Невинная вдова для императора (СИ) - Росса Ольга Геннадьевна - Страница 43

— Бенедикт! — ахнула я и попыталась вырваться, но любовник тут же подмял меня под себя. Он был абсолютно обнажён, как и я. Его мускулистое тело навалилось на меня, а губы жадно накрыли мой рот, неистово целуя. И я сдалась, понимая, что не смогу прогнать его. Не в эту ночь.

— Ты как тут оказался? — я чуть дышала после упоительного поцелуя. — Я же проверила все двери.

— Не все, — наглая и шальная улыбка проскользнула на его лице. — Дворец напичкан тайными ходами. В ванной есть дверь, о которой ты точно не знала. Я же обещал прийти.

И снова долгий сумасшедший поцелуй не дал мне и слова сказать, а последние мысли о сопротивлении вылетели из головы. Губы императора спустились вниз по шее, перейдя к донельзя чувствительной груди, и начали по очереди терзать ласками затвердевшие соски, доводя меня до исступления.

— О боги, — шептала я, выгибая спину, чувствуя, что нахожусь на грани безумия.

— Как же я скучал по тебе, ночная фиалка, — горячий шёпот обжигал мои губы. — А ты?

— Да, — ахнула я, когда упругий член вошёл в меня медленно, до конца. И всё же здравая мысль успела проскользнуть в моей голове. — Погоди! Я не принимаю противозачаточное зелье.

— Не переживай, я выпил зелье для мужчин. Не хочу подвергать тебя такой опасности, — уверенно ответил Бенедикт, и его губы снова обрушились на мои уста. Я доверилась ему — надеюсь, он не соврал.

Император начал двигаться, медленно, мягко вдавливая меня в шёлковую постель, а я остро ощущала каждый его толчок внутри себя. Желание нарастало с каждым движением, темп ускорялся, напор усиливался. Я уже не соображала, кто я и где. Мне хотелось только одного — раствориться в этом мужчине, забыться хотя бы на миг, ощутить себя желанной и единственной. И Бенедикту это удалось. Знаю, завтра проснусь и вернусь в суровую реальность, где император будет выбирать себе будущую жену на очередном этапе, но сейчас я хотела принадлежать только ему.

Наши вспотевшие тела переплелись, сердца бешено бились в унисон, пульс зашкаливал. Воздуха не хватало обоим, я слышала прерывистое дыхание Бенедикта и стоны, которые срывались с моих губ. Как только напряжение между нами достигло своего пика, на меня обрушился вихрь наслаждения, рассыпая на атомы, лишая ощущения реальности. И только когда Бенедикт сгрёб меня в охапку, нежно целуя меня в шею, я поняла, что люблю его и не смогу ни с кем делить.

Мы молча лежали какое-то время в обнимку, восстанавливая дыхание и приходя в себя.

— Кэтти, я тебя не отпущу больше, — горячо прошептал Бенедикт и чмокнул меня в нос.

— Только не надо, Ваше Величество, давать опрометчивых обещаний, — бесцветным голосом прошептала я, понимая, что мы натворили. Я попыталась встать, но император властно удержал меня, не дав даже пошевелиться.

— Кэтти, зачем ты так? — он вздохнул и уткнулся носом в мою макушку, вдыхая аромат волос. — Ты же знаешь, я женюсь по расчёту. Стране нужен наследник и уверенность в будущем династии Кросрейл.

— Знаю, — процедила я, ощущая, как в груди ширится пропасть, в которую летит моя жизнь.

Глава 37. Открытие

Бенедикт

Когда я открыл зеркало и увидел в отражении спальню и саму Кэтти, то, как она готовилась ко сну, сразу понял, что графиня ждёт меня. Тонкая кружевная сорочка еле прикрывала её прелести, волосы шикарной волной лежали на плечах, и леди использовала любимые духи. Ага, решила перед сном нанести чувственный аромат на кожу? Да в её глазах читалось, что она горит желанием увидеть меня в своей спальне. Я, конечно, исполнил своё обещание и пришёл к ней, пользуясь тайными ходами дворца.

И оказался прав — безумие страсти охватило нас обоих. Я наслаждался каждой минутой рядом с Кэйтлин. Мы лежали в постели, утомлённые страстью, и я понял, что не в силах отпустить её. Жаль, что судьба распорядилась нашими жизнями по-другому. Крепко сжал её в своих объятиях, когда ночная фиалка порывалась убежать от меня.

