Испытание золотом (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 9

— Кубка из твоих рук я больше не возьму, — тут же догадался тот о её мыслях, — и держись теперь подальше от кухни, я отдам распоряжение парням, чтобы тебя и близко теперь к еде не подпускали.

Паула зло посмотрела на слишком догадливого наёмника.

— В общем я не сама пришла к сеньору Иньиго, — крайне нехотя призналась она, — сеньор Арсенио Алькальде был моим покровителем и приказал мне прийти к сеньору Иньиго и заинтересовать его собой.

Взгляд швейцарца стал строгим.

— С какой целью?

Паула поджала губы.

— Следить за ним? — Бернард догадался сам, и Паула нехотя кивнула.

— Так, я больше не буду ничего из тебя вытягивать, — нахмурился швейцарец, — уже этого достаточно, чтобы сеньор Иньиго выкинул тебя из своего дома. Так что рассказывай сама и побыстрее, пока у меня не лопнуло терпение.

— Да! — зло ответила девушка, выплюнув слова, — да, я за вами следила! Первое время! Потом отказалась!

— Меня не устраивает это, мне нужны подробности, — швейцарец стал хмурым, — мне нужно будет решить, что делать дальше.

— Бернард — Паула устало на него посмотрела, поскольку на неё внезапно напала апатия, — ну что ты от меня хочешь услышать? Ты и так знаешь, что я в Аликанте была дорогой проституткой, которая продавала себя за деньги тому, на кого укажет мой покровитель. У него остались письма, которые я писала в качестве отчётов о своих наблюдениях, так что он меня ими шантажировал, что покажет их сеньору Иньиго, если я не вернусь обратно в Аликанте.

— Что значит покровитель? — уточнил швейцарец.

— То и значит, — девушка пожала плечами, — он нашёл меня в порту, нищую, голодную, отдающуюся морякам за еду. Судья накормил, одел, дал мне образование и пристроил в приёмную семью, а затем стал пользоваться мной, словно вещью в своих целях. Впрочем, мои приёмные родители не сильно от него в этом отставали.

— Это те, что умерли, после твоего отъезда из Аликанте? — вспомнил Бернард.

— Я их убила, — просто ответила Паула.

— М-да, — задумался швейцарец, на которого вылился нехилый такой ушат с помоями. Решение по Пауле мог принять только сеньор Иньиго, и никто больше, а это значило, нужно будет ему самому урегулировать вопрос с судьёй, когда они приедут в Аликанте.

— Дай мне слово, что ничего не будешь делать по приезде в город, — нахмурился наёмник, — я с этой проблемой разберусь сам.

Девушка молчала, поскольку в планах у неё было совершенно другое. В Аликанте её должен был ждать молодой Франсиско де Борха, с помощью него она планировала разобраться с главным судьёй, прежде чем избавиться и от него самого.

— Паула, не усугубляй пожалуйста, — повторил Бернард.

— Хорошо, — Паула перекрестилась, затем отмахнулась, словно от мухи, — я же не верю в Бога, он давно бросил меня, так что просто обещаю тебе, что ничего не буду делать с судьёй, когда мы будем в Аликанте. Доволен?

— И расскажешь обо всём сама, сеньору Иньиго, — дополнил он, — как только мы вернёмся в Остию.

— Ты ведь молчать не будешь? — не спросила, а уточнила у мужчины Паула.

— Разумеется нет, поэтому даю тебе возможность первой донести свою версию событий, — кивнул он, — в любом случае, что с тобой будет дальше, решать точно не мне.

— Хорошо Бернард, — тяжело вздохнула девушка, — но хотя бы теперь ты не против поехать сначала в Аревало? Хочу познакомиться с инфантами.

— Не против, — тяжело вздохнул швейцарец, поднимаясь со стула, — теперь, не против. Ты же закрыла все дела с Иосифом Колоном?

— Да, аудит закончен, ломбарды и банки проверены, отчёты запечатаны и упакованы в моём сундуке, — кивнула Паула.

— Тогда в пятницу мы выезжаем, — решил Бернард, и пошёл из комнаты, оставляя девушку в глубокой задумчивости и апатии. Она поняла, что до возвращения к Иньиго, её жизнь больше не имеет особого смысла, поскольку Паула даже не представляла себе, свою дальнейшую жизнь без него, а их ссора в Риме открыла ей глаза на то, что их отношения могут быть легко быть закончены.

