Магическое агентство "Призрачный свет" (СИ) - Завгородняя Анна - Страница 2

- Ну вот и почему ты отказалась? – спросил недовольный голос за спиной. – Тут еще топать целых два квартала, а ты с утра ничегошеньки не ела. Того и гляди в обморок шлепнешься.

Я повернулась и посмотрела на призрака, выплывшего из стены дома. Это была старая дама в драном чепце и в богатом платье. Она зависла в воздухе и, неодобрительно покачав головой, сложила на руки груди.

- Варвара Потаповна, - вздохнула я, - я же просила вас сегодня остаться дома.

- Дома? – хмыкнула старушка недовольно. – Ты называешь ту дыру домом? Боже, я все тебе хотела рассказать: вот когда тебя там нет, из щелей выбирается мышь. Да, да! Самая настоящая мышь. Толстая, откормленная и наглая! А я мышей боюсь! Всегда боялась и…

- Вы мертвы, - перебила я призрака, - мышь вас даже не видит.

Варвара Потаповна недовольно фыркнула.

- И что с того, моя дорогая? Достаточно того, что ее вижу я! Вот просто мороз по коже! Как я могла там остаться одна? Ну уж нет. Лучше по городу погулять, чем находиться в подобной сомнительной, и пугающей, компании!

Я смерила призрака взглядом и вздохнула.

- Идемте домой, - позвала, стараясь не замечать, что на меня уже косятся прохожие, а некоторые даже торопятся обойти стороной. Да, магия у нас в обиходе и все равно видеть призраков и разговаривать с ними может далеко не каждый. Точнее, единицы, в число которых я мечтала бы не входить, но увы, входила. Порой это создавало проблемы, хотя я старательно не афишировала данный талант. Знали о нем немногие.

- Идем, - согласилась Варвара Потаповна и важно поплыла вперед.

Спустя несколько минут мы вышли к дому, в котором я снимала угол - тесная комнатушка на чердаке, где всегда было холодно и тянуло сыростью от старых стен, едва ли подходила княжне Головиной. Но что поделать, если в кармане пусто, а в кошельке ветер поет унылую оду бедности? Я помнила лучшие дни своей жизни. Казалось, еще несколько лет назад ничто не предвещало подобной нищеты, но никто в этой жизни не застрахован от падений.

Призрак прошел сквозь дверь, а я поспешила за ней, предвкушая чашку горячего чаю и медовый пряник, который купила еще вчера и смаковала, разделив на несколько частей. Скрипучая лестница встретила меня унылым стоном. Ступени плакали и давно требовали ремонта. Преодолевая этаж за этажом, я размышляла о том, куда еще не пыталась устроиться, и понимала, что осталось не слишком много мест, где я не успела побывать.

Но вот и заветная дверь. Только мечты о горячем чае разбились о жестокую действительность.

- Что? – ахнула я, увидев свои вещи, выставленные в коридор. Дверь на чердак была заперта – на ней висел приличных размеров амбарный замок, а Варвара Потаповна застыла в воздухе, возмущенно таращась на закрытую дверь.

- Это как же так? Это что же делается? – возмутилась она и, повернувшись ко мне, воскликнула: - Неужто ты не заплатила за постой?

Я вздохнула.

Не заплатила. Но госпожа Ветрова обещала обождать с оплатой! Так как же это понимать? Неужели и сюда дотянулись длинные руки Арсеньева?

Я резко развернулась и почти бегом сбежала вниз. Комната хозяйки находилась на первом этаже – самая теплая, самая большая.

Постучав в дверь, прислушалась и спустя несколько секунд услышала неторопливые шаги.

- Кто? – прозвучал недовольный женский голос.

- Глафира Тихоновна, - я постаралась отвечать спокойно и не сорваться на крик, рвущийся из груди. – Это я, Головина.

- А… - протянула хозяйка дома.

Заскрипел отодвигаемый засов, скрипнула дверь, распахнувшись наружу, и на пороге возникла женщина лет пятидесяти. Она была одета в добротное шерстяное платье и мягкие сапожки. Волосы госпожа Ветрова носила на манер благородной дамы, коей не являлась.

Смерив меня недовольным взглядом, Глафира Тихоновна спросила:

- Чего шумишь? Я только за стол села чаю испить, а тут ты двери кулаками выносишь.

- Я не выношу, - ответила, неприятно пораженная наглым обманом. – Почему мои вещи в коридоре? – спросила, решив не заострять внимание на грубости хозяйки.

- Так ты не заплатила за комнату, - тут же ответила госпожа Ветрова. – За мою чудесную светлую комнату, которую многие хотят снять.

Я открыла рот, возмущенная ее словами.

- Мы ведь с вами договорились, - проговорила я. – Вы обещали дать мне время найти деньги! Вы ведь знаете, какая у меня непростая ситуация!

Хозяйка смерила меня насмешливым взглядом с ног до головы, неприятно улыбнулась и произнесла:

- Ничего такого я тебе не обещала. Окстись, княжна!

- Но… - я попыталась возразить.

- Есть деньги – плати за комнату и можешь снова заселяться, - ответила Глафира Тихоновна. – Нет денег, ступай вон. Я здесь милостыню не подаю и нищих не держу.

Я стиснула зубы от обиды.

- Так что, имеются денежки за комнату заплатить? – спросила ехидно госпожа Ветрова.

- Нет, - выдавила я.

- Тогда более не держу. Вот бог, а вот порог, - сказала она и, прежде чем я успела хоть что-то произнести, захлопнула дверь перед моим лицом.

Несколько секунд я стояла, словно оглушенная.

Это как? Почему? И куда мне теперь идти без денег? Куда податься?

Впору было сесть и разреветься, но я взяла себя в руки и отступила на шаг.

- Вот же поганка какая! – возмущенно закричала Варвара Потаповна. – Вот же мерзавка косорылая! А ведь сама, да, да! Сама недавно говорила, и я тому свидетель, что подождет с деньгами! А вон оно что устроила! Ох, я бы ей…

Впервые мне не захотелось попенять призраку за брань. Наверное, потому что внутри я тоже бранилась не хуже Потаповны. Да только умом понимала – слова тут не помогут. И брань тоже.

Повернувшись, пошла к лестнице. Оказавшись наверху, собрала свои скудные пожитки и спустилась с сумками вниз. Призрак продолжил браниться и пытаться стучать ногой в дверь хозяйки дома. Да только нога Варвары Потаповны проходила сквозь дверь, хотя это не охладило пыла моей верной спутницы.

- Жаба кривая! – возмущалась моя защитница. – Баба дурная!

Я вздохнула и вышла из дома, волоча за собой сумки.

Глава 2 Семейные узы

- Не могу я тебя приютить. Ну не могу, - проговорила Лизонька Самойлова, стыдливо отводя глаза. – Батюшка не велит. Ты же знаешь, у меня скоро свадьба.

Я посмотрела на подругу, чувствуя, как сердце сжимается от обиды и разочарования.

- Ты понять должна, - почти запричитала Елизавета Игнатьевна.

- Тоже мне, подруга называется, - фыркнула Варвара Потаповна, зависшая в шаге от меня.

Я сделала вид, будто не услышала ее замечания. Посмотрела на Лизу и наступив на горло гордости, произнесла:

- Мне идти некуда. Позволь остаться хотя бы на эту ночь.

Лизонька бросила быстрый взгляд в окно, за которым день плавно перетек в сумерки. Посмотрела на снег, белыми мухами стучавшийся в стекло, и перевела взгляд на меня. Вздохнула, затем сунула руку в карман платья, достала худой кошелек и протянула мне.

- Вот. Денег хватит, чтобы снять комнату.

Варвара Потаповна закатила глаза и намеренно пролетела через Лизу. Княжна Самойлова вздрогнула, ощутив мертвый холод, но даже не поняла, что произошло. Она умоляюще посмотрела на меня и тихо проговорила:

- Ты же знаешь Арсеньева. Андрей Алексеевич был у нас и ясно дал понять, чтобы…

Она не закончила фразу, стыдливо опустив глаза.

- Отец его уважает. А у меня свадьба через месяц.

- Уважает? – я поднялась из кресла. – Или, ты хотела сказать, боится?

Лиза вскинула взгляд. Из него ушли сожаление и стыд. Теперь глаза моей подруги, уже так понимаю, бывшей, горели другим огнем.

- Много ты понимаешь! – воскликнула Лиза и от высоты ее тона даже стекла зазвенели в окнах. Я поморщилась. – Арсеньев может папеньке жизнь испортить и мне, кстати, тоже! Почему я должна помогать тебе? Почему я должна портить жизнь своей семье?

Я подавила резкие слова, рвущиеся с губ. Сделала глубокий вдох и улыбнулась бывшей подруге.