Я обязательно вернусь. Книга 2 (СИ) - Ольвич Нора - Страница 16

Слёзы, откуда взялась эта сырость! Казалось стены комнаты сошлись у меня над головой.

Нарушая все правила этикета, комкая платочки в непослушных уже руках, мы с подругой бросились в его объятия. Счастью не было предела! Похудевший и уставший наш сеньор был всё тем же Рикардо с его улыбкой и хмурыми бровями и такими надёжными объятиями.

— Виконт Рикардо де ла Кано, вы не пригласите нас с графиней к себе в гости?

Глаза у купца расширились от удивления, ну и вольности.

— Я так соскучилась по вашей супруге, — голос мой дрожал, а глаза с тревогой следили за взглядом и выражением лица дона Рикардо. Я ловила малейшую смену настроения.

— Она же в добром здравии?

— Несомненно, ваша светлость, — с лёгким поклоном ответил мужчина.

Повернувшись к купцу, я договорилась с ним о встрече на следующей неделе и попросила его помочь нам сейчас с экипажем. Он предложил свой, я же уведомила его, что вероятно, возьмём мы его на продолжительное время. Торопливо заверила мужчину, что плату за услуги извозчика и кареты мы можем внести хоть сейчас.

Они жили в маленьком домике уже вторую неделю. Мы с Жанной влетели в это строение и увидали виконтессу. Слёзы лились ручьями, объятия не размыкались.

Живая, наша милая, с большим уже животиком, такая тёплая и родная. Мир замер вокруг нас, мы всё еще не могли поверить, что наши молитвы и мечты сбылись. Уверена, мы будем помнить этот день как один из самых счастливых и незабываемых в нашей жизни. Охрана же поторапливала нас, говоря, что начнётся прилив, что нужно срочно ехать на остров. Решили все закрыть в доме, как есть, перевозить вещи будем завтра, а сейчас быстрее на виллу, домой.

Адория сказала, что ей стало очень тяжело ходить в последнее время. Я попросила выйти мужчин из комнаты. Задрала ей юбки, посмотрела на ноги. Отёки налицо.

Живот большой, срок примерно восьмой месяц. Платье жёстко зашнуровано. Хорошо хоть корсета нет. Развязала шнуровку наряда, сняла его, оно было из плотной ткани, и в нём, должно быть, было очень жарко.

Женщина осталась в длинном нижнем тоненьком платье. Я нашла холст, заменяющий полотенце разорвала его вдоль при помощи кинжала и подвязала живот снизу наподобие бандажа одной частью, что была шире. Также подвязала ей ставшую тяжёлой грудь, узким отрезом холста.

Накинула на неё свой шелковый лёгкий плащ, застегнув его на все пуговки, скрыв подробности туалета. Присела, надела удобные сандалии, что сегодня купили. Мадам Жанна плела ей косу, вокруг головы. Сеньора Адория была смущена таким вниманием до слёз, увидев же обручальное кольцо на моём пальце и браслет, воскликнула:

— Мадонна — Царица Небесная, как же это так?

— Дома, всё расскажу дома, ваши покои ждут вас виконтесса.

Мы готовы! Закрыли дом. Ехали осторожно, захватив с собой все одеяла и подушки и обложив ими нашу сеньору.

Рикардо, по воде перенёс Адорию в рыбацкий бот, и мы все отправились домой, отпустив экипаж и рассчитавшись за него с купцом. Я просила женщину говорить о малейших изменениях в её состоянии. Пока было всё стабильно.

Спросила про деньги, сеньор Рикардо ответил, что деньги есть, и что это не причина вовсе из-чего они обратились к купцу. Кулон с цепочкой отдали с целью найти нас, что должна была я появиться у ювелиров. Однозначно! С моим производством это был только вопрос времени.

Да, расчёт был правильный.

Путь по морю до виллы был неблизкий, сеньора Адория задремала, прислонившись к мужу, я укутала её в одеяло. М — м Жанна подложила ей под спину подушки. Надо искать и покупать быстроходную яхту и думать, что-то с её реконструкцией, хорошо бы винт придумать, и механизм. Только как его крепить и чем его вращать? Идея есть, исполнителя нет. Будем ждать кузнеца, и воплощать мечты в реальность.

Хорошо, что всё хорошо, а если роды в пути бы начались. В море бы рожали, точно. Живот большой для такого срока, а сама хрупкая, тоненькая и на ногах отёки. Вот тянуло меня в город, как чувствовала, надо ехать.

