Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 30 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 32

— Изначально я дворянин Русского Царства. Мой род уходит корнями в историю этой земли, и я часть аристократии этой страны. Поэтому интересы Золотого Полдня и Тавринии всегда будут соотноситься с интересами Царства.

Симохин наклоняется вперёд, тяжёлый, как шкаф:

— А как же Золотой Дракон и Пёс? Вы — единственный человек во всём Царстве, обладающий сразу двумя багровыми зверями. И используете их, мягко говоря, не в интересах Царя, а против других дворян. Например, Паскевичи, Семибоярщина — вы переходили в наступление.

Я хмыкаю про себя. Вот же дотошные стариканы.

— Его Величество лично утвердил мою опеку над Золотым Драконом, — говорю спокойно. — Никто другой с ним не справился бы. А что до Семибоярщины и князя Паскевича — это они полезли первыми.

Тут влезает Питько, с видом дотошного историка, решившего добить романтику фактом:

— Но всё же, — он вдруг поворачивается к Маше, — вы, Мария Юрьевна… если я не ошибаюсь, изначально были невестой молодого Паскевича? А теперь уже достались его уничтожителю Даниле Степановичу?

Маша смотрит сурово на старика:

— Вы сильно ошибаетесь, Ваше Превосходительство! Я была невестой только Данилы Степановича и только его! С Паскевичем-младшим мы лишь когда-то дружили. Но когда я увидела его истинное лицо — немедленно порвала все связи.

В студии — напряжённый вдох. Питько же прикусил язык — он чуть не обвинил княжну Морозовых в ветрености, сам это понимал, но ляпнуть все равно ляпнул.

У Симохина на лице — раздражение, которое он тут же прячет под вежливое выражение. Но, конечно, не унимается:

— Данила Степанович, а не слишком ли много вы на себя берёте? Вы говорили о Золотом Драконе так, будто он может подчиняться исключительно вам и больше никому другом. Неужели с ним никто больше не справится? Ни один телепат-приручитель в нашем Царстве? — со смешком заключает, он показывая абсурдность этого утверждения.

Эх, как же донести до старика, что всё именно так и есть? Просто потому, что между мной и Золотым заключён договор. И тех, кто пытался усесться на него без разрешения, он превращал в уголь.

Но вдруг Жанна Валерьевна берет слово.

— Это правда, профессор Питько, — равнодушно бросает баронесса Горнорудов, даже не не обратившись к ректору по титулу, — Данила Степанович способен на то, на что не способны другие. Моё возвращение к жизни — одно из подтверждений, разве нет? Сколько телепатов пыталось это сделать, да все без толку. Спасибо Даниле Степановичу, что взялся за эту задачу.

Вот теперь всё встало на свои места. Я сомневался, на чьей она будет стороне. И вот — тёща сыграла за мужа дочери.

Симохин раздраженно вклинивается.

— А всё же, — произносит он язвительно, — молодому дворянству не хватает чести. Иначе бы оно не похищало девушек с Кавказа.

Тишина падает, как топор.

— Неужели вы имеете в виду меня? — удивляюсь.

— Кого же еще! — кивает Симохин.

Вся студия замирает. Даже операторы переглядываются в непонятках. Лицо Ольги Валерьевны становится каменным, голос — как сталь:

— Такое нелепое обвинение может иметь серьёзные последствия, Ваше Высокоблагородие.

Симохин и не думает пугаться.

— У меня есть потерпевший, Ваше Высочество — заявляет он резко, почти торжественно.

Кивает куда-то за кадр:

— Сейчас он войдёт.

И тут двери распахиваются.

Влетает фигура. Широкоплечий, как шкаф, с чёрной бородой, сверкающими глазами и резкой походкой. Взгляд — бешеный. За ним — охранники, пытавшиеся остановить. Он просто сносит их, как манекены, перешагивает через тела. Бейджик на груди — «МЗ», массовый зритель. Очевидно, пробрался по левому списку «массовки» и теперь вываливает подготовленный спектакль.

— Я Давид! — рычит горец. — Брат Беллы, известной как Гепара! Я требую вернуть мою сестру! Ты, граф, ее похитил и удерживаешь силой! А она моя! Моя!

