"Фантастика 2025-113". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Троян Михаил - Страница 159

Девушка даже изменилась в лице при слове «козел» и предостерегающе поднесла палец к губам. Надо будет уточнить про камеры и вообще осмотреться в комнатах. Не хватало еще голым задом сверкать, способствуя рукоблудию извращенца.

Я посмотрел в зеркало, платье было приталенное и шло мне при моем росте. «А ничего такая арабка-то получилась!» Я подмигнул своему отражению, и мы покинули комнату.

Дворец был монументальный по меркам современного градостроительства, этажей на шесть, хотя по ряду окон их было всего три, не считая куполообразной крыши. Величественные колонны в количестве восьми штук, по четыре с каждой стороны, подпирали карниз второго этажа, превращенный в огромную террасу, на которой можно было рассмотреть ротанговую мебель для чаепития на свежем воздухе. Само здание, насколько можно было судить, построили из белого камня с небольшим синеватым отливом, но раствора между блоками не было. Адский труд, наверное, не одной сотни людей, позволил так обтесать большие каменные блоки, но вышло впечатляюще красиво.

Ступеньки спускались вниз, от них начиналась дорога из мелкого разноцветного камня типа щебенки, извилисто петляющая между причудливыми пальмами. Рука хорошего садовника чувствовалась во всем: от аккуратно подстриженной травы до причудливо разбросанных по всей территории пальм. Самих въездных ворот и передней части забора со ступенек не было видно. По бокам от дороги шли газоны, справа — довольно большой бассейн, заполненный водой, а с левой стороны — самое настоящее поле для гольфа. На сколько лунок, я не мог оценить, но простиралось оно не меньше чем на два футбольных поля.

По тропинке из разноцветного щебня мы добрались до ворот в виде ажурной кованой решетки. С обеих сторон к ней примыкал забор из камня. Утром, во время попытки бегства, я не ошибся в своих первоначальных оценках: два человеческих роста, если быть точнее, под четыре метра, так мне показалось с моего места. У ворот снаружи стоял небольшой домик из такого же камня, как и забор, виднелся массивный шлагбаум. «Охранники», — отметил я для себя, и мы свернули в сторону поля для гольфа. Пройдя через него, мы подошли к боковой стороне сада: забор и с этой стороны был не меньше.

Я расспрашивал Сафию о семье, не давая увести меня с улицы. Мы спокойным шагом дошли до задней части дома: эту часть я не видел утром, от меня ее закрывали верхние этажи. Здесь располагались конюшня, помещение, где держали охотничьих птиц, как просветила меня Сафия, и несколько жилых построек для работников. Высказав крайнюю заинтересованность лошадьми, я напросился в конюшню. Ей могли позавидовать многие жильцы домов на Рублевке: мрамор и гранит, резные двери, инкрустированные декоративным стеклом. Идеальная чистота и полное отсутствие запахов, что не осталось не озвученным мной сопровождавшей меня девушке.

— Хозяин очень любит лошадей. Сплит-системы и системы озонирования из Германии, личный ветеринар, круглосуточное видеонаблюдение и два отдельных охранника.

Я обернулся на мужской голос. Это был ярко-рыжий парень моложе тридцати, типично европейской внешности.

— Прошу прощения, мы незнакомы. Меня зовут Стив Карлайл, я из Британии. Здесь так редко увидишь европейку, что я не удержался и подошёл к вам.

Парень был одет в джинсы, клетчатую простую рубашку, на ногах легкие мокасины. В руках у него был хлыст, и он поигрывал им, легонько постукивая по ладони левой руки. У меня возник было вопрос, как он понял, что я европейка, но головной платок, сбившийся на плечи, и цвет моих глазах, когда он посмотрел в лицо, наверное, все расставили по местам.

— Александра, Александра Иванова, — ответил я на знакомство и спросил, имея в виду хлыст в руках: — Вы конюх?

— Я берейтор, мисс Александра. Конюхов уже давно практически нет, эта профессия разбилась на разные специальности. Вы француженка?

Его вопрос чуть не заставил меня засмеяться, вспомнив неухоженных Амели и Жаннет.

Стив мое замешательство истолковал по-своему:

— У вас необычный акцент, как у наших соседей французов. — Парень улыбнулся, показывая, что в душе считает свою нацию выше исторических противников.

