Сказки под ивами - Хорвуд Уильям - Страница 3

Но за дверью оказался вовсе не Рэт Водяная Крыса. На пороге стоял весьма почтенный джентльмен, облаченный в сине-красную форму. На ремне, переброшенном через плечо, у него висела объемистая холщовая сумка, на которой красовалась вышитая красная корона и крупная надпись: «Королевская почта».

Крот тотчас же понял (как ему показалось), какую ошибку совершил почтальон.

— Вам, наверное, нужен мистер Тоуд из Тоуд-Холла, — предположил он, быстро приходя в свое обычное хорошее настроение при виде того, что погода в этот день явно решила побаловать прибрежных жителей летним теплом. — Боюсь, что вы проделали лишний путь, забравшись в нашу глухомань.

— Мне известно, где проживает мистер Тоуд, — солидно ответствовал почтальон. — Его все знают. Но мне неизвестно, приходилось ли когда-нибудь нашей службе доставлять корреспонденцию дальше, чем в Тоуд-Холл. По крайней мере на моей памяти мы не углублялись так далеко в сельскую местность.

— Ага, — кивнул Крот, несколько сбитый с толку такими длинными и трудными фразами; кроме того, он нутром почувствовал, что, сам того не желая, совершил ошибку, поставив своим вопросом под сомнение компетентность почтенного работника почтового ведомства.

— Вы, как я понимаю, мистер Крот из Кротового тупика. По крайней мере такой вывод я делаю, исходя из вашей кротоподобной наружности и из того факта, что ваш дом находится в Кротовом тупике.

— Вы абсолютно правы, — поспешил согласиться Крот.

— Значит, вы не мистер Водяная Крыса? Как я полагаю, и не он, судя опять же и по его кротоподобной наружности.

Последний комментарий почтальона относился к Племяннику, показавшемуся в дверях за спиной Крота и с некоторым подозрением рассматривавшему столь редкого и неожиданного гостя.

— Ни один из нас не Водяная Крыса, — заверил почтальона Крот, успевший понять, что лишь через безоговорочное согласие лежит путь к взаимопониманию с этим джентльменом.

— В городе проще, — устало сообщил кротам почтальон. — Там на домах номера. Будь моя воля, я бы издал закон, чтобы повесить номера на всех домах за городом.

— Понятно, понятно, — кивнул Крот. — Но я полагаю, следовало бы сохранить и столь приятную традицию, как придание домам, особнякам и поместьям имен собственных. Вы согласны?

— Не вижу смысла, — отрезал почтальон.

— Этого от вас никто и не ждал, — заметил Крот.

— А еще я не вижу смысла в том, чтобы стоять тут с вами целый день, поддерживая лишенные смысла разговоры. — Почтальон явно на что-то обиделся. — Письма должны быть доставлены. В город или в сельскую местность — неважно. Должны быть доставлены — и все тут. И не только письма, но и другая корреспонденция.

Крот опасливо покосился на сумку почтальона, словно там и скрывалась касающаяся его эта таинственная «другая корреспонденция», несомненно таящая в себе какую-то опасность. Но, судя по виду, сумка была пуста, что, впрочем, никак не казалось удивительным, принимая во внимание тот факт, что дом Крота в эту сторону от Города был последней точкой доставки.

— Не хотите ли чашечку чая и поджаренного хлеба с маслом? — поинтересовался Крот, предположив, что, быть может, с почтальонами нужно изъясняться таким образом.

— Это уж, извините, было бы нарушением всех и всяческих правил, — сурово возразил почтальон. — И это — учтите — если вы не намекали (а даже намека на намек было бы достаточно) на то, что ваше предложение включало в себя алкогольные напитки. В таком случае я должен был бы расценить ваши слова как диверсию против Королевской почты, подвергнуть административному аресту вас лично и всех проживающих в этом доме, а затем доставить в городскую магистратуру.

— Я… э-э-э… — Крот не находил слов — так удивило его известие о том, что простое предложение чашки чая почтальону может привести его на скамью подсудимых.

