Меч души (СИ) - Романович Роман - Страница 31

— Ты зачем меня кинул⁈ — воскликнул Мышкин. — А если бы уронил⁈

— За кого ты меня принимаешь⁈ — возмутился я. — Твоя основа противоударная! Хочешь, в окно выброшу, проверим⁈

— Н-нет! — раздалось из артефакта.

— Пожалуй, пойду, — вздохнул Зануда. — А как он… Ну, говорит? — посмотрел мужчина на шар в своих руках.

— Магия, — улыбнулся я.

Не признаваться же мне, что чудом, не иначе. Разумеется, тот ритуал, которым была создана Фло в нынешнем виде, я изучил, насколько смог. Мало ли какие жизненные ситуации возникнут. Но разница в том, что Фло сохранила своё тело, а Мышкин сюда наполовину сгнившим влетел. Сохранять особо нечего было. Поэтому ответ на вопрос Зануды — дух Мышкина с помощью маны создаёт звук. Технически вроде бы понятно, но то, что с первого раза получилось — чудо, не иначе.

Следующий день прошёл спокойно. Если так в принципе можно сказать про такие дни. Единственная, кто не впечатлилась происходящим, — Фло. Но она в принципе о многих вещах не беспокоилась. Елена — другое дело. Ничего не сказала, но я видел, что в девушке поселилось беспокойство.

Связка-то напрашивалась сама собой. Не так легко уничтожить Мышкина, известного параноика, ещё и во время войны. Его наверняка должны были охранять и раз не справились, то операцию против мастера проклятий подготовили основательную. Просто чтобы убить? Не верю.

Все мои догадки подтвердились через день. Зануда написал, что меня срочно вызывают.

— Не хочу, — честно написал я.

— Надо.

— Совсем не хочу.

— Совсем надо.

— Ты зануда.

Этот скупой диалог отражал всю гамму скрытых эмоций, которые стояли за ним. Дёрнули меня прямо с утра, даже до института дойти не дали. Зануда приехал на машине, с охраной. Пригласил садиться и повёз в нужное место.

— Что, даже не спросишь, куда едем? — поинтересовался он.

— Кого-то важного прокляли. Остальные мастера проклятий разбежались как тараканы, — зевнул я.

— Верно. Подсказал кто или это настолько очевидно?

— Ты же аналитик. Странно слышать от тебя эти вопросы.

— Но ты-то не аналитик.

— Я Сказитель. Это покруче. А ещё у меня есть богатый опыт диверсионной деятельности против официальной власти, — расплылся я в улыбке.

— Никто в этом не сомневается. Слушать, с чем предстоит иметь дело, будешь?

— Нет, — сказал я и отвернулся, уставившись в окно.

Там ничего интересного не нашёл, подумал и достал книгу. Раз лекции прогуливаю, то хотя бы почитаю что полезное.

Проклятым оказался Богатырёв Павел. Обладатель одного из семи мечей. По совместительству командир крупного отряда, удачливый солдат, герой войны и всё в таком духе.

Находился он в госпитале, в изолированной палате, куда никуда не пускали. Ну, разве что меня свободно пропустили. Предварительно предупредив, что это карантинная зона. На что я наплевал, спокойно пройдя внутрь.

— На врача вы не похожи, — встретил меня ясный взгляд голубых глаз.

Всё остальное к словам «ясное, чистое, здоровое» не относилось. Тело покрывали трупные пятна. Выглядел мужчина плохо. Без всяких сомнений, не будь он сильным одарённым, давно бы отправился к праотцам.

— Я и не врач, — подошёл я ближе. — Плохо дело, господин Богатырёв, — присмотрел я к нему. — Не вижу способа сохранить вам жизнь.

— Вы — мастер-проклятий?

— Формально я ученик мастера проклятий, а фактически экс-проклятый бог с самым обширным опытом. Ещё кузнец, сковавший ваш меч, но это сейчас не особо-то и важно.

— Для своих лет вы сочетаете в себе слишком многое, — недоверчиво сказал мужчина. — Впрочем, мой разум затуманен. Если вы и правда бог, то возраст ваш может быть каким угодно.

— Верная мысль. Насколько вижу, вас прокляли.

— Вы это могли узнать, и не входя сюда, — сказал он раздражённо, поморщившись от боли.