— Ты же знаешь, я женюсь по расчёту. Стране нужен наследник и уверенность в будущем династии Кросрейл, — вздохнул я, ощущая невероятный аромат, исходящий от любовницы.

— Знаю, — бесцветным голосом произнесла она и перестала вырываться из моих рук. — Меня шантажируют.

— Кто? — сразу напрягся я и взглянул в её глаза, в которых плескался неподдельный страх.

— Барон ди Ледр угрожает рассказать всем, что я работала у него куртизанкой, и намекнул, что моих детей не пожалеет. Требует от меня помощи маркизе ди Келлей, чтобы она дошла до финала, — её голос дрогнул. — Мне страшно… Что делать?

Вот же бездна! Значит, мои подозрения оправдались. И снова барон отличился, этот прихвостень всегда найдёт способ заработать.

— Кэтти, сделай что он просит. За детей не волнуйся, они под надёжной охраной, — заверил я графиню.

— Что? Помочь Даните выйти в финал отбора? — удивилась она.

— Да. У меня давно есть подозрения, что зреет заговор против меня, — я решил поделиться секретными данными с Кэтти. — Год назад мои люди раскрыли одно тайное общество, которое готовило покушение на меня, но до главарей так и не добрались. Теперь противники решили действовать иным путём.

— Женить тебя на управляемой ими невесте, чтобы она родила наследника, а потом тихо убрать тебя? — а Кэтти прозорлива.

— Видимо, так. На этот раз моим службам нужно докопаться до тех, кто стоит за всем этим. У меня имеются пара подозреваемых, но нужны доказательства. Поэтому сделай то, о чём просил тебя ди Ледр. Теперь есть ниточки, ведущие к семейству ди Келлей. Мои люди будут вести за ними тщательное наблюдение и, надеюсь, раскроют заговор раньше, чем закончится отбор.

— Хорошо, — она вздохнула и уткнулась носом в мою грудь, а я не мог надышаться ею.

«Кажется, я влюбился», — пронеслась мысль у меня в голове, и сердце сжалось от безысходности. Если бы Кэйтлин обладала магией, я бы тут же сделал ей предложение, но мне нужен наследник. Поэтому я молча кусал губы, понимая, что если ночная фиалка забеременеет от меня, то не выносит ребёнка и сама может пострадать. Нет, я не могу подвергать её такой опасности. И слова признания комом застряли у меня в горле.

— Тебе пора уходить, — тихий шёпот вернул меня в реальность.

— Позволь мне остаться до утра, — и мои руки скользнули по бархатной спине вниз, сминая упругие ягодицы.

— В прошлый раз ты просил остаться меня, — хмыкнула она и подняла взор голубых глаз, смотря на мои губы. — Ты у себя дома и волен делать что хочешь…

Кэтти потянулась, обхватив меня за шею, и я тут же накрыл её губы, подминая податливое тело любимой под себя. Желание вспыхнуло с новой силой, разгораясь настоящим пожаром, который превращал в пепел все мои здравые мысли.

Проснулся я оттого, что упругая попка упиралась прямо мне в пах, и мой член быстрее меня отреагировал, принимая боевую стойку. Рука сама обвила изящную талию, прижимая теснее любимую. Глаза ещё не успели открыться, но нос уже жадно вдыхал аромат ночной фиалки, исходящий от шелковистых волос.

— Кэтти, проказница, — сонно прохрипел я, чувствуя горячую женскую ладонь на бедре, которая жадно исследовала моё тело. — Мне всегда мало будет тебя.

— И мне тебя, — услышал я в ответ, и сердце зашлось в бешеном ритме.

Никакой прелюдии — я сразу вошёл во влажное лоно, видимо, Кэйтлин уже проснулась давно и была готова принять меня снова. Её сладкие стоны и вздохи раздавались в предрассветной тишине, пробуждая во мне настоящее безумие. Она двигалась в такт моим толчкам, отдаваясь вся и без остатка.

И когда меня настиг пик наслаждения, я сильнее прижался к лону Кэтти, извергая семя как можно глубже, жалея, что это ни к чему не приведёт. Я успел убедиться, что графиня заботливая и любящая мать…

Мы молча лежали, прильнув друг к другу, остывая после страстного соития. На языке вертелось предложение остаться любовниками после того, как закончится отбор, но я боялся, что этой фразой могу обидеть Кэтти, и тогда она точно меня к себе больше не подпустит.