— Не кажется ли вам, сэр, что было бы лучше, если бы вы в дальнейшем помолчали, в особенности в отношении чая и поджаренного хлеба? Вместо этого вы могли бы продемонстрировать толику здравого смысла и лояльности к государственному почтовому ведомству, дав прямой и недвусмысленный ответ на простой вопрос: если мистер Рэт не живет здесь, то где он живет?

— На другом берегу, — сказал Крот и, помолчав, уточнил: — Реки. Если идти через мост, то придется вернуться и сделать крюк. Всего с полчаса пешком. На лодке, конечно, быстрее.

— Как это мило с вашей стороны, — оскалился в улыбке почтальон. — Позволю себе заметить, что нас лодками не экипируют.

— Вообще-то я мог бы сам передать Рэту письмо или посылку. Мы с ним старые дру…

— Сэр, я заметил наличие у вас одной странной и весьма опасной особенности, а именно умения неоднократно наступать на одни и те же грабли. На вашем месте я бы воздержался от последнего предложения. Попытка перехватить почтовое отправление является преступлением намного более тяжким, чем подкуп и задержка почтового служащего.

По правде говоря, Крота эта грозная речь не ужаснула. Видимо, он уже свыкся с мыслью о том, что общение с почтальонами — дело трудное, нервное, а главное — таящее в себе постоянный риск нарушить закон, даже не желая того. Весьма интересной представлялась ему предстоящая встреча сурового джентльмена в форме с Рэтом Водяной Крысой, у которого было не больше опыта общения с почтальонами, чем у самого Крота. Впрочем, почтальон вдруг решил сменить гнев на милость и выдал Кроту кое-какую интригующую информацию.

— Между прочим, — заметил он, — это даже не письмо.

— Даже не письмо, — отозвался Крот, уяснивший, что лишь повторение сказанного суровым джентльменом может быть некоторой страховкой от непроизвольного нарушения закона.

— И не посылка.

— Вот как… — развел руками Крот. — Значит, и не посылка.

— И даже не «адресат-выбыл-вернуть-отправителю».

— И даже не… не это, — кивнул Крот, чувствуя, что разгадка уже близка.

— Нет, сэр. И я вам скажу, нам не часто случается доставлять подобные отправления. Если честно, я даже рад этому, учитывая, сколько сил и нервов стоит мне сегодняшняя доставка и общение с адресатом.

Закончив речь, почтальон стал рыться в бездонном чреве своей форменной сумки.

— Что же это? — позабыв всякую осторожность и дипломатичность, спросил Крот.

Впрочем, на этот раз желание поделиться исключительной информацией победило в почтальоне служебную суровость и неприступность.

— Это, — сообщил он, — извещение. С одной его стороны — Предписание Клиенту об Ознакомлении и Сообщение об Извещении, с другой — Разрешение Клиенту на Ознакомление, Получение и Забирание (говоря проще — вынос и вывоз). Все вышеперечисленные действия надлежит выполнить в помещении Центрального почтового отделения нашего города по причине габаритов или веса почтового отправления, не влезающих ни в какие ворота Правил и Нормативов. В таких случаях мы, почтовые служащие, не можем брать на себя труд и ответственность за доставку и извещаем адресата о необходимости сделать это лично.

Крот лишний раз убедился в правоте своих дурных предчувствий. «Другие отправления» действительно оказались пренеприятнейшей штукой. Он даже позволил себе испытать чувство некоторого облегчения от осознания того, что Извещение на Получение и какое-то там Разрешение на Забирание адресовано не ему, а Рэту. Как-никак, а Рэт — парень куда более деловой и практичный, чем Крот. Уж он-то знает, что делать с такими Извещениями, а если и не знает, то что-нибудь придумает.

— А каково содержимое этого… э-э… отправления? — осведомился Племянник, любопытный не меньше, чем дядя.

— Я не имею права сообщать вам об этом, — отчеканил почтальон казенную фразу, но, сгорая от желания поделиться столь захватывающими новостями, тотчас же нашел выход: — Впрочем, ни один пункт Правил не запрещает мне зачитать открытое официальное отправление вслух. В тех же Правилах ничего не сказано о том, что вам в этот момент запрещается находиться поблизости и услышать то, что я буду зачитывать.