— Нет, я русская. Россия, Москва.

Слово «Москва» в мире знали лучше, чем «Россия». Несколько раз мне приходилось сталкиваться с незнанием слова «Россия», когда слова «Москва» вызывало реакцию: «О-у-у, Москоу». Стив также не стал исключением, только к слову «Москоу» он добавил «Пути-и-ин».

Во время нашей беседы, продолжившейся расспросами про лошадей, Сафия заметно нервничала, видимо, не зная, можно ли было допускать меня до общения с иностранцем. На мои вопросы о графике вывоза лошадей на соревнования, на прогулки вне двора Стив ничего толкового не смог объяснить, может, и я задавал не те вопросы. Но его глаза загорались при слове «лошадь»: он чуть ли не силой потащил нас внутрь конюшни.

— Этот жеребец четырехлеток, Клыч-Арслан, победитель дерби в Дубае, в этом году. Принцу за него предлагали два миллиона евро, но он отказался. После победы в следующем году, а он победит, его цена возрастет минимум вдвое. Он из редкой породы, куплен в Туркестане, это в Сибири. С рождения их кормят лучше людей, там культ лошади, редкая древняя порода.

Географические знания Стива о Туркменистане, Сибири и мировой географии поражали в кавычках. Меня мало интересовала родословная жеребца, которую начал рассказывать британец, и с милой улыбкой, поблагодарив его за столь познавательную информации, я покинул конюшню, оставляя ярко-рыжего британца гадать, что делает европейка в арабском костюме во дворце принца. Хотя что уж тут гадать, штамп наложницы или содержанки на мне он, наверное, поставил, как ставят тавро на лошади.

Одну интересную деталь я все же заметил: в этой части заднего двора были отдельные ворота, через которые мог заехать грузовой транспорт. Не было будки охранников, хотя замок на воротах массивный, и каменный забор все также примыкал к ним вплотную, без зазора.

Неспешно мы вернулись к парадному входу по своему первоначальному маршруту. Подходило время обеда. В тени пальм, недалеко от бассейна, двое слуг в белых полотняных костюмах устанавливали столик и стулья. Вышколенные парни чуть ли не бегом совершали все действия, поднося вазы с фруктами, вазочки со сладостями. Не иначе как у Абдель-Азиза ожидаются гости, вернее, гость, стульев было всего два.

— Сафия, проводи меня в комнату, хочу немного отдохнуть от этого солнца, — попросил я.

Солнце и вправду пекло, словно вознамерилось сжечь все заживо. «Как они живут при такой жаре, это же с ума сойти можно, особенно в таких закрытых платьях», — мысленно пожалел я арабок. Часовая прогулка, а пот с меня лил ручьем под моим брендовым платьем.

Мы разминулись с седовласым арабом, шедшим нам навстречу.

— Это Фуад, дворецкий и управляющий всем хозяйством, — шепнула мне девушка. — С ним нельзя ссориться, принц ему очень доверяет и прислушивается к его советам.

Мне-то с какого боку этот Фуад? Я здесь ни жить, ни задерживаться не собираюсь: зря, что ли, потел на солнце, обходя всю территорию. Слабое звено было всего одно, ворота на заднем дворе, надо только найти ключ и забрать его. У меня мало информации, где находится дворец и в какую сторону бежать, просто не хотелось поспешными вопросами настораживать девушку. Сафия была родом из небольшого городка Дхурма, расположенного в семидесяти километрах от столицы Эр-Рияда. То, что нахожусь в столице, я узнал случайно, когда спросил девушку про ее родных. Тогда она и проговорилась про городок и расстояние.

Мы благополучно поднялись на второй этаж. Первый, со слов, девушки кроме нескольких гостиных, был отведен под прислугу. Я снял с себя платье и поспешил в ванну, отказавшись от помощи Сафии. Внимательно осмотренный бра на стене не дал результатов на предмет скрытой камеры. Если она и была, то я не знал, где искать. Обвел глазами всю комнату. Стены в керамограните, нигде, кроме светодиодных ламп, утопленных в подвесной потолок, камеру не разместить, но мне туда не достать даже поставив стул. Слишком высоко. Плюнул на старого извращенца, я набрал ванну и погрузился в воду, смывая с себя пот и усталость.