"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 51

Гидеон наклонила голову.

– Ты нужна Жанмари, – повторил он, – кто-то погиб. Ты должна пойти со мной.

На мгновение Гидеон понадеялась, что это была трындец какая неудачная попытка привлечь к себе внимание, но Исаак уже отвернулся от нее. Глаза его были черны, как камень. Ей ничего не оставалось, кроме как идти за ним. Исаак провел ее по широченному коридору, по лестнице в тренировочный зал. При каждой встрече со скелетами-слугами он вздрагивал. Гобелен никуда не делся, висел на прежнем месте, скрывал дверь. Исаак толкнул плечом другую дверь – наверняка она больно ударила его по локтю – и ввалился в комнату, в которой когда-то располагалась зловонная яма с мусором. Теперь электрический свет заливал квадрат сверкающей воды.

Гидеон видела, как скелеты раскатывали длиннейший резиновый шланг и даже успела заметить, как в дыру на полу толчками полилась пахнущая морем жидкость, но конечный результат оказался невероятным. Плитка блестела от влаги. Набериус из Третьего дома и Коронабет, оба в легких купальниках и шортах, скакали в бассейне.

Если ванна показалось ей безумием, то это вообще лишило ее мозга. Гидеон никогда не видела, чтобы кто-то плавал. Оба тела разрезали воды и шли вперед ровными толчками. Она смотрела на длинные золотистые руки Коронабет Тридентариус, которая мчалась вперед и вперед, а потом доплыла до стенки и развернулась, ударив по ней пятками. За стеклянной дверью виднелся Колум из Восьмого дома. Он сидел на скамье и протирал щит мягкой тряпочкой. Лейтенант Диас делала идеальные выпады один за другим.

Исаак рванулся к воде. Он встал прямо там, куда подплывала кронпринцесса Иды. Та замедлилась и схватилась за край бассейна, вытрясла воду из ушей. Волосы казались мокрым янтарным шлемом.

Очаровательное личико принцессы приняло то выражение, которое Гидеон позволить себе не могла. Оно будто говорило: «Чо?»

– Что? – спросила она.

– Жанмари хочет видеть вас, – скучно сказал он, – лично.

Набериус тоже доплыл до края бассейна и выскочил из воды, чтобы посмотреть на них. Костюм на нем сидел куда плотнее, чем на Коронабет, и все пятьдесят семь мышц брюшного пресса очень даже выделялись. Он долго и напоказ растягивался, но перестал, поняв, что никто не смотрит.

– Что еще случилось? – обиженно спросил он.

– Лучше вам поспешить. Я обещал ей вернуться через пять минут. Она осталась с трупом.

– Исаак, помедленнее, – Корона выбралась из воды, мелькнула золотая кожа и невероятно длинные ноги, и Гидеон впервые в жизни вознесла Запертой гробнице искреннюю молитву благодарности. Корона завернулась в белое полотенце. С нее текла вода.

– Кто умер? Исаак Теттарес, что все это значит?

– Это значит, что кто-то умер, – коротко сказал Исаак. – Если вы не пойдете, я уйду через десять секунд. Я не брошу Жанмари.

Корона бросилась к тренировочному залу, сунула мокрую голову в дверь. Ее рыцарь вытирался собственными белыми полотенцами, втискивал мокрые ноги в сапоги. Коронабет себя этим не утруждала.

Но теперь за ней шла лейтенант Диас. Для тренировки она не переодевалась, только расстегнула верхнюю пуговицу мундира. Замыкал угрюмый и злобный Колум из Восьмого дома.

Эту разномастную компанию вывели на очередную широкую террасу, на этот раз совсем некрасивую. Они оказались близко к доку. Скорее всего, это тоже раньше была посадочная площадка для одного шаттла, но теперь здесь торчала огромная металлическая труба, прямая, как флагшток, обложенная кирпичом, внизу заваленная большими каменными плитами, кучами гнилых растений и старых тряпок. Кажется, их использовали для чистки бассейна: местами он позеленел от медянки, а в остальных местах почернел. В дымоходе имелась металлическая решетчатая дверь высотой метра два, куда можно было кидать мусор. Сейчас она была открыта. Внутри что-то слегка дымилось.

