Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 8 (СИ) - Афанасьев Семён - Страница 20

— Вы ответите за свой произвол, — хмуро пообещала Моэко в большей степени председателю суда. — Чего бы мне это ни стоило.

— Вы о чём сейчас? — главный чиновник здания выглядел спокойным.

Моэко покачалась на каблуках, делая с короткой дистанции глубокий выдох в лицо ну очень взрослого мужчины:

— Понимай как хочешь. — Она впервые в жизни разговаривала подобным образом. — Точнее, поймёшь в нужный момент.

— Держите себя в руках! Или!..

— Закройся. И молись, хотя не гарантирую, что поможет. Можешь подать на меня в суд за оскорбление, «твоя честь» не говорю — у тебя её не осталось.

Правоохранители напряглись, ожидая реакции старшего коллеги.

Из виртуального противостояния глаза в глаза её вывел щёлкнувший по локтю ноготь Решетникова:

— Не парься, Моэко-тян. Всё будет хорошо. — Такое ощущение, его девайс на ноге вообще не беспокоил. — Пусть думают, что отчитаются нормально.

— Ты же понимаешь, для чего это всё? — она заговорила открытым текстом.

Впрочем, чиновники свою работу сделали и находились на этапе отчаливания по своим делам. К беседе ответчика и защиты прислушивались скорее по инерции.

— Конечно, понимаю, — кивнул товарищ. — Но здесь обсуждать не будем. Услышь меня: не нужно нервничать, оно того не стоит.

— Это абсолютно неправильно, — Миёси-младшая покачала головой. — Это настолько противозаконно, насколько может быть.

— Подайте апелляцию, — весело выдал уходящий председатель суда от дверей. — Заодно потренируете формы вежливости, адвокат-сан.

— Тс-с-с! — Такидзиро адвоката борёкудан за руку и протянул на себя, как в танцевальном пируэте.

Второй ладонью он накрыл ей рот:

— Они же специально тебя раскачивают. Помни об отце. Чем больше истерики транслирует наружу Миёси-младшая, тем меньше её отец сфокусирован на будущих выборах. Теоретически. Мелочь, а приятно.

— Приняла. — Она сняла мужские пальцы со своих губ. — Погнали отсюда.

— Сколько времени у тебя уйдёт уйдёт на оспаривание браслета? — Решетников с воодушевлённым видом, не вязавшимся со случившимся, что-то активно просчитывал, шагая к выходу.

— За пару дней точно не снять, даже если напряжёмся сверх меры, — она намекнула на взятки и иные негласные возможности. — А в Пекине тебя ждут сам помнишь когда.

— Если бы тебе как моему адвокату дали неограниченные бюджеты, сколько бы ты времени снимала девайс по закону? — он настойчиво продублировал вопрос.

— Как бы не от недели. Четыре дня с учётом выходных — при фантастическом везении в апелляции. Я бы на него не ставила.

И что теперь делать? Такидзиро легально лететь в Китай не может, а незаконно можно и не думать. По крайней мере, лично она не знала, как.

— Поехали! — Решетников с беззаботным лицом и белозубой улыбкой занял в её машине место пассажира.

— Куда?

— В Йокогаму — очень неплохая техническая служба, давай продолжим там.

— Если у них компетентности не хватит? — Моэко влёт уловила намёк, но не стала даже здесь называть все вещи своими именами.

Товарищ явно собрался оставить с носом инженеров государственных при помощи инженеров корпоративных. Странно, все же знают, такие браслеты не снимаются.

— Если не сниму прибамбас в Йокогаме, есть запасные варианты.

— Может, лучше сразу с этих запасных и начать? Твоя работа в списке надзора — первое место, как потомственная якудза говорю.

— Просто начинаем с самого ближнего географически, — легкомысленно отмахнулся Решетников. — Главное — избавиться, чтобы они не поняли этого, инструменты и мелочи не важны.

— Ничего себе мелочи. Этот язычок запечатан. Нарушить целостность конструкции не выйдет — оно сигнал подаст. Скомпрометированный браслет нужно без задержки предъявить вместе с хозяином в контролирующий орган. В любое время дня и ночи.

