, а Гуза доложил, что боевик взялся прикончить Андросова сам, Шала заподозрил неладное. Он решил проверить Серпа, и если бы не этот тугодум Гуза, пришивший падлу безо всяких разборов, то, возможно, узнал бы теперь много интересного. Но вору показалось странным и то, что этот сыскарь Сергей, брезговавший участвовать не только в «мокрых» делах, но и в любых конкретных разборах между братвой, взялся вдруг шакалить за обычными боевиками.

Кудрявый же успел собаку съесть, шпионя за своими, и Шала даже не раздумывал, кому поручить слежку за Сергеем.

ГЛАВА 21

Сначала Хильда не спешила уезжать, опасаясь, что после взрыва в ее кабинете за ней могут пристально наблюдать. К тому же, не выяснив ситуацию со счетами в Цюрихе, она не совсем представляла себе, куда и зачем ехать. И, кстати, с чем. Нет, Кирьянов не скупился и выдавал ей наличными любую часть гонораров. Хильда привыкла жить на широкую ногу, потакая всем своим капризам, и ей даже в голову не приходило откладывать деньги. Зачем? Чтобы потом тащить их через границу вместе с вырученным за проданную квартиру? И вот теперь ей осталась только со вкусом обставленная квартира в «сталинке» на Ленинском проспекте.