Исаак немного расслабился, увидев Жанмари из Четвертого дома. Мусоросжигательная печь выглядела мертвой и заброшенной, хотя внутри все спеклось толстой коркой, как в вулкане. Жанмари походила на неисправный электрический провод и чуть ли не сыпала искрами. Она держала в руке обнаженную рапиру и нервно ходила от печи к краю дока, то и дело оборачиваясь, будто ожидая нападения со спины. Гидеон начала восхищаться этой абсолютно звериной настороженностью. Увидев кучу идиотов, которых привел некромант, Жанмари рассердилась:

– Я хотела видеть Девятую и принцессу Коронабет. – Голос у нее дрогнул.

– Остальные сами приблудились, – ответил Исаак, – я не хотел тебя надолго бросать.

Будто забыв о своих босых ногах и мокрой одежде, Корона подошла к гадкой девице.

– Спрячьте клинок, госпожа Шатур, – мягко сказала она, – все в порядке.

Благодаря Короне рапира опустилась и даже скрылась в ножнах, хотя руку с рукояти Жанмари так и не убрала.

– Что случилось? Что вы нашли?

– Тело, – мрачно ответил Четвертый.

Все сгрудились в кучку. Куском старой плитки Жанмари толкнула дымящуюся решетку, чтобы можно было заглянуть внутрь. В неглубокой шахте угли все еще светились тускло-красным под кучей золы.

Рыцарь Второго дома вытащила откуда-то железную кочергу и пошуровала в куче. Зола была мягкая, мелкая, она легко рассыпалась тонким белым порошком, и красноватые угли развалились от удара. Последовала выжидательная пауза. Жанмари потыкала кочергой в дальние углы, а потом вытащила ее.

– Это просто зола, – сказала лейтенант Диас.

– Там сожгли тело, – ответила Жанмари.

Колум из Восьмого дома вооружился каким-то старым прутом и подгреб к себе кучку золы. Сунул руку прямо в нее – то ли он не обращал никакого внимания на физическую боль, то ли отлично умел делать невозмутимое лицо.

Он продемонстрировал всем свою добычу: что бы там ни сгорело, оно сгорело в нежный серовато-белый пепел, оставлявший жирные следы на пожелтевших ладонях Восьмого. Юный некромант равнодушно сказал:

– Уж что-что, а отличить свежие человеческие останки я могу. А ты, принцесса?

Корона помолчала. Вмешалась Вторая:

– А если они просто жгли кости? Один из слуг мог развалиться.

– Кто мог бы… просто спросить, – промямлил Колум из Восьмого дома. Разумность предложения удивила Гидеон, но Исаак не услышал.

– Это жир и плоть, а не сухие кости.

– Они не… Пятые ведь…

– Магнус и Абигейл все еще находятся там, где им следует, – злобно ответила Жанмари, – в мертвецкой. Кого-то убили и сожгли вместе с мусором.

На лице ее подсыхали длинные царапины. Она выглядела еще растрепаннее своего дружка, если такое в принципе было возможно, и сейчас казалась совсем дикой. Волосы стояли над головой темным нимбом, запачканным кровью и чем-то еще гадким, а глаза слезились от едкого дыма. Надежным свидетелем ее никто бы не назвал. Особенно Набериус.

Он скрестил руки на груди, чуть поежился от утреннего холодка и процедил:

– Что еще за сказки, куколка? Вы с ума сошли оба.

– Заткнись…

– Я тебе не куколка, мудак!

– Принцесса, скажи ему, что эти останки…

– Бабс, захлопни пасть и причешись, – велела Корона, – и нечего тут обесценивать.

Как обычно, он принял уязвленный вид и поправил полотенце на мокрых волосах.

– Кто обесценивает, я обесцениваю? Я просто говорю, что это бессмысленно. Не надо тут кричать и злиться, Четвертые. Если кто-то пропал, мы сможем предположить, что этот кто-то лег вздремнуть в печи для мусора.

– Ты ведешь себя удивительно равнодушно, – заметила рыцарь Второго дома.

– Надеюсь, что ты тоже попадешь в печь, – сказала Жанмари, – что то, что убило Магнуса и Абигейл, и того, кого мы сейчас нашли, придет и за тобой. Посмотрела бы я тогда на твою рожу. Как ты будешь выглядеть, когда мы тебя найдем, принц Набериус?

Гидеон встала между ними, пока Набериус не обрушился на заплаканную, перепачканную золой девчонку. Заглянула в печь. Рыцарь Восьмого дома все еще в ней копался, но Гидеон показалось, что искать там было нечего. Что бы в печи ни сгорело, оно превратилось в жирные вонючие крошки. Частички пепла кружились в воздухе, как конфетти, и оседали на лицах.