Приехали уже затемно. Наши зажгли огонь на маяке, Луи уже заходил на боте в пещеру в таких условиях, но всё равно было очень волнительно. Мимо борта, можно было коснуться рукой, проплывали острые рифы. А вернее проплывали мы, потихоньку добираясь до виллы.

Половина второго этажа была отдана семье виконта.

Конечно, в Париже их апартаменты были больше по площади, но на вилле у них также был отдельный вход. Две спальни, между ними ванная комната с бассейном, гостиная и детская рядом, спальня для няни. Между моими и их комнатами была большая столовая. Из неё можно было подняться на третий этаж.

На третьем этаже, как я уже говорила жила, графиня с детьми и няней Илоной, а ещё ждали Мари — Энн из Франции. И также на третьем этаже была наша семейная часовня, она занимала, и часть четвёртого этажа и её маленький купол уходил ввысь.

Нас ждал тёплый ужин в семейном кругу. Местный повар отменно справлялся с поставленными задачами. В приоритете была здоровая и свежая пища.

Мы насмотреться не могли на виконтов. Я наблюдала, что кушала Адория и сколько пила жидкости. В ход шло всё пряное, острое и подсоленное.

Проблема обрастала новыми подробностями. Необходима диета. Попросила женщину отложить копчёности и морепродукты. Предложила лёгкий суп из курятины, лепёшку и отварные овощи. Мне кажется, она меня сразу поняла.

— В дороге мы не могли придерживаться такого питания.

— Попытаемся всё исправить, — я успокаивающе гладила её по руке, — у нас в запасе примерно полтора месяца.

Рассказ сеньора Рикардо об их странствиях и испытаниях меня поразил.

Они пытались выбраться из поместья, но была непогода, на реке поднялись волнения. Если бы виконты знали, что придётся пережить в будущем, они бы сделали попытку. Но людей в доме было недостаточно, а один сеньор Рикардо не рискнул управлять лодкой с беременной женой на борту. И тогда они решили остаться в имении. Не осознавая всей опасности. А через две недели приехали все наши из города и сказали, что сеньорам всё же надо уехать, что за поместьем следят, оставаться дальше в нём невозможно, их могут арестовать по приказу короля, и отправить в Бастилию.

Но было уже поздно, виконты де ла Кано только успели спрятаться, в тайный ход, что не до конца обвалился, рискуя попасть под новый обвал, который мог стать их общей большой могилой.

Приехали гвардейцы короля, опрашивали слуг, ходили, смотрели дом. В нежилое крыло заходили, но их предупредили, чтобы были осторожнее, ведь обвал в прошлом году вызвал большое наводнение. На ту сторону дома никто не ходит, тем более в апреле, когда много талых вод. Река часто выходит из берегов.

Гвардейцы уехали, но в городе пошли разговоры, что все дороги перекрыты, ищут кого-то, а также перекрыты морские порты и гавани.

Затем ещё раз приезжали в усадьбу уже по реке, виконты опять спрятались. Дом осмотрели, слуг опросили, и сеньору Рикардо стало просто страшно за жену и будущего ребёнка. Когда он родится, они не смогут так долго находиться в сыром подземелье с новорождённым. В голову ничего не приходило. Дорогу в имение патрулировали военные. Все слуги были переписаны, и их наличие проверялось несколько раз в неделю. Такое чувство, что искали государственных преступников.

Выхода не было! Роды бы не удалось скрыть. Решили сплавляться ночью по реке вдвоём. А поздно вечером в окно дома на первом этаже кто-то постучал тем условным стуком, что стучала сеньора Каталина в окно домика возле реки в Париже. Два громких и протяжных…

Мари-Энн, узнав знак, побежала к двери и быстро открыла ее. Внезапно в комнату вошел мужчина в длинном плаще с капюшоном, его лицо скрыто тенью. Наполняющий комнату мрачным настроением незнакомец осмотрелся внимательным взглядом, вызывая у девушки страх. Мари-Энн передернулось от испуга, она медленно отступила в сторону, пока не оказалась спиной у стены, осознавая, какую ошибку допустила, впустив такого незнакомца. Но сейчас уже было поздно для сожалений. Девушка понимала, что должна действовать быстро и решительно, чтобы защитить себя. Она пыталась закричать.