Склонив голову, Паула стала жалеть себя, вытирая рукавом дорогого платья бегущие с глаз слёзы.

14 мая 1459 A . D ., Аревало, королевство Кастилия

— Иньиго приехал! Иньиго! — первое, что услышала Паула, когда их запылённый и уставший отряд втянулся в гостеприимно открывшиеся ворота замка. Она с изумлением посмотрела откуда раздаётся звонкий голос и увидела, как по ступенькам вприпрыжку, подняв руками подолы платья, к ним бежит восьмилетняя красивая девушка.

— Это инфанта Изабелла, — хмыкнул рядом с Паулой Бернард, — боюсь ребёнка ждёт разочарование.

— Иньиго! — рядом с их остановившейся повозкой в нетерпении прыгал ребёнок, показывая поведение, далёкое от того, какое присуще девушке королевской крови.

Но тут подоспели её служанки, которые стали бухтеть, что для девушек в принципе подобное поведение неприлично, не говоря уже об инфантах.

Бернард вылез из повозки первым и поклонился ребёнку.

— Добрый день, инфанта, рад вас видеть такой здоровой и активной.

— Бернард, здравствуйте, — ребёнок сделал быстрое подобие книксена, но сама смотрела снизу вверх в повозку, явно ожидая, что оттуда он вынесет небольшого карлика с весьма язвительным языком.

— Боюсь инфанта, сеньор Иньиго в этот раз не приехал, — сказал он, видя, как ребёнок недоумённо смотрит на то, как из повозки появляется ослепительно красивая молодая девушка в таком дорогом платье, что Изабелла с трудом могла себе представить, сколько оно стоит.

— Кто это, Бернард? — она недоумённо потыкала указательным пальцем в незваную гостью.

— Э-э-э, — подвис швейцарец, думая, как бы корректнее представить ребёнку Паулу.

— Будущая жена, сеньора Иньиго, — сказала сама Паула, вызвав изумлённое восклицание у инфанты.

— Будущая жена Иньиго — это я! — ребёнок скрестил руки на груди, — а вы просто какая-то самозванка. Прошу вас немедленно покинуть наш замок.

В небольшом дворике центрального донжона повисла зловещая тишина, но слава богу подоспел Гонсало Чакон и поприветствовав гостей, одним взглядом усмирил инфанту, передав её в руки своей жены, а сам, видя те взгляды, которые Изабелла метает на приезжую гостью, пошёл разбираться с внезапно возникшей проблемой.

— Бернард, — поздоровался он с наёмником, — что случилось?

— Мне кажется сеньорита Паула с инфантой Изабеллой не подружатся, сеньор Чакон, — хмыкнул швейцарец, — у них похоже одинаковые планы в отношении одного конкретного графа.

Управляющий тяжело вздохнул.

— Я думал эти мысли выветрятся из головы инфанты, но она всё упорствует.

— Ну надеюсь, хотя бы подарки её развеселят, — пожал плечами швейцарец, — как и инфанта Альфонсо.

— Мальчик тоже ждал приезда сеньора Иньиго, пусть и не высказывает этого так явно, как сестра, — улыбнулся дворянин, — он стал очень силён в игре шахматы.

— Паула тоже неплохо играет, — кивнул наёмник, — я часто их видел вместе за доской с сеньором Иньиго.

— Ну отлично, — хмыкнул Гонсало Чакон и они с Бернардом занялись распределением солдат, кто где будет жить, а также другими активностями, связанными с прибытием в замок целой кучи голодных людей.

— Любовница? П-ф-ф, — Изабелла неизвестно откуда узнала настоящий статус Паулы и за ужином, решила об этом просветить всех.

— Инфанта! — Клара Альварнаэс строго посмотрела на ребёнка, затем на Бернарда, которого тоже позвали за стол.

— Это не я ей б этом сказал, — тут же открестился он от подобной чести, вспомнив, что сегодня Изабелла много общалась с его солдатами и задабривала их сладкой пастилой. Но и об этом он тоже благоразумно решил умолчать.

— Инфанта! — Гонсало Чакон тяжело вздохнул, — сеньорита Паула взрослая девушка и в состоянии сама решать с кем ей проводить время.

— Любовница — это не жена и даже не будущая жена! — ребёнок посмотрел на молчавшую девушку с презрением, — она не составит мне конкуренции.