Геном хищника. Книга третья (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 53

Я бы тоже там проскочил со свистом, как на горке. Вот только делать я этого не буду. Во-первых, ничто меня не заставит пойти внутрь. Хотя на вид муравьи здесь жили получше некоторых повстанцев у нас в лагере. А во-вторых, эта хрень оказалась не панцирем, а всё ещё живой скотиной. Она несколько раз дёрнулась, будто вздохнула и почти на метр продвинулась внутрь. Может, и неживая, если допустить, что это просто запас продуктов для жителей города.

Но хуже всего были летающие. Мелкие, в районе моего кулака, но капец какие подозрительные. Я не успел отправить стрекозу в разведку, как ей быстро объяснили, что здесь она не суперхищник. И единственный плюс у летающих был в их маленьком размере, потому что те, кто ползал, были в разы больше. Реально, хряки какие-то, а не муравьишки.

Между нами было пятьсот метров, а в ушах всё равно стоял гул от сотен крыльев, через который методично пробивались звуки чавканья жвалами. Экскаватор с таким грохотом асфальт обычно ковыряет. В общем, я был впечатлён, а вот шакрас, видимо, считал, что при его скорости пятьсот метров это хорошая фора.

Я попытался вспомнить всё, что знал про организацию муравьёв. Королева-мать, солдаты, няньки, строители, фуражиры, скотоводы, разведчики, мутанты-обжоры… Не, последнее, это уже мои текущие впечатления. Здесь явно всё было перепутано, по крайней мере, по видам. Потому что я увидел муравья-пулю в бойнице, видимо, в роли дозорного. Муравья-бульдога с длиннющими клешнями, которыми можно в хоккей играть, в роли охранника. По паре возле каждой башни.

А огненный жевун, которого я бы узнал и без подсказки биомонитора, в роли охотника и добытчика. Основная масса муравьев была коричнево-красной, этот же был ярко-оранжевыми. Словно он горит изнутри. И лап у него было больше: восемь против шести у обычных муравьёв. Будто местная королева-мать была неразборчива в самцах и согрешила с пауком.

Два таких, как раз появились из леса, таща за собой бесформенный шерстяной мешок. Я не смог определить, кем он был до встречи с монстрами. А ещё один, наоборот, начал отходить от города.

Его-то я себе и приметил. Несмотря на яркий окрас, дважды умудрился его потерять среди красной листвы. Точнее, не терял из прицела, но не сразу находил, меняя собственную позицию. Жевун не торопился, но мне приходилось передвигаться совсем медленно, озираясь по сторонам, чтобы ни во что не вляпаться. Чуйка включилась, шакрас постоянно цеплял вокруг нас какую-то живность, но спасибо муравьям её было немного. Видимо, ближний радиус вокруг своего города они давно зачистили.

Мы отошли почти на километр, прежде чем огненный жевун остановился. Заполз в кусты, почти такие же яркие, как и он сам. Типа в засаде. И только морду высунул, дав себя рассмотреть подробней. Между нами триста метров, к каким бы отрядам насекомых он ни относился, но вполне соответствовал размерам ростовой фигуры. А вытянутая морда приближалась если не к лошадиной, то со взрослым пони могла бы поспорить. И выиграла бы за счёт дополнительно горизонтального ковша с зубами, торчащего из подбородка. Этакий намордник, который мог схватить жертву и подтянуть её к основной челюсти. Над зубами было две дырки.

Не ноздри — по данным биомонитора, из них как раз и шла струя чего-то похожего по своим свойствам на синильную кислоту. В том числе и воспламениться могла. И дальше уже были разнесены толстые усики и по бокам два чёрных глаза, похожих на рыбьи.

Я прикрыл глаза, в очередной раз прислушиваясь к чуйке, а заодно попытавшись пробудить подсказки по убойной зоне. До сих пор не понимал, как это работает, где тот переключатель, который добавляет дополнительные слои зрению. Но когда открыл глаза, всё уже было на месте. Ожидаемо — глаза, потом мозг, спрятанный под рикошетным панцирем и невидимый с моего положения, и не очень ожидаемо — ноздри-выхлопы.