Поместье Вещих-Филиновых, Москва

Светка сидела на диване, поджав под себя одну ногу. В одной руке — кружка с облепиховым чаем, согревающая ладони. В другой — пульт, забытый и уже ненужный. Ведь на экране Даня в прямом эфире, и пролистывать его никак не хочется. Два старикана пытаются его обвинить в какой-то чуши, но Даня их легко уделывает… Пока не влетает бородатый горец, явно сильный маг, и орёт какой-то бред.

Светка хлопает глазами в непонятках, не отрывая взгляда от Дани:

— Гепара… — тихо говорит блондинка. — Это же не правда?.. Этот мудила не может быть твоим братом?..

Гепара, сидящая в майке и шортиках, не шевелится. Губы сжимаются. Лицо становится ещё бледнее, почти мраморным.

— Гепара? — заволновалась Света.

Гепара словно бы опомнилась и посмотрела на неё:

— Да?

— Гепара, кто этот горец? Он твой брат?

— Он — чудовище, — произносит она глухо.

Глава 11

«Лубянка», Москва

— Владислав Владимирович, спецгруппа по вопросам Вещих-Филиновых прибыла, — сообщила Алёнушка, его секретарь, зайдя в кабинет и щёлкнув каблуками друг о друга. Чёрный китель плотно обтягивал грудь, подчёркивая выправку и прекрасные природные данные девушки.

— Запускай, — коротко бросил Красный Влад и, с облегчением выдохнув, отодвинул в сторону стопку опостылевших документов. Дверь открылась шире, в кабинет вошли два экспедитора и один аналитик. Алёнушка тем временем устроилась за небольшим столиком в углу и приготовилась вести протокол — тетрадь, ручка, абсолютная невозмутимость, верхняя губа чуть поджата.

— Что у вас, господа? — спросил Владислав, сцепив пальцы у подбородка.

Он создал эту спецгруппу совсем недавно — и уже жалел, что не отрядил трёх специалистов целиком на изучение и мониторинг феномена Данилы раньше. Причём не только его самого, но и всего рода, который развивался пугающе быстро. Впрочем, лучше поздно, чем никогда.

Старший экспедитор заговорил:

— Вчера Вещие-Филиновы отстранили прежнего городничего Невинска в связи «с потерей доверия». Временно исполняющей городничего назначена Елена Викторовна, одна из младших жён графа Данилы.

Красный Влад не ответил сразу. Прикрыл глаза, усмехнулся одними уголками губ и тихо сказал:

— Хитрый парень. Метит на полную автономию.

Экспедитор, слегка опешив, переспросил:

— Ваше Высочество?

Владислав, хмыкнув, пояснил, уже с оттенком восхищения в голосе:

— По сути, Невинск — один из самых быстрорастущих городов в Царстве, если не считать населённых пунктов Междуречья. И те, к слову, тоже под контролем Вещих-Филиновых. Если жена Данилы — эта Елена — посидит хотя бы месяц в кресле городничего, то любые позитивные изменения в городе автоматически будут засчитаны на её счёт. И тогда появится основание закрепить её в должности уже на постоянной основе. А позитивные изменения точно будут.

— Елена Викторовна достаточно молода, — с сомнением заметил экспедитор.

— И что? — хмыкает Владислав. — Филинов тоже молод, а уже ветеран Хань, покоритель Золотого Дракона, Грандмастер телепатии, иномирский правитель и бог весть ещё кто…

— Но Данила Степанович — исключение из правил…

— А жён он, думаешь, берёт не по себе? — Владислав уже сомневался, что правильного человека взял за старшего в группу. — Они у него просто вместо красивой мебели, по-твоему? Одна — альва-друидка, которая сделала «Энергосинтез» ведущей фармацевтической компанией в стране. Другая — боевая огненная магия. Третья — высококлассный Целитель и двударный маг. Значит, и эта Елена непростая и как минимум мозгами не обделена.

— Вы правы, Ваше Высочество, — старший экспедитор поспешил признать, что ляпнул глупость. — Значит, план графа Данилы очевиден: Елена Викторовна покажет себя эффективно в кресле врио городничего и добьётся, чтобы её оставили постоянно на этой должности…

Владислав кивнул:

— А ведь структура социального управления Невинска — это и есть управляющий контур всего Невского графства. Кто контролирует магистрат, тот контролирует операционную жизнь графства.