Я обязательно вернусь. Книга 2 (СИ) - Ольвич Нора - Страница 34

Миновав Папскую область, мы, наконец, то оказались в имении маркизы Анны, где она ознакомилась с немногочисленным имуществом, что ей осталось от мужа. Встретившись с приказчиками, вдохновенно ушла в работу по восстановлению оставшихся деревень. Именно в этом заброшенном доме Анна осознала себя полной хозяйкой своей жизни. Увидев плодородные земли и виноградники, что принадлежали этому благородному роду, думаю, именно там у неё возникло непреодолимое желание заработать как можно больше денег в Венеции во время ежегодного карнавала и восстановить это имение в виде прекрасного замка из розового мрамора и кирпича. Планируя, что замок будет построен как раз в том стиле, который так хотел Франциск для Лувра, приглашая к себе мастеров из Флоренции. Маркиза Анна-де Аулестия, наконец, то становилась хозяйкой своей жизни. И ни в коем случае уже не хотела зависеть от прихоти мужчин. Сиятельная дама Анна планировала в конце нашего коммерческого мероприятия в Венеции остаться на своих землях в своём новом замке.

С синьориной Элеонорой они посетили склеп с останками некогда многочисленного и благородного рода, возле которого маркиза Анна долго стояла, склонив голову в молитве, обещая покойным прославить их земли, и позаботиться о последнем его представителе.

Итак, Венеция! Дорогой читатель.

«Маска говорит о человеке больше, чем лицо» так поговаривали венецианцы — страсти бушевали в городе, и грех было этим не воспользоваться!

Венеция — город исключительной элегантности и город развлечений. По сути, карнавал длился полгода с октября по март. Праздник сопровождался выступлениями жонглёров, музыкантов и танцоров. Люди предавались всеобщему веселью. Изысканные наряды и украшения, нескончаемые балы. Я верила, нам было что предложить этому миру!

Приехав в этот город вечного праздника, мы привезли с собой все наработки, что были у нас. Ткани закупили в Неаполе и Флоренции, тонкую проволоку, основу для масок с большим запасом изготовили на острове. Как я уже говорила нас, сопровождал большой эскорт из телег с прицепами, в которых были уложены готовые изделия и инструменты.

В дороге к нашему каравану прибился небольшой отряд под началом английского графа Ричарда Бошан с его сопровождением. Он ехал в консульство Англии в Венеции. Наши пути совпадали и неумолимо продвигались к единой цели. Мы очень долгий отрезок дороги ехали вместе. Взгляд Ричарда, когда мы останавливались в пути на постоялых дворах, был прикован к Анне. Наша маркиза, с приёмной дочерью Элеонорой, несмотря на траур, была, как всегда, прекрасна и обращала на себя внимание мужчин.

С девочкой она вообще не расставалась ни на миг, как говорится, вместе ели и даже спали. Граф же будучи уже мужчиной лет сорока, и несколько лет как, овдовев, испытывал определённый интерес к даме, но пока маркиза не давала повода графу продолжить ухаживания. Мне казалось, она и вовсе не замечает его усилия. Полностью отдавшись мечтам о своём замке.

Я же большую часть пути, проехав верхом, рассказывала заинтересованному мужчине, куда мы едем и где планируем жить в Венеции. Он же, в свою очередь, спрашивал о возможности нанести визит. Конечно, мы были не против этого, но только после окончания траура. А ещё я брала у него уроки английского языка. К нам подключилась графиня Жанна. И её заинтересовала возможность изучить язык этого государства. А ещё и в связи с тем, что негоже мне один на один оставаться с неженатым мужчиной! А также в поддержку традиции — все иностранные языки мы начинаем учить исключительно, путешествуя!

Это однозначно скрашивало наши дни. И, конечно, незабываема была средневековая Италия, поделённая на отдельные герцогства и королевства. Как я уже говорила, из Неаполитанского Королевства мы проехали Папскую область, задержались в Риме, и Флорентийской республике, пересекли небольшое герцогство Феррата и оказались в Венецианских владениях. Мягкий климат и плодородные почвы создавали идеальные условия для возделывания винограда и оливок на сухих склонах гор и холмов. Величественные лозы виноградников и раскинувшиеся оливковые деревья украшали наш путь. Под лучами яркого солнца пастбища выглядели изумительно: зелеными и бескрайними. Этот пейзаж окутывал нас своей прекрасной аурой и наполнял наши души вдохновением. Наш путь был пропитан ароматом спелого винограда, добавляя особую магию в наши приключения.

Бланка д’Льетуаль также ехала с нами. Её выдали замуж практически в четырнадцать лет за очень пожилого мужчину виконта Андре. Уж как там сложилось, но в восемнадцать лет она стала вдовой. Сын от первого брака пожилого виконта вступил в права наследования. Хорошо, что фаворитка короля была в подругах с юности у прекрасной виконтессы, а так бы пришлось идти в монахини.

Ехать мадам Бланке было абсолютно некуда. Приживалкой быть в доме покойного мужа не хотелось. Она вела финансовые подсчёты маркизы Анны, и без неё наш мирок не был бы таким уютным и гармоничным. А её вышивки сразу выкупала сеньора Адория, украшая ими модели своих платьев.

Мы устраивались на новом месте и нанимали мастеров на производство.

И если вначале нашего путешествия, маркиза Анна-де Аулестия говорила, в шутку, конечно, что я купила за её деньги, кстати, дом на воде. Как будто суши мне мало! То сейчас она от него была просто в восторге.

Дом наш был, величественно великолепным. Парадный фасад его выходил на одну из центральных улиц, и первый этаж мы собирались сделать центром высокой моды. Боковые пристройки должны были занять мастерские. Двор, в котором был разбит шикарный сад с розами и маленькими скамеечками, заканчивался высокой каменной аркой, по которой плелись кустистые розы. Далее была выложена каменная лестница, которая вела к водам большого канала. Это было очень романтично.

Ремонт, конечно, можно было бы обновить, но всё со временем. Наш бессменный повар, сеньора Пломмия была с нами. Няни и горничные тоже. Мы даже привезли с собой маленькую версию стиральной кадки. Месье Жак с нашими гвардейцами собирались её устанавливать в хозяйственном помещении.

Как же давно я не окуналась в творческий процесс. От моих идей у всех голова шла кругом.

Особенно глядя на синьору Анну с дочерью, а она всё же документально оформила её именно дочерью с правом передачи ей титула. И этот титул у девочки был пожизненным, независимо от того, как она выйдет замуж. Ну вот глядя на них обоих в тёмных траурных платьях, я вспомнила, что в будущем, в моём мире отшивали одинаковые платья для мам и дочек.

То есть, для показа маленькой маркизе должны были пошить такой же наряд, как и у мамы. Приготовить такие же украшения только уменьшенная версия. Маска, сумочка, туфельки, веера, перчатки, бриллиантовые диадемы — это было настолько неожиданно, что у всех просто глаза горели от азарта.

А если шили синьорине Элеоноре, то и мадемуазель Анжелик не осталась в стороне, маленькая графиня наконец-то разгладила сведённые к переносице бровки. Её глазки, сияли счастьем, надолго ли, не знаю. Во время путешествия все её мысли были только о маленькой лошадке.

Вторая идея — это веера от маркизы де Аулестия, которые могли себе позволить только очень богатые синьоры и синьорины. Ведь посередине веера на очень плотном матовом шёлке жидким золотым сплавом будет отпечатан в профиль портрет маркизы, в прекрасном ожерелье. Веер в том месте, где золотом нанесена гравировка ожерелья, будет украшен драгоценными крошечными сапфирами и бриллиантами. Мои ювелиры, что приехали за нами в Венецию, уже работали над составом этого сплава. А также над способом его крепления к ткани.

Также на веере будут выложена сапфирами монограмма с двойной буквой АА (Анна-де Аулестия).

В планах я предлагала выпустить одноимённый парфюм. С этим придётся, конечно, повозится, от парфюмерии я была очень далека. Но это же Венеция, мы найдём какой-нибудь непризнанный талант и облагородим его. А флакон к парфюму, он будет незабываем, с портретом синьоры Анны с маленьким сапфирами на шейке, и также монограммой.