Гадкая, сладкая и любимая - Моран Маша - Страница 6

Корделия снова пожала плечами:

– И что?

К ней вернулись надежда и уверенность. Все обязательно получится! Как говорила бабуля: «Набей себе цену. Кто захочет, купит за дорого. А не захочет, так ты и не дешевка, чтобы продаваться за пару монет.»

Девица наконец пришла в себя и, надменно вскинув подбородок, отчеканила, перебивая дождь:

– Нас прислала старшая госпожа клана Агнаман. Это самое древнее и уважаемое семейство страны. Даже родословная короля не так богата, как семейное древо нашего клана.

Корделия гаденько оскалилась:

– Будем надеяться, король тебя не услышит. А то никакое древо тебе не поможет избежать смерти. Еще и на свой дорогой клан беду накличешь.

Служанка поняла, что сморозила глупость и покраснела от ярости. Телохранитель закатил глаза.

– Мы пришли передать послание от госпожи. Она приказывает вам явиться в поместье.

Корделия разгладила складочку на длинной юбке и улыбнулась:

– А какое право она имеет мне приказывать? Я служу королю нашего славного государства, но никак не госпоже Агнаман. Вот ежели она сама явится и вежливо попросит, тогда я подумаю…

Служанка ее перебила:

– Да как ты смеешь?!

Корделия погрозила ей пальцем:

– Поуважительнее. Ты – служанка, а я – черная ведьма. Как думаешь, кто из нас может доставить другой больше неприятностей?

Казалось, что от возмущения девица в конце концов взорвется. Телохранитель легонько толкнул ее локтем и снова поклонился.

– Клан оказался в затруднительном положении. Прошу, госпожа ведьма, окажите милость и последуйте за нами.

Что ж, тут важно – не перегнуть палку.

Корделия бросила задумчивый взгляд на окно:

– Погода скверная. Пойду соберусь. – Она улыбнулась: – Только из-за того, что ты мило просишь. – Приблизившись к телохранителю, Корделия прошептала ему на ухо так, чтобы слышала противная служанка: – Для тебя приворожу любую госпожу, какую захочешь. Только не эту. Она тебя недостойна.

И пока прислужница не взлетела в воздух от ярости, Корделия направилась на второй этаж наводить на себя красоту, а на окружающих – ужас.

*

Корделия не любила животных, если их нельзя было использовать в ритуалах, гадании или каких-нибудь пакостях. Животные отвечали ей взаимной нелюбовью и искренней враждебностью.

При ее приближении обе лошади, спокойно дожидающиеся всадников, встрепенулись и громко заржали. Сонное и дряхлое животное, на котором, видимо, приехала служанка, злобно глянуло на Корделию сквозь длинную челку. Корделия ответила ей не менее враждебным взглядом. А потом еще и показала язык. Лошадь презрительно фыркнула. Корделия хмыкнула.

Телохранитель наследника прочистил горло:

– Вы поедете вместе с Наас…

Корделия свысока глянула на парнишку, хоть он и был на пару голов выше ее:

– Даже не надейся. Я приближусь к этой мерзкой лошаденке только в одном случае: если она будет мертва.

Лошадь всхрапнула и стукнула копытом по мощеной улочке.

Гуайре, или как там его, тяжело вздохнул:

– Это самая спокойная лошадь в нашем поместье. Не знаю, почему она себя так ведет. Наверное… из-за погоды.

«Ошибаешься, глупыш. Из-за меня» – Корделия проглотила эту фразу и покачала головой.

– Я не умею ездить верхом и не собираюсь сейчас учиться. К тому же, моя одежда не предназначена для мучений верхом на этом монстре.

О, да!.. Сегодня она постаралась выглядеть особенно эффектно. Единственное, что у нее не отобрали, и то, лишь потому, что не смогли найти, – одежду и украшения.

Платье, которое она нынче надела, было свободным и чертовски длинным. Черным ведьмам, вынужденным одеваться во все черным, приходилось всячески изгаляться, чтобы выглядеть одновременно красиво, угрожающе, соблазнительно и при этом не быть похожими друг на друга.

В итоге, именно черные ведьмы стали теми, на кого барышни из приличных семейств пытались равняться.

