Аколит в крови по локоть (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 28

— Да чтоб тебя, Боярин! — ругнулся фургонщик, и тут на улице загрохотали выстрелы!

Сквозняк всплеснул руками и замертво повалился на землю с простреленным затылком, следом упали бежавшие позади него стрельцы. Кочан закинул в вагон ящик, получил пулю в бок и скорчился, но его затащил внутрь приятель.

Паровоз опутался паром и тронулся с места, начал медленно-медленно набирать ход. Огнич взвизгнул и едва не выскочил под выстрелы, Чеслав удержал его и рявкнул в ухо:

— Жди!

И точно: паровоз остановился, стоило только бронированному вагону поравняться с проездом, в котором засели стрелки. Засверкали частые-частые дульные вспышки картечниц, и обстрел сразу сошёл на нет, но Чеслав всё равно скомандовал:

— Ставьте щиты! — Ещё и сам сотворил магический барьер, прежде чем с ящиком в руках метнуться через железнодорожное кольцо.

Огнич последовал его примеру, ну а я просто побежал рядом с ними, поскольку все силы сейчас уходили на сопротивление проникшей в кровь демонической порче.

От вагона рванули босяки и Кабан, они подняли с земли ящики с золотом и поспешили обратно под прикрытием наших щитов. По лесенке я едва поднялся, а когда вагон качнулся и тронулся с места, то сполз по борту на пол, скорчился и принялся выдавливать из себя порчу. Аура в левой руке потеряла должную однородность, и помимо тела пришлось чистить ещё и дух, но наловчился справляться со зловредными чарами, да и после принятия кровавого аргумента с энергией красного диапазона работать стало куда сподручней прежнего — начали удаваться столь тонкие манипуляции, о каких и помыслить раньше не мог.

Дальше помогла Беляна, залечила распоротую руку. Она и Кочана в порядок привела, после того как Ласка достала засевшую у него в потрохах пулю.

Оплеуха священника определённо вправила волчице мозги, и это было просто здорово, ведь ничего ещё не кончилось, впереди нас ждал вокзал.

Глава 12

13−12

С территории порта мы выехали, попросту снеся закрытые ворота. Не стали даже замедлять ход, как не сбросили скорость и на подъезде к вокзалу. Дальше — пришлось. Оба раза сделали это, дабы монахи успели забежать вперёд и перевести стрелки. И если покинуть запасные пути получилось без каких-либо осложнений, то после того, как миновали склады и покатили мимо главного здания, за нами увязались стрельцы с красными нарукавными повязками. Пришлось сыпануть по ним из картечниц, и остановка вышла нервной, но Сиплый и Кроткий не подвели — паровоз набрал ход прежде, чем нас успели обложить всерьёз.

Покатили, покатили, покатили и вырвались из города! В какой-то момент пропало биение потустороннего сердца, стало легче дышать, показалось даже, что посветлел сам воздух, будто бы из него пропала некая нездоровая краснота.

— Ушли! — с облегчением перевёл дух отец Шалый.

Капитан Чеслав тотчас насел на священника с расспросами, к разговору присоединились босяки и Ласка, а вот Огнич перебрался ко мне и спросил:

— Боярин, ты чего как чучело огородное вырядился?

Беляна фыркнула и стянула с руки красную повязку.

— То есть, что я в форме стрельца, тебя не смущает?

Фургонщик кивнул.

— Ерунду сморозил, признаю.

Я поглядел на прочертивший внутреннюю сторону предплечья от локтя и до запястья рубец, беззвучно чертыхнулся. Уж на что прочен был магический доспех и вот же — располосовало! Самой малости не хватило, чтобы ранения избежать!

Подумал об этом и соединил аргумент кровавой руки с защитным арканом, распространил его действие лишь на кисть и предплечье — будто перчатку из застывшей крови натянул. Тёмный пурпур выступил из пор и сгустился, облепил кожу и обтянул пальцы. Те заметно удлинились за счёт чёрных когтей, да и сама кисть на человеческую теперь уже не слишком-то и походила.

Огнич настороженно отодвинулся, Беляна присвистнула.

— Нормально всё! — буркнул я и развеял заклинание. После принялся доставать из сумки Беляны свою одежду. Избавился от жреческого облачения, с сомнением повертел в руках мокасины, но всё же оставлять их не стал и натянул на ноги сапоги.

— Черноводские торгаши совсем из ума выжили, если думают, что им это сойдёт с рук! Связаться с демонопоклонниками, подумать только! — в сердцах воскликнул Чеслав и похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание. — Будем прорываться в лагерь Мёртвой пехоты! — объявил он. — Какая бы чертовщина ни творилась в Тегосе, туда так сразу никто не сунется! Главное, проехать острог…

Я кивнул. Миновать острог будет непросто — что есть, то есть. Если там разобрали пути или перевели стрелку на кольцо, мало нам не покажется, поскольку против тамошней артиллерии не поможет никакая броня. Разнесут паровоз к чертям собачьим, а после и нас из этой раковины выковыряют.

— И глядите сюда!

Капитан загнал штык под крышку одного из ящиков и без особого труда её отодрал. Внутри желтели золотые слитки, враз наступила тишина.

— Здесь десять пудов золота! — оповестил нас Чеслав и похлопал себя по нагрудному карману форменной куртки. — Я уже сдал их и больше никакой ответственности за сохранность ценностей не несу, но было бы слишком опрометчиво покушаться на имущество союза негоциантов. Мы даже просто утопить их в болоте не можем, ибо за них нас вскорости неминуемо спросят.

— Ну здорово! — проворчал Кабан. — Эдакую тяжесть на своём горбу через джунгли придётся переть!

— Придётся! — с улыбкой подтвердил отец Шалый. — Но не забесплатно! Мы можем твёрдо рассчитывать на десятую часть стоимости спасённого имущества, а при правильном подходе и на вдвое большее вознаграждение!

Огнич враз подавился свистом, да и меня тоже проняло, пусть даже не представлял толком, какая сумма обломится каждому из нас.

— Двести тысяч! — ошарашенно выдал фургонщик. — Золото потянет самое меньшее на двести тысяч целковых!

— И мы получим от двадцати до сорока тысяч на круг, — заявил Чеслав, продолжая вскрывать один ящик за другим.

— И как делить будем: по-честному или по-братски? — подал голос Кочан, только-только очухавшийся после извлечения засевшей в потрохах пули.

— Мне — три доли, машинисту — две, остальным — по одной, — поставил нас перед фактом капитан. — Итого набирается шестнадцать долей.

— А машинисту не жирно будет? — возмутился Огнич.

— Машинист вывезет золото из Тегоса и доставит его в Порт-Чёрный. Любому из вас… Любому из нас претендовать на вознаграждение не с руки, — пояснил Чеслав. — Ну а я со своей стороны обеспечу всем незамедлительное и беспроблемное увольнение из Мёртвой пехоты. И вот ещё что: если проболтаетесь сослуживцам, не видать вам денег как собственных ушей. Всегда есть люди, которым они нужней. Это ясно?

Непонятливых не нашлось, и капитан начал распределять золото по патронным коробам, благо таковые оказались запасены в изрядном количестве.

— Как бы пупок не развязался, — озадачился Вьюн. — Если без девчонок, то каждому почти пуд на себе придётся тащить!

— Семечки! — фыркнул Огнич. — Вот мы с полной выкладкой…

Я слушать его не стал. Мне было нехорошо и кружилась голова, так что прилёг перевести дух. Беляна опустилась рядом и спросила:

— Большой долг по контракту остался?

— Рассчитался уже, — усмехнулся я и поинтересовался: — А ты как?

— Тоже, — кивнула девчонка и потребовала: — Рассказывай!

Я запираться не стал и поведал о походе в омут, а попутно пытался расслабить сведённый спазмом силовой узел у левой ключицы, избавиться от искажений духа и хотя бы немного наполнить ядро.

— Вот же ты бедовый, Лучезар! — Беляна потянулась потрепать меня по волосам, но вовремя отдёрнула руку. — А чёрный цвет тебе идёт! Может, насовсем перекрасишься?

— Да ну тебя! — отмахнулся я.

— А если я в рыженькую?

— Завязывай!

После распределения слитков все начали наполнять бункеры для картечниц патронами, а Чеслав перебрался в кабину паровоза, вскоре вернулся оттуда и предупредил: