"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 112

Король дотронулся до плеча Альдена, словно хотел его утешить, но не знал, как это сделать. В кабинете царила мертвая тишина.

— Бог с тобой, голубчик, не плачь, — произнес король. — Дело житейское. Я тоже против твоего деда бунтовал. Вставай, незачем ноги бить.

Принц подхватил руку своего государя-отца и порывистым движением прижал к губам. Клаус прикрыл глаза и потрепал сына по светлым волосам.

— Будет, будет. Поднимайся.

Когда все сели, и слуга прошел по кабинету с подносом с кофейными чашками, король откинулся на спинку своего кресла и, глядя в окно, на пышный сад с потемневшей от дождя зеленью, произнес:

— Поедешь в Везерли. Нечего отираться в столице, это все лишние мысли в голову.

— Слушаюсь, государь! — воскликнул Альден, возможно, слишком торопливо. Во взгляде короля мелькнуло отдаленное недовольство. Он любил сына, это было ясно сразу, но он прекрасно понимал сына и знал ему цену.

— Вот и слушайся, друг мой. Оставь выпивку, и никаких красоток! Библиотека там большая, будешь набираться ума. Тебе пригодится.

Отсутствие вина и выписанных из столицы красавиц заметно огорчило Альдена, но тот почти мгновенно взял себя в руки и ответил:

— Разумеется, государь. Сделаю все, что вы прикажете.

— И приятели твои пусть прекращают маяться дурью, — слуга поднес королю высокий бокал с темно-рыжей густой жидкостью, и Клаус с удовольствием отпил глоток. — Им тоже будет, чем заняться в Везерли. Если этот, с позволения сказать, живописец умеет рисовать не только голых баб, — король покосился на густо покрасневшего Михаля, — то для него есть работа по росписи нескольких залов.

— Благодарю, ваше величество, — негромко проговорил Михаль. В его взгляде появился энергичный блеск. Работа на короля открывала ему впечатляющие перспективы в профессии. Это в самом деле не рисование обнаженной натуры.

— Ну а вы… — король перевел тяжелый пронизывающий взгляд на Эвглин и некоторое время молча рассматривал ее, словно прикидывал степень опасности. — Это удивительно, конечно. Я потрясен.

— Я понимаю, ваше величество, — кивнула Эвглин, глядя прямо в лицо королю. Пусть убедится, что она честна и ничего не скрывает. — Поверьте, больше всего я хочу вернуться домой и желаю моему новому дому только добра.

— Ну что ж, ну что ж, — Клаус поерзал в кресле, усаживаясь поудобнее. — И как ты сюда попала?

На Эвглин вдруг накатила такая тоска, что она стала сомневаться, что сможет рассказать о доме без слез и истерики. Харвис мягко дотронулся до ее руки, и эта неожиданная поддержка взбодрила Эвглин и привела ее в чувство.

— Я просто шла учиться, — сказала она. — Было раннее туманное утро, и в какой-то момент я поняла, что знакомой улицы больше нет. Что я иду по дороге среди полей…

Горло стиснуло спазмом. Попав в Эльсингфосс, Эвглин запретила себе вспоминать о том, как это произошло: слишком уж мучительными были эти воспоминания. Но ей пришлось рассказывать об этом Харвису, а теперь королю, и Эвглин не знала, как ей сражаться с болью в груди.

— Потом? — спросил король.

— Потом я добралась до поселка Бриннт, — ответила Эвглин. — Там меня приняли за больную, потерявшую разум и речь. Священник местной церкви, отец Истван, принял меня в свой дом, у него я училась языку. Он заметил, что я часто вожусь с цветами и травами и предложил отправиться в столицу, в Эльсингфосскую академию чародейства и волшебства. Так я стала студенткой-травницей.

Король понимающе кивнул, задумчиво играя остро очиненным карандашом.

— Кем была дома? — осведомился он.

— Студенткой-травницей, — ответила Эвглин. — В моем мире тоже ведь есть растения…

Она растерялась окончательно и низко опустила голову, надеясь, что никто не заметит ее румянца.

— Мой сын предлагает тебя легализовать, выдав замуж за господина ванн Рейна, — произнес король, переведя пристальный взгляд на Харвиса. Тот выпрямился и ласково посмотрел на Эвглин. — Согласишься?

Эвглин кивнула и ответила:

— Соглашусь.

Клаус задумчиво провел ладонью по лицу.

— Конечно, надо бы тебя просто пристрелить, и дело с концом, — произнес он. Король, по всей видимости, предпочитал простые решения сложных проблем. В принципе, Эвглин не ждала ничего другого, но по спине все равно мазнуло холодком, а чашка кофе задрожала в пальцах. — Но мне претит убивать просто так. Тем более, юную девушку, которая производит приличное впечатление.

— Рада это слышать, ваше величество, — негромко прошелестела Эвглин. Клаус улыбнулся.

— Я доверяю господину ванн Рейну. Мой сын прав, он сможет за тобой проследить и укротить, если потребуется. Хотя… возможно, это и не потребуется. Ты производишь мирное впечатление, а я умею разглядеть змею за цветами.

Кажется, пришла пора вздохнуть с облегчением. Эвглин подняла голову и пристально посмотрела на короля.

— Единственное, чего я хочу, ваше величество, это вернуться домой, — повторила она. — Спасибо, что поверили мне.

Возможно, у короля была такая же татуировка, как и у Борха: слишком уж спокойным он выглядел.

— И что у тебя за дом? — поинтересовался король.

— Огромный мир, — промолвила Эвглин. Она сидела в кабинете Клауса и видела свой город: шумный, полный машин и деревьев, полный детских голосов и птичьих криков. — У нас вместо лошадей и экипажей машины. А вместо драконов — самолеты. Из одного конца земли в другой можно попасть меньше, чем за день…

— Дикари, — презрительно сказал Клаус. — Охота же людям так спешить… Но, впрочем, везде свой уклад, и не мне в него лезть. Господин ванн Рейн, — он снова посмотрел на Харвиса, — ваш брак во многом будет делом национальной безопасности. Понимаете?

— Да, ваше величество, — кивнул Харвис. — Понимаю.

— Ну и замечательно. Вы сильнейший маг нашего времени, думаю, вам можно полностью довериться. Уж с девчонкой-то вы совладаете с легкостью.

Харвис улыбнулся настолько тонкой улыбкой, словно речь шла о каком-то крайне деликатном вопросе.

— Сделаю все возможное, ваше величество. Госпожа Шу продолжит обучение в академии, и я не сомневаюсь, что вы услышите о ней только хорошее.

Альден негромко кашлянул в кулак, привлекая к себе внимание, и поинтересовался:

— Так когда вы назначите свадьбу, ваше величество? Если позволите, то мы, — он обвел взглядом друзей, — хотели бы присутствовать.

Клаус нахмурился, прикидывая.

— Да хоть завтра, — сказал он и вновь посмотрел на Харвиса. — Думаю, вас это устроит.

Колдун серьезно кивнул, а Эвглин вдруг охватило таким страхом, что ноги онемели.

— Устроит, ваше величество.

— А раз так, — король покосился на безмолвного слугу возле выхода, и тот сразу же бесшумно распахнул двери, — тогда аудиенция окончена. Альден, загляни к матушке, она от радости плачет вторые сутки.

— Слушаюсь, батюшка! — весело воскликнул Альден, и в кабинет тотчас же заглянул один из офицеров сопровождения. Принца простили — но только до определенных границ, и он прекрасно это понимал.

— Слушайся, — кивнул его величество. — Так будет лучше для всех.

После аудиенции Харвиса и Эвглин довольно бесцеремонно отвели обратно и запихнули в экипаж. Когда двери с грохотом захлопнулись, и кучер хлестнул по лошадям, Эвглин негромко промолвила:

— Неужели все закончилось? Мы свободны?

Харвис кивнул. Девчонка оказалась молодцом — держалась с достоинством, не показывая страха. Хотя ей было страшно, а как иначе? Харвис имел все основания считать себя отважным человеком, но его величество Клаус одним своим видом мог нагнать дрожь на кого угодно. Он был властью, и эта власть подавляла.

— Интересно, куда нас теперь везут, — добавил Харвис. — Не хотелось бы появиться в новом доме под конвоем.

Эвглин испуганно посмотрела на него. Интересно, насколько сильно ее пугает вынужденный брак, когда он не просто тема для беседы, а то, что случится завтра? Она согласилась выйти замуж за Харвиса с присущим ей здравым смыслом, но любой здравый смысл пасует, когда наступает ночь, и бежать уже некуда. Харвис представил, как они гасят свет и ложатся в постель, и ощутил пробирающую дрожь.