— Также я вижу, — проигнорировал я его слова, — что проклятие прицепилось к душе. Всё остальное — так, мелочь.

— Звучит как приговор.

— Фактически так и есть. Если только в империи случайно не найдётся мастер, умеющий влиять на души. Я умею, но скорее ломать, чем точечно воздействовать. Хм… Надо подумать.

— Приятно, что вы мной заинтересовались, но находиться здесь опасно. Уже несколько человек погибло, пытаясь мне помочь.

— Я не совсем человек. Не отвлекайте. Мешаете думать.

Придвинув стул к койке, я и правда задумался.

Одному демонологу, который очень уж достал, я автограф на душе оставил, отправив его в инферно. Поэтому чисто технически возможность оставить что-то на душе лично у меня имелась. Но я никогда не задумывался, могут ли так поступать другие. Нет, понятно, что могут, но вопрос в том, кто эти другие, есть ли они среди смертных и как вообще устроен этот процесс.

Насколько знаю, у смертных доступ к своей душе закрыт. Как и к чужим душам. На каждый замок найдётся свой ключик, и уверен, иногда рождаются всякие таланты, которые нарушают подобные законы, но… У Рима есть талантливый смертный? Талантливый полубог? Чья-то персонификация, которая развлекается?

— Господин Богатырёв… — позвал я.

— Лучше просто Павел. Что мне на смертном одре этот официоз… — сказал он устало.

— Павел так Павел, — пожал я плечами. — У меня один вопрос. Согласны ли вы пройти через крайне тяжёлый ритуал с неизвестно какими шансами и последствиями?

— Если вас привели сюда, значит, лучше плана нет. Согласен.

— Отлично. Сейчас будет весело и совсем не так, как вы ожидаете. Вы, Павел, пока морально настраивайтесь удивляться и не тупить, а я узнаю, где ваш меч, и дам указания. Вы же не пролюбили клинок? — спросил я с подозрением.

— Он у моей семьи.

— А повоевать им успели?

— Обижаете, — усмехнулся он хорошо понятной мне усмешкой.

Я пока не встречал остальных мечников, но что этот Павел, что погибший Иван — одного поля ягода. Отбитые фанаты меча. Неудивительно, что я их с ходу понимаю.

Выйдя из палаты, отдал распоряжения, чтобы притащили меч и готовили самую лучшую бригаду реанимации. Зануда ждал в коридоре, попытался пристать с вопросами, но был проигнорирован.

Остальная подготовка не заняла много времени. Бонус долгой практики — в запасах копятся заготовки на все случаи жизни. И когда я говорю, что на все, то имею в виду, там есть даже походная кузня и всё необходимое для создания меча души.

Павел, пока я готовился, косился на всё это с любопытством. Не самая плохая реакция для человека, который гниёт заживо и считает себя приговорённым. Меч мне принесли. Ритуал я подготовил. Теперь оставалось самое сложное. Не облажаться.

— Сейчас я тебя, Паша, немного убью, но ты не переживай, если выживешь, тебе результат понравится.

— М-м… — промычал Богатырёв. — Мне остаётся положиться на вас.

— Тогда начинаем.

— Что от меня нужно?

— Ну… — почесал я макушку. — Встать сможешь? Это не то чтобы обязательно, но я здесь собрался очень крутой ритуал провести, валяться — как-то не соответствует моменту.

— Если очень надо — встану.

— Тогда прошу сюда, — указал я на ритуальный круг.

Павел телекинезом выдернуть все те трубки и иголки, что в нём торчали. Запищали датчики, но мы на них забили. Дождавшись, когда мужчина займёт позицию, я приступил к делу.

Взяв его меч, который сам и выковал, вогнал клинок мужчине в грудь.

Погнали.

Зануде имелось много чего сказать по поводу возвращения к работе. Так сразу и не определишь, чего больше — плохого или хорошего.

Прямой доступ к императору, полная свобода действий — это дало возможность работать с Эварницким нормально. И, удивительное дело, такой подход приносил плоды. Многие проблемы удавалось решать на стадии их формирования. Или не решать, если в этом был смысл, как с тремя кланами, которые император был не прочь потыкать раскалённой палкой в виде Эварницкого, который за пять минут умудрился втоптать в грязь всех молодых дарований, обозвав их бездарями.