Король шрамов - Бардуго Ли - Страница 96

Леони, прижимавшая к груди младенца, изумленно смотрела на Нину.

– Напомни мне никогда не доводить тебя до бешенства, Зеник, – сказала она сквозь грохот колес.

– Главное, не делай этого возле кладбища, – пожала плечами Нина.

– Что случилось? – сонно спросила одна из девушек.

– Ничего, – ответила Нина. – Закрывай глаза. Отдыхай. Скоро получишь новую дозу.

В следующее мгновение воздух наполнился колокольным звоном. Кто-то на заводе поднял тревогу. Теперь через пропускной пункт не пробиться – но и поворачивать поздно.

Фургон, вихляясь из стороны в сторону, несся вниз по склону. Тело Брума перекатывалось под одеялом и подскакивало на кочках.

Нина подалась вперед, подергала Ханну за рукав.

– Сбавь скорость, – крикнула она. – Охране незачем знать, что мы спешим.

Ханна натянула поводья и оглянулась через плечо.

– Ты вообще кто такая? – Страха в ее голосе не было, только злость.

– Тебе лучше не знать, – пробурчала Нина и вернулась на свое место в фургоне. Объяснения и извинения подождут.

Повозка замедлила ход, Нина посмотрела в щелочку. Они подъехали к охранному посту. Знала же, что нужно рассчитать время до минуты, и вот…

– Стоять!

Фургон остановился. Нина разглядела группу фьерданских солдат с оружием на изготовку. За их спинами, чуть ниже по склону, к морю на рыбный промысел тянулась длинная цепочка мужчин и юношей. Они держали в руках узелки с провизией и непринужденно переговаривались между собой, не обращая ни малейшего внимания на фургон и военных.

– Мы действуем по приказу коммандера Брума, – хрипло произнесла Ханна. – Пропустите нас немедленно!

– Ни с места, или будем стрелять!

– Мы перевозим…

– Коммандер Брум был здесь час назад. Он приказал никого не пропускать без его личного разрешения. – Солдат повернулся к своему напарнику. – Отправь кого-нибудь на завод выяснить, в чем дело. – Он исчез из поля зрения Нины, а секунду спустя дверцы фургона раскрылись. – Джель всемогущий! – воскликнул солдат, когда лучи утреннего солнца осветили толпу женщин. – Схватить возниц! Этих вернуть обратно!

Ребенок на руках Леони заплакал.

32

Зоя

Зоя уже не кричала. Когда жидкая смола поднялась ей до груди, она подавила панику и перестала молотить в стенки золотистой сферы. Она не верила своим глазам. Три года назад она была свидетелем того, как тело Дарклинга обратилось в пепел. Когда оно вместе с телом Алины Старковой исчезло в бушующем пламени инфернов, Зоя шепотом произнесла имя своей тети. Но тогда, в том огне сгорела не Алина Старкова, а девушка с перекроенной под Алину внешностью. Неужели сторонники Дарклинга воспользовались той же уловкой?

Зоя не вполне понимала, что именно делает Елизавета, знала лишь, что Николаю этого не пережить. И что монах, этот набожный дохляк, оказался предателем. Ты всегда подозревала, каков он на самом деле, выругала она себя. Сразу было ясно, кому он поклоняется. Тем не менее она не придавала значения его словам и поступкам, не воспринимала Юрия всерьез, потому что не видела в нем реальной угрозы. Или потому, что не желала видеть в его горящих глазах отражения собственного дурацкого идеализма.

Юрий подошел к теневой сущности, парившей перед Николаем, точно странный призрак. В ту ночь на колокольне Зоя ощутила присутствие Дарклинга, но предпочла не думать о том, что он может вернуться.

Слепая. Наивная. Эгоистка. Зоя задержала дыхание, когда монах протянул руку к сверкающему шипу, но в этот момент на него набросился монстр. Она перевела взгляд на тело Николая, пригвожденное к терновым ветвям, словно мотылек – к листу бумаги. Его глаза были закрыты. Возможно ли, что он управляет существом?

Задумываться было некогда. Зоя попробовала разбить сферу силой бури – безрезультатно. Тогда она сфокусировала внимание на смоле, из которой состояли стенки сферы, почувствовала крохотные частички, ее образующие, представила, как они соединяются между собой. Зоя – не проливная, и до встречи с Юрисом это было бы вне ее власти. Но теперь… Разве мы не есть все сразу? Она сосредоточилась, заставляя эти крохотные частицы двигаться быстрее, повышая температуру смолы, ломая структуру сферы. Жар нарастал; лоб покрылся каплями пота. Как бы не испечься тут заживо.