— Не выйдёт сделать, что хочу, в Йокогаме — поедем дальше, — товарищ дипломатично не стал спорить. — А надзор нас с тобой сейчас должен волновать меньше всего, есть задачи поважнее. Поверь.

— Погоди. — Он придержал её в салоне на директорской парковке небоскрёба, когда она собиралась выходить из машины. — Совет от меня примешь?

— На тему?

— Твоего прямого рода занятий; и я сейчас не об адвокатуре.

— Ты хочешь что-то предложить мне как химэ Эдогава-кай? — Моэко удивилась. — Слушаю внимательно. — Затем добавила другим тоном. — Распирает от любопытства: что такого можешь сказать ты. На эту тему.

— Я обычно зря воздух не сотрясаю, — улыбнулся в сторону Решетников.

— Вот именно.

— Ты уже прикинула, как будешь загонять председателя окружного суда, пока ехала сюда? Поскольку оба младших судьи действовали по его откровенной указке?

— Конечно. — Она и не подумала отрицать. — Такие косяки системы — раковая опухоль общества. Подобное нужно удалять без колебаний, если мы не хотим превратиться в страну четвёртого мира, не буду сейчас приводить в пример конкретные места из Африки.

— Это ожидаемый от тебя тактический ход. Точнее, от вас.

— Думаешь, не выйдет? — она с азартом приготовилась спорить, устраиваясь поудобнее и откидывая сиденье водителя в горизонтальное положение. — Охрану большую ему не приставят, да и те — из полиции. По горячим следам раскрыть не полу…

— Ох, тормози. — Такидзиро поморщился. — То, что ты ему что-нибудь сломаешь при желании, я даже не спорю. В оперативные возможности твоей организации верю свято — особенно поработав с вами в команде. Знаешь, есть такой овощ, картофель? — без перехода.

— Э-э-э, да. Три сотни йен за кило. И?

— На нём живёт вредитель, такой полосатый жук размером с ноготь. Видала?

— В Японии картофель импортный — жука пока не завезли. Возможно, видела на картинках.

— Там, где картошка растёт, этот жук способен уничтожить не то что половину, а весь урожай, — товарищ не пойми чему обрадовался и расфокусировал взгляд. — В прошлом веке с ним были два способа борьбы.

— Первый — травить сельхоз авиацией, — сообразила неглупая борёкудан. — Второй какой? С топором за ним бегать? — почему-то захотелось пошутить.

— С топором не намашешься, — собеседник неожиданно озадачился. — Но в принципе угадала: его собирают и давят вручную. Раньше собирали, пока не было сегодняшней индустрии опыления, — он поправился. — Ну или когда хотели вырастить органик — чтобы всё было чистое, без самых совершенных химикатов.

— Вручную? Собрать всего жука? Я видела картофельные поля в Латинской Америке, — адвокат фыркнула. — По телевизору, но тем не менее. Там бы даже вьетнамцы не собрали всех букашек, не то что латиносы.

— Именно. — Такидзиро посерьёзнел. — Твоё желание воспитывать председателя окружного суда вручную, в лучших традициях вашей организации, с учётом вашей преемственности поколений — это именно что попытка собрать того жука вручную. Как ты говоришь, заведомо обречённая на провал.

— Ух ты.

— Да. Полагал тебя умнее.

— Ой, вот только давай без манипуляций, — ухмыльнулась Миёси-младшая. — Ты же помнишь, кто я по первому образованию.

— Если других вариантов нет, а зимой что-то кушать надо — можно попытаться собрать и вручную, — спокойно продолжил товарищ. — Но если у тебя есть доступ к авиации и к химической промышленности — каким дураком надо быть, чтобы действовать по старинке?

— Что ты предлагаешь? — Моэко поймала себя на резкой перемене внутреннего ощущения, о чём тут же сказала. — Представь, сейчас чувствую себя с тобой не аппетитной тёлкой с мужиком, а вторым человеком клана на совещании.

— Я быстро объясню, потом можешь опять становиться аппетитной… Высший Судебный Совет, я полистал в сети, пока ехали. Вы его можете взять под себя. Вместо того, чтоб ломать лицо рядовому судье.

— Председателю суда. Да ну? Действительно считаешь, реально? — Дальше она сказала непечатное слово и вернула спинку кресла вверх. — Без драматических пауз, пожалуