"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 1591

– Аифа?

– Элия! – воскликнула Аифа, поднимая темно-серого щенка обеими руками, его маленькие лапки двигались, словно хотели побежать по воздуху. – Пойдем, посидим со мной, и ты расскажешь, чего хотел король.

Принцесса поднялась на второй этаж. Она раздвинула щенков, позволила их матери хорошенько понюхать ее юбки и присела рядом с Аифой, поджав ноги. Элия прижала гладкого, пыльного щенка к своей шее, и пока он шарил по ее груди и обнюхивал мочку уха, Элия рассказала о прибытии Кайо, о новостях от него и о доставленных письмах. Сначала младшая дочь Лира зачитала письмо от Эрригала («Старый пес-покровитель», – плюнула Аифа), потом – Гэлы («Как всегда, ужасно звучит, и ты по многим причинам не можешь выйти за Рори Эрригала!») и Риган («Безжалостная и все же с толикой добра. Видимо, снова беременна!»). Последним молодые женщины прочитали письмо Аифе от ее отца.

– Ох, папа, – тихонько простонала Аифа.

Элия положила письмо Дурака себе на колени.

– Он имеет в виду, что мой отец искренне верит в мое предательство или это сделали звезды. Звезды показали ему, что сначала я могу сделать одну вещь, а потом сделаю другую, следовательно, кто-то из нас должен лгать.

– Как он может думать, что это ты? – достаточно зло спросила Аифа, и собака подняла длинную морду.

– Потому что солнце садится каждую ночь и встает в нужное время. Приливы и отливы колеблются и в точности смещаются, а луна и звезды не меняются. Так что, конечно, это должна быть его дочь, поскольку у дочерей – и у сыновей, у отцов, да и вообще у всех людей – непостоянные сердца.

Последние слова Элия произнесла с печалью в голосе.

– Только не у Элии Лир.

Принцесса сдержанно пожала плечами.

Аифа фыркнула. Все ее тело дергалось, она, обиженная за свою хозяйку, сжала кулаки и постаралась не пихать щенков, чтобы она могла стоять. С преувеличенной осторожностью молодая женщина убрала несколько щенков и добралась до своих ног, позволив последним двум скатиться с подола юбки.

– Ты не сердишься? – спросила Элия, посмотрев на ее руку. Пальцы Аифы вцепились в шелковистую шерсть щенка. Он пошевелился, и молодая женщина отпустила малыша, мягко проведя рукой по его короткой спинке. – Какая же польза сердиться? – тихо добавила принцесса, опустив глаза.

– Ничего себе! Встань на ноги и начинай бороться!

– Бороться? Бороться с чем? – Элия подняла взгляд на Аифу. Ее щеки раскраснелись. – С моими ужасными сестрами? С безумием моего отца?

– Я не могу указывать тебе, что делать. Принцесса выше горничной.

– Между нами больше нет разницы, Аифа.

Дочь Дурака прижала кулаки, чтобы не размахивать ими или рвать на себе волосы:

– Не надо себя жалеть, Элия. Я этого не потерплю.

Элия нахмурилась, а потом сказала:

– Это правда. Я не принцесса. Так сказал мой отец, который был королем.

– Ты действительно в это веришь? Это будет иметь какое-то значение? Твой отец мог бы сказать, что я не дочь своего отца, но никто не в силах отменить мое рождение. Он может уничтожить мое имя, по крайней мере в пределах Иннис Лира, но он не способен изменить меня.

– А я изменилась, – прошептала Элия, едва шевеля губами.

– То есть?

– Я что-то потеряла. Что-то, что помогло бы мне лучше себя узнать.

– Ты уже почти не улыбаешься.

Аифа внезапно упала на колени, распугав щенков. Она схватила Элию за руку, сжимая ее кольца и пальцы. Элия положила другую руку на руку Аифы. Принцесса сняла простое серебряное кольцо с янтарем со своего большого пальца и надела на первый палец Аифы.

– Веру, – произнесла Элия, не глядя в глаза подруге. – Доверие? Я думала, мой отец был настоящей звездой на небе – странной, капризной, но истинной. Много лет назад я выбрала его, Аифа. Я выбрала Лира, настроив против себя сестер, так как он крайне тяжело переживал смерть нашей матери. Я сделала его идеальной звездой, веря, что отец правдив. Однако это не так! И если это не так, то во что тогда мне верить, если я не могу даже поверить, что звезды должны взойти? Как же могу доверять себе, или тебе, или Моримаросу, или сестрам, или Бану Эрригалу, или вообще кому угодно? – Молодая женщина говорила напряженно, на повышенных тонах и быстро.

Аифа дернула их соединенные руки:

– Ты можешь доверять мне, поскольку я тебе это говорю и потому что у меня нет других планов, кроме тебя, меня, наших семей и страны.

Наконец Элия перевела взгляд зеленых глаз на Аифу:

– Я не знаю как. Я верю тебе, но… после стольких лет как я могу тебя впустить в свое сердце? Так, как я никогда этого не делала раньше? Вдруг я тоже тебя потеряю, Аифа, как только позволю себе тебя любить?

– Тогда ты выживешь, – Аифа быстро наклонилась и поцеловала Элию в губы. – Ты будешь скорбеть, и ты выживешь. Вот что такое любовь. Она не должна тебя сломать, как уничтожила Лира, а наоборот – сделать сильнее.

Элия уставилась на Аифу. Принцесса коснулась своих губ.

– Может, это и есть я, – прошептала Элия. – Я внутренне сломалась, причем в том месте, которое, как я считала, всегда было крепким и сильным. То же самое ощущает и мой отец. Даже когда все ненавидели его, мы были вместе. Я служила ему звездой и маяком, ведущим сквозь бурю его утрат. Сейчас я уйду, и Лир вновь заблудится. Он меня потерял.

– Он тебя выбросил! – Аифа, злясь и шипя, потянула за свободную прядь Элии. – Ты ничего не сделала!

– Я никогда ничего не делаю, как ты сказала. Я всегда буду буфером, бальзамом и утешением! Возможно, мостом, но ведь мост не парит и даже не движется, он даже никогда не видит конца реки. Я думала, одних звезд для меня достаточно, выбрать их ради Лира достаточно, но я потратила всю свою жизнь ни на что. Изучая, что делают другие, что говорят звезды. Реагируя. Была той, какой я и должна быть. Я держала определенное направление, старалась быть доброй и слушать, но даже деревья сейчас со мной не разговаривают. Ты знала? Я растратила себя на безмолвные звезды и забыла язык деревьев.

– Ты можешь учиться заново, – пробормотала ошеломленная Аифа.

Элия покачала головой:

– Я не должна была исполнять приказ отца. Я могла остаться и уйти с Гэлой или Риган, чтобы удержать себя рядом с ним, пока он снова меня не увидит. Я не должна была позволить его безумству вытолкать меня прочь или чтобы презрение и отчуждение меня пугали. Я должна была что-то сделать, Аифа. Я не знаю, как себя вести. Только я… Я все еще… – Элия промолчала, а потом прошептала:

– Я должна была убежать с Баном.

Аифа отстранилась и подозрительно посмотрела на принцессу.

– Ты должна была убежать с ним? С бастардом Эрригала? Эрригаловской лисой?

Элия взмахнула ресницами и опустила их. Она сказала:

– Там было и пятое письмо. От Бана Эрригала.

Аифа лишь сдавленно вздохнула.

– Теперь письмо у короля. Он написал на языке деревьев: «Я держу свои обещания». По крайней мере, читать на этом языке я все еще могу. – Последнее предложение Элия произнесла быстро, словно оно могло скрыть начало ее реплики.

– Какое еще обещание? – вскрикнула Аифа.

– Он обещал показать мне, как легко может измениться отцовская любовь. Доказать, что это не моя вина, а слабость наших отцов.

Аифа сузила глаза и рот.

– Я даже не могу решить, звучит это прекрасно или опасно. Скорее всего, и то, и другое.

– Он такой, Аифа. Прекрасный и опасный.

– О да? – слова принцессы взволновали Аифу. Она больше года искала признаки влечения и страсти в Элии. – Зачем же ждать, когда такие вещи решатся за тебя?

Аифа всегда спрашивала, а Элия всегда отвечала: «Я буду тем, кто я есть».

Аифа дотронулась до спины принцессы.

Покачав головой – дескать, с ней все в порядке, – Элия глубоко вздохнула.

– Мы можем исправить этот момент, – произнесла Аифа. – Что именно ты хочешь сделать?

– Быть смелой, но, Аифа… – Элия подняла лицо и сжала руку подруги. – Я не знаю как, – прошептала девушка, крепко держась за подругу.