И тут сфера лопнула. Зоя порывом ветра отбросила от себя кипящую жидкость, чтобы та не обожгла ей кожу, и помчалась к замку, позволяя воздушному потоку нести ее над песками.

Куда ты бежишь, маленькая ведьма? К Юрису. За помощью. Но что, если дракон знал о намерениях Елизаветы? Что, если в эту минуту он наблюдает за происходящим из своей черной башни и смеется над Зоиным простодушием?

Ветер ослаб, Зоя замедлила шаг, подняла взор на черные камни. Как долго Николай сможет удерживать монаха и Темного, пользуясь обликом монстра? Куда так торопится Зоя? Получит ли она помощь, на которую рассчитывает, или угодит в ловушку и потеряет драгоценные минуты? Что впереди – очередное предательство? Она этого не вынесет. Однако другого выхода нет. Ей не хватит сил противостоять Елизавете в одиночку. Ей нужна ярость дракона.

Она не стала терять времени, петляя по извилистым коридорам – все равно заблудилась бы, – а приказала ветру подкинуть ее высоко вверх, прямо к входу.

В пещере было пусто, огонь в камине не горел. А потом Зоя увидела тело. Юрис в своем человеческом облике лежал на полу, рядом валялся палаш. В сером сумраке блеск черных чешуйчатых доспехов потускнел.

– Юрис! – воскликнула Зоя и опустилась на колени подле него.

Он открыл глаза – белки сверкнули серебром, зрачки сузились.

– Ох уж эта Елизавета, – Юрис с шумом втянул воздух. – Актриса, каких поискать.

– Что произошло? Что она с тобой сделала?

Юрис издал непонятный звук – то ли смех, то ли стон.

– Предложила мне вина. Первый раз за сотни лет. Медовуха из цветов и плодов, что выросли в ее садах. Сказала, что приберегала напиток для особого случая. На вкус сладко, только это оказалось не вино.

Зоя увидела его опаленные губы, почерневший язык и все поняла.

– Она принесла тебе горючее.

– Нас можно уничтожить только нашей же силой. Мой собственный огонь сжег меня изнутри.

– Нет, – прошептала Зоя. – Нет. – Сердце разрывалось от боли. – Я приведу Григория, он тебя исцелит.

– Поздно. – Юрис неожиданно сильно сжал Зоино запястье. – Слушай меня внимательно. Мы думали, что убедили Елизавету отказаться от силы, но она не собиралась этого делать. Стоит ей оказаться за пределами Каньона, и она станет неудержима. Ты должна ее остановить.

– Но как?

– Ты знаешь, что должна сделать, Зоя. Возьми мои кости. – Она отпрянула, однако Юрис не ослабил хватку. – Убей меня. Забери мою чешую.

Зоя покачала головой. Перед ее мысленным взором стояло решительное лицо тети. Смерть Лилианы – на Зоиной совести. Она могла остановить Дарклинга, если бы присмотрелась к нему внимательнее, если бы думала головой, а не была поглощена собственными амбициями.

– Он не заставит меня потерять и тебя тоже.

– Я – не твоя тетка, – прорычал Юрис, – я – твой наставник. Ты была способной ученицей. Докажи, что ты лучшая.

Она не пойдет на это.

– Ты сам сказал, что наши поделки – дрянь.

– Только если ты ничего не отдаешь взамен.

Осознание этой истины поразило Зою до глубины души. Она поняла, что ей страшно.

– Капелька веры, Зоя, – вот все, что нужно.

– У меня ее нет, – горько усмехнулась она.

– Сила, которую ты можешь обрести, безгранична. Мощь, лежащая в основе творения мира, не имеет пределов, не ослабевает и не устает действовать, но ты должна доказать, что способна ее принять.

– А если я опять все испорчу? – Что, если она подведет Юриса так же, как подвела остальных? В ее жизни слишком много призраков прошлого.

– Прекрати наказывать себя за то, что у тебя есть сердце! Защититься от страданий нельзя; жить – значит скорбеть. Ты не убережешь себя, отгораживаясь от внешнего мира. Этим ты только ограничиваешь свои способности, как ограничивала физические возможности во время тренировок.