Когда-то это платье принадлежало бабуле. Почтенная ведьма специально выбрала такой фасон, чтобы напоминать в нем огромную черную ворону. Окруженная стаей птиц, темными ночами она являлась в деревни и пугала несчастных жителей, а затем уводила их детей с собой, в свой сладкий и опасный домик в дремучей лесной глуши.

У платья были широкие квадратные рукава, длиной почти до пола, и широкий-широкий подол. Темно-синей и черной блестящей нитью на мягкой ткани были вышиты веточки с листьями. Черные бусины изображали ядовитые ягоды. Сверху Корделия надела плащ, украшенный заколдованными лепестками черных роз и птичьими перьями. По низу за плащ цеплялись нити вечной паутины.

Сегодня она не надела шляпу, позволив дождю намочить посыпанные блестками волосы. Она украсила голову сплетенными из бисера змеями, которые поглядывали на всех незнакомцев враждебными алыми глазами.

Ее серо-голубые волосы казались как никогда мрачными и таинственными. Корделия никогда не относилась к тем ведьмам, которые всячески старались подчеркнуть свое отличие от обычных людей. Наоборот, она всегда мечтала быть похожей на них. Но закон обязывал иметь во внешности что-то, по чему каждый сразу мог сказать – перед ним ведьма.

Когда-то давно она решила, что изменит только цвет волос. До сегодняшнего дня она не особенно много задумывалась об этом решении. А сейчас вдруг в голову хитрым червячком юркнула предательская мысль: наверняка сегодня она снова увидит первого наследника. И очень хорошо, что ее волосы имеют такой цвет – он очень хорошо сочетается с таинственным серебром его волос.

Противная лошадь опять заржала, и Корделия пришла в себя. О чем это она вдруг подумала? Нет-нет! Она едет в этот проклятый дом только ради мести и поиска бабушкиного гримуара.

Телохранитель встал на колено и подал ей руку:

– Позвольте, я вам помогу?

Корделия скривилась. Служанка уже умостилась на лошадь, самодовольно елозя ногами, вставленными в стремена.

Тяжело вздохнув, Корделия сжала протянутую ладонь и с опаской поставила ногу на колено телохранителя. Одним резким движением он вдруг поднялся, практически подталкивая ее в воздух. Корделия взлетела вверх. Обхватив ее талию ладонями, Гуайре закинул Корделию на лошадь позади служанки.

Дождь, как назло усилился.

Корделия вцепились в талию отвратительной девицы и прошептала ей на ухо:

– Если не довезешь меня в целости и сохранности, я украду твою молодость. Будешь выглядеть, как старуха, покроешься мерзкими бородавками и гнойниками.

Тело под ладонями Корделии напряглось. Вот так-то! Будешь знать, как прекословить ведьме!

*

Дорога до поместья Агнаман заняла полдня. Только к вечеру, наступившему слишком быстро, Корделия и ее попутчики добрались до массивных ворот. Ветер превратился в настоящий ураган, швырял в лицо иглы ледяного дождя и мокрую листву. Ветви деревьев хлестали по телу, и Корделия схлопотала несколько пощечин. Наверняка на щеках остались царапины, но она не чувствовала ничего. От холода все косточки окоченели.

Дорога к поместье пролегала через лес. Земля превратилась в грязь, и Корделии казалось, что она уже с ног до головы покрыта противной коричневой жижей.

Будь проклято все отвратительное семейство Агнаман. Из-за них она терпела адские муки езды на лошади сквозь лес и бурю. Сквозь шум ветра было слышно, как шипят скрывшиеся во тьме змеи и напившиеся человеческой крови совы.

Кажется, кто-то творил в лесу колдовство. Корделия все время оглядывалась и всматривалась в темноту, но так ничего и не заметила. Может, какие-то ведьмы решили собраться здесь на шабаш?

Совершенно точно в лесу возле земель клана Агнаман что-то происходило. Но что именно – Корделия понять не могла.

Когда же появились ворота и два замерзших стражника возле них, Корделия и думать забыла о своих страхах.

Наконец, они въехали на территорию поместья.

Зубы Корделии стучали от холода, ее всю трясло. Она могла думать лишь о фонарях, висящих возле внушительного особняка. Только пара окошек горела теплым желтым светом, но даже этого было достаточно, чтобы она почувствовала тепло.