Глаз идола (сборник) - Блэйлок Джеймс - Страница 48

— Боже, но ведь они могли вас застрелить, Элис, если б вы вернулись! — прочувствованно заявил Табби. — Не тешьте себя иллюзиями! Вы были им нужны, чтобы заманить Сент-Ива в Хитфилд, но теперь, когда это произошло, ваша ценность для них — не больше пенни. Мы с Джеком сидели бы тут, играя в вист и не имея представления, что вас обоих скоро вычеркнут из жизни. Но вы тут, живая и здоровая, именно потому, что не действовали наобум. Теперь нас трое, и мы сможем совместными усилиями подтолкнуть колесо Фортуны.

— Вы ошибаетесь, — возразила Элис. — Они позволили мне уйти. Им по-прежнему что-то нужно, и они полагают, что я смогу это им обеспечить. Они не стали бы убивать меня.

— Возможно, — пожал плечами Табби. — Но в любом случае вам лучше держаться подальше оттуда. Да и убивать вас было не обязательно. Достаточно всего лишь снять шапку. Вы бы против них не выстояли. Однако втроем мы сможем.

Я вполуха слушал заверения Табби, но до сих пор был в шоке от рассказа Элис. Сент-Ив в плену? Это было слишком тяжело принять, хотя я и опасался именно такого исхода его утренней экспедиции. Нас и вправду теперь было трое, но на всех лишь один защитный головной убор и при этом очень мало времени на поиски того недостижимого «колеса», к которому нам следовало приложить усилия. Я не мог вынести ожидания. Полный кровожадных мыслей, я вскочил, кинулся в угол, схватил шапку и поглядел в окно на край леса, уже совсем темного. Не было никаких сомнений в личности человека с рукой на перевязи и в том, что он хладнокровный дьявол. Элис описала третьего негодяя: ясно, что это был Коробейник, но в тот момент я не боялся никого, будь он сам Вельзевул на огненной колеснице.

Табби понял, что я затеял.

— Не дури, Джек! — громыхнул он, хватая меня за руку. — Элис только что выбралась из этого болота. Нет смысла тебе нырять в него.

— У нас только одна шапка, — парировал я, словно это оправдывало мое намерение идти в одиночку.

— И никаких сведений о том, сколько мерзавцев там орудует. Сент-Ив видит всё куда лучше, чем любой из нас. Теперь, когда дичь попала в ловушку, они почти наверняка вернутся в Бичи-Хед. Битва при Хитфилде проиграна, хотя Элис, хвала Господу, цела. Твой визит на поле сражения не приведет к успеху. В лучшем случае к задержке. Мы сделаем, как просил Сент-Ив, и дадим им бой, клянусь небом. Еще полчаса назад ты говорил то же самое. Послушай себя, если не слышишь меня, но рассуждай трезво, бога ради, а не спьяну или в гневе.

Конечно, в том, что он говорил, было достаточно смысла, хотя я видел только багровый туман. Но Элис заставила меня прочесть адресованное ей письмо мужа, на том мятом листке бумаги, что лежал в шапке — видимо, первое из двух посланий, написанных Сент-Ивом в то утро, потому что кончик пера был еще острым.

«Моя дорогая Элис…» — начиналось оно, а затем шло обращение мужчины, чьи мечты полностью разбиты. Первой его заботой, как вы понимаете, было наладить отношения с любимой женщиной. Но слезы Элис, лившиеся из глаз, пока мы молча читали это письмо, доказали — она не имела понятия, что всё так плохо, совершенно не догадываясь о несчастье профессора, оскудении его надежд, о том, что он убедил себя: любовь преходяща и кратка, словно приливы и отливы. Какие странные вещи приходят в голову, когда на нас ложатся тени!

Короче говоря, в первой части письма, торопливо нацарапанного в сумраке раннего утра, не было ничего о нашем здешнем деле. Но вот потом…

«Моя дорогая, следуйте на восток в сторону солнца, — говорилось в письме. — Через дорогу и дальше мили на две вы найдете угольные шахты, которые, как говорил Табби Фробишер, занимают изрядную площадь. Здесь я завишу от его бесценных знаний местности. Тропа, огибающая шахты, выведет вас из леса прямо на зады гостиницы „Олд Коуч Инн“, что в Блэкбойсе, где будут ждать Табби и Джек. Если меня схватят, я полагаю, что окажусь в Бичи-Хед. Цель Нарбондо — выкуп, а не убийство, хотя убийство может последовать за выкупом, как часто случается. Если вы читаете это, значит, я больше не „капитан своей судьбы“. Прощайте, Элис».

В общем, это было всё, хотя «прощайте» предварялось еще одним уверением в любви, будто первого было недостаточно. Какая все-таки жестокая ирония! Злодей сплел хитроумную сеть и похитил Элис, а Сент-Ив безоглядно кинулся в западню, чтобы спасти ее. Теперь они поменялись ролями, и сейчас была очередь Элис изображать героиню — она категорически отказывалась возвращаться в Чингфорд, несмотря на то что мы с Табби палили изо всех орудий нашей логики, чтобы зайти ей во фланг, так сказать. У Элис было одно, хотя и весьма спорное, желание — найти Сент-Ива и вызволить его из пут живым.

Упоминание о выкупе, то есть об упрочненном изумруде, вызвало у Элис больше вопросов, чем было ответов, так что мы оставили ее читать письмо, принесенное нам этим утром Джоном Гантером, а сами поднялись в каморку, в которой провели прошлую ночь, чтобы забрать сумки. Чуть больше чем через час должна была пройти почтовая карета на юг, которая могла доставить нас в Дикер, и мы решили сесть в нее. Мы проведем ночь в доме дядюшки Табби, найдем подходящее размещение для Элис и выработаем свой план. Что бы там ни было, мы не должны кидаться в окрестности Бичи-Хед наобум, как Сент-Ив бросился в Хитфилд.

ГЛАВА 7

ТРЕБОВАНИЕ ВЫКУПА

Нам хватило минуты, чтобы подготовиться к путешествию. Карета уже стояла во дворе, кучер ужинал в общем зале.

У нас было сорок минут до отъезда, и мы решили не тратить их попусту. Представить, что ожидало нас в Бичи-Хед, было сложно, но почти наверняка могли произойти новые вспышки безумия, и в этом случае нам требовались асбестовые шапки, за которыми следовало отправиться в резиденцию Помазка. Скорее всего, негодяй туда не возвращался, поскольку он не так храбр, чтобы заявиться в Блэкбойс, зная, что Элис сбежала, а мы вдвоем дожидаемся в гостинице. По крайней мере, мы надеялись на это. Табби предлагал Элис пойти вдвоем и по завершении операции спалить хижину негодяя дотла, но здравомыслящая ныне женщина не принимала идею игры с большими ставками и не относящимися к делу удовольствиями. Вариант отправить с поручением меня и подождать в гостинице с Табби ей тоже претил.

Итак, мы вышли втроем, ночь была благословенно сухой и пронизанной лунным светом. В конюшне мы отыскали нашего юного друга, угощавшего кучерскую упряжку овсом из больших торб. Увидев нас, он подскочил, словно чертик из табакерки, и спросил, чем может служить. Видимо, Табби все-таки дал мальчугану полкроны, ибо он был готов исполнить любое наше пожелание. Мы же просто попросили дать описание хижины Помазка, что Джон Гантер и исполнил с особым тщанием.

— Это такая низенькая халупа, — сказал он, — стоит отдельно в самом конце дороги, у леса. Рядом увидите кучу старья, а дверь полуоторвана. Верхняя петля совсем проржавела, и вместо нее приделан крюк с проушиной, на который дверь и закрыта. Такая лентяйская хитрость — ведь любой дурак с легкостью поймет, как туда попасть: просунув рычаг в щель или откинув тот крюк.

— Вижу, вы весьма разумны, мистер Гантер, — ободрил Табби, подмигнув ему. — Не окажете ли нам теперь еще одну услугу?

Мальчуган, не переставая глазеть на Элис, ответил, что с удовольствием, всё что потребуется.

— Нигде и никогда не упоминайте, что мы тут с вами беседовали, — посоветовал ему Табби. — И если в хижине Помазка нынче ночью случится нечто из ряда вон выходящее, надеюсь, что вы будете добры оставаться в полном неведении.

— Так я ничего и не знаю, — ухмыльнулся мальчишка и повернул невидимый ключ у своих губ. — Ненавижу этого чертова Помазка. Таким, как он, ничего не желаю, кроме кандалов и проклятий, подлый карлик, прощу прощения у леди.

— И проследите, чтобы почтовая карета не уехала без нас, — попросил Табби, вручая помощнику конюха еще полкроны, которые тот с радостью принял, сочтя день явно счастливым.