— Белке в глаз, говорите? — усмехнулся я. — Муравью в ноздрю…

Я прицелился, задержал дыхание и выстрелил. В ноздрю я, конечно, не попал и новый рекорд не поставил. Но дырки теперь стало три! Пуля ушла чуть в сторону и совсем немного вниз, попав всего на сантиметр ниже отверстий. Уйди она ещё ниже, уже столкнулась бы с зубами, уйди выше к скошенному лбу, там уже шанс рикошета был слишком большой. А так — идеально! Вероятно, вокруг отверстий и хитин был помягче.

Взрыва не было, огненного монстра не разнесло на части. Он как стоял, так и осел, ткнувшись в землю. А пару минут, пока я менял позицию и пытался понять, кого привлёк звук выстрела, появилось заветное свечение моей будущей зажигательной пули. Начало положено — одна есть!

Я ещё больше отдалился от города, подойдя к трупу по широкой дуге. Подобрал белый сахарок с оранжевыми прожилками, но изучить не успел. Заметил, что к нам что-то движется в высокой траве.

Чуйка показала два объекта, и ещё два бегущих к месту, откуда я стрелял. Отлично, поиграем в игру: угадай, кто здесь охотник. Я отступил метров на сто, двигаясь от просвета до просвета, чтобы не терять прямую линию для стрельбы. И довольно быстро дождался нового жевуна в сопровождении «разведчика». В роли которого всё-таки выступил муравей-пуля, а учитывая его размер, скорее: муравей-боеголовка. Маленькая голова, худое тело и два толстенных жвала. Не совсем понятно, как он так быстро ходит, не черпая мордой землю. Ещё и усики здоровые, которые моментально повернулись в мою голову. Жвалы щёлкнули, им вторил жевун, чавкнув своими ковшами, и оба понеслись на меня.

Пять выстрелов, четыре из которых я потратил на «разведчика», и эти двое не добежали. Зато добежали другие, подкравшись сзади и крутанув время до кризиса сразу на пару часов.

В общем, добыча геномов началась!

Глава 26

За три следующих часа я собрал уже двадцать три генома огненных и восемь от «пулевых». Подстрелил в полтора раза больше, но часть оказалась без эссенций, а до части раньше меня добирался рой летучих.

В общем и целом я уже приноровился. В огненных, чтобы не дай Бог, они ко мне не подобрались, стрелял издалека. А муравьям-пулям давал возможность подойти ко мне поближе. И дальше уже разбирал их или из пистолета, или из дробовика. В зависимости от того, насколько близко ко мне был рой.

Потому что потом сразу же приходилось бегом менять положение. Кружить по лесу, заставляя шакраса маскироваться и возвращаться уже с другой стороны. Чтобы выманить новых охотников, а потом снова кружить и подбирать геномы.

Муравьёв меньше не становилось. Будь мы в какой-нибудь игре, я бы подумал, что она там спавнятся где-то на задворках города, позволяя мне их системно фармить. И если бы не вездесущий летающий рой, который рыскал по округе тремя плотными тучками, то я делал бы это в два раза быстрее.

Но во всём можно было найти хорошее — уровень «Маскировки» шакраса повысился на один пункт. Видимых изменений ни на теле, ни вокруг него я не обнаружил, но гнавшиеся за мной муравьи стали терять меня раньше. И даже зажав меня лежащим в высокой траве или слившимся с корой деревьев, быстрее разворачивались, проверяя другие участки. Безусловно, я не стал невидимкой, но и на рожон не лез, стараясь вовремя отступать и держать дистанцию.

И сейчас я в очередной раз прятался в корнях толстого дерева, слушая, как над головой гудит растерявшийся рой. Стрелять по рою было бесполезно даже дробью. Я один раз жахнул сразу из двух стволов, но получилось даже хуже, чем пушкой по воробьям. Облако распалось, пропуская дробинки, и склеилось обратно. На землю максимум три тушки с пробитыми крыльями свалились. И то, сразу же убежали обратно к городу.