Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 30 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 35

— Никогда, — выдыхает она.

Вообще, этот Давид явно обделён умом и не понимает, что крепко так нарвался. Кроме того, его энергетика как будто подправленная. Не знаю, кто его подпортил и подослал ко мне. Может, он под «настройкой» Лорда Тени. А может, это учудил Франсуа, охотник на колыбельки. Но ясно одно: этот горец — не просто недобиток с гор.

Он подходит ближе и хлопает меня по плечу.

Я пока не сношу ему руку в плечевом суставе. Но в голове уже раскладываю варианты.

Личный дворянин без титула не имеет права касаться графа без разрешения. Тем более — короля.

Стоящая в отдалении Ольга Валерьевна, нахмурившись, кивает мне на охрану, но я качаю головой. Парни могут пострадать, лучше я уж сам разберусь с этим ходячим недоразумением.

Давид ухмыляется, словно является хозяином положения:

— Я делаю тебе последнее предупреждение, Филинов. Отдай мою сестру, пока можешь.

Гепара стоит за моей спиной, и её руки подрагивают. А сам я смотрю на этого горного выскочку с равнодушием.

— Граф Филинов! — раздаётся крик с индийским акцентом на весь зал, — верни мне моё лицо!

В аренный зал вбегает Арун. Он появляется, как всегда, эффектно. Камзол с золотым шитьём, высоко поднятый подбородок, походка павлина на допинге. Только вот лицо у него всё ещё напоминает раздувшийся зад макаки в период спаривания.

— Верни его назад! Ты одним прикосновением превратил моё лицо в ЭТО! — визжит индус.

Давид замирает и опускает взгляд на свою руку, которой только что хлопал меня по плечу. Снова смотрит на фейс индуса. Побледнев, горец отшатывается и трясёт ладонью, словно пытаясь скинуть невидимую порчу. Теперь Гепара кротко улыбается. Я же смотрю на горца как на смертника:

— Хочешь ещё раз хлопнуть?

— Встретимся на арене! — кричит он испуганно и драпает в стеклянную коробку.

На самом деле мне бы пришлось повозиться, чтобы изменить структуру физика, почти Мастера. Да только он не знает этого.

В моей голове — лёгкий всплеск мыслеречи от Гепары, тёплый, полный облегчения:

— Спасибо.

Аруна тем временем уже обступила охрана. Кричащего индуса уводят — вежливо, но крепко, как уносят пьяного дипломата с корпоратива.

Думал, зрителей больше не будет, да неожиданно явились представители Охранки. Причём — ба! — есть и знакомые лица. А именно славянское лицо Алёнушки, которая пришла вместе с тремя экспедиторами.

Я киваю подошедшей девушке в чёрном кителе:

— Какая честь — снова видеть вас, госпожа офицер.

Алёнушка кивает сдержанно:

— Взаимно, Ваше Величество. Я пришла по поручению Владислава Владимировича. Информация о горце Давиде находится у меня. Вы можете, Ваше Величество, прочитать её прямо сейчас.

— Как же мне её прочитать? — не вижу документов в руках экспедиторов.

— По мыслеречи. Я всё прочитала и запомнила в дороге, так что могу вам передать, — удивила девушка. — Так будет быстрее.

Киваю. Алёнушка знает толк в телепатии, хотя сама и не телепатка.

Не влезаю вглубь и не пытаюсь вторгнуться в личное. Щиты даже не трогаю — просто скольжу по поверхности, как по зеркалу, и забираю всю информацию, что отдаёт Алёнушка.

Технически я просто общаюсь с Алёнушкой по мыслеречи, только она передаёт по каналу свои воспоминания, как читала досье. У девушки фотографическая память, что упрощает дело. Это как собрать из пронумерованных страниц книжку, правда, намного быстрее.

Что ж, Давид долго жил в горах и промышлял бандитизмом. Несколько лет числился в сводках как полевой главарь одной из мелких группировок. А вот его «личное дворянство» — откровенная липа. Никаких официальных записей о присвоении ему герба нет. Словом — похоже, и правда купил корку в переходе. Фальшивка уровня туалетной бумаги.

Всё ясно. Впрочем, и так было понятно, что горец — мошенник. Просто теперь — документально подтверждено.

Алёнушка поворачивается ко мне и говорит почти деликатно:

— Я могу прямо сейчас арестовать горца за подделку документов. Владислав Владимирович разрешил действовать, но только после вашего одобрения.

Я качаю головой:

— Тогда моё слово — «нет». Арестуйте его после боя.

Она чуть прищуривается. Говорит ровно, как само собой разумеющееся:

— Боюсь, после боя от него ничего не останется, Ваше Величество.

И она права — абсолютно.

Я смотрю сквозь стекло на Давида, разминающегося на арене. Он уже размял плечи, делает круговые движения шеей, улыбается самодовольно — непонятно, на что надеется.

— Вам же лучше, госпожа офицер. Меньше мороки с допросами.

Арендованное поместье де Фанфан, Москва

Ангел сидел в кресле и смотрел телевизор — или, как он мысленно его называл, колдовской ящик этого мира. Надо признать: в этой сфере местные действительно продвинулись. Картинка — кристально чёткая, звук — почти как эфирное пение архонтов, а в передаче — не кто иной, как Данила Вещий-Филинов. Собственно, из-за конунга Ангел сейчас и смотрел ящик.

Ангел машинально перелистнул каналы — глянуть, что там ещё есть, — потом вернулся и как раз застал момент, когда в эфире внезапно появился какой-то дикарь в кожаной безрукавке. Публика взбудоражена, красивая ведущая в голубом платье растеряна, сам Данила остаётся сидеть, на лице менталиста — неподдельное спокойствие.

— Хм, — тихо произнёс Ангел и тут же активировал связь-артефакт, набирая нужную сигнатуру.

Сфера из янтаря вспыхнула мягким светом, и почти сразу голос Лорда Тени отозвался с другой стороны:

— Слушаю, Ангел.

Ангел не терял времени:

— Сейчас Филинова показывают в ящике, и там явился чей-то брат и обвиняет его в краже. Это не ваших рук дело, милорд?

Ответ не заставил себя ждать:

— Это рук моих людей. Они нашли этого дикаря, обработали, вложили нужное… — пауза. — Я тоже приложил руку. Обвил его порождением Первозданной Тьмы. Внутри него теперь тлеет нечто необычное. Если дело дойдёт до боя — Филинову будет отличный сюрприз.

Ангел сдвинул брови, но не ответил сразу. Он не любил такие игры. Тем более, когда правила писались на ходу. Но с теневиком глупо спорить — вся его магия построена на том, чтобы бить исподтишка.

Крылатый Организатор хмуро бросил:

— Что ж, милорд, надеюсь, вы знаете, что делаете.

— Ты позвонил, чтобы меня учить? — разозлился Лорд Тень.

Связь резко оборвалась. Разобиделся теневик.

Ангел снова посмотрел на экран, где дикарь уже стоял на арене, а конунг Данила как раз говорил что-то Ольге Валерьевне.

— Посмотрим, чем всё кончится, — пробормотал он. Филинов выглядел слишком спокойным. Впрочем, это и логично — он ведь не догадывался о ловушке.

— Можно включить камеры. Я готов, — громко произношу я великой княжне.

Ольга Валерьевна тут же дублирует мою команду, её голос уверенно летит в сторону режиссёрской группы:

— Работаем. Пошли в прямой.

Камеры щёлкают, свет усиливается. Стеклянный куб замыкается вокруг нас с Давидом. Прозрачная арена, бронированные грани — давненько я не дрался на глазах у всего Царства.

Давид встаёт напротив. И, конечно же, начинает распинаться перед камерами:

— Ты отобрал мою сестру! — орёт он, стараясь выглядеть праведным мстителем. — Она моя! По праву крови! Моя!

Не знаю, зачем ему это нужно. Настоящему заказчику Давида явно должно быть плевать на историю с сестрой. Видимо, для своего пиара старается.

Сам я воздерживаюсь от болтологии. Просто обрушиваю на него псионическую волну.

Горец не успевает даже вдохнуть. Он падает, как мешок с картошкой.

Физик всего лишь. Мощный корпус, пустая башня.

Я подхожу ближе, глядя на него сверху вниз, и говорю — спокойно, чётко, на всю арену:

— В Царстве запрещено рабство. Есть только подданство дворянину.

Пауза. Камера, кажется, берёт крупный план.

— А ты не дворянин. Удостоверение — подделка. Но при этом посмел вызвать на дуэль графа Русского Царства и нарушить закон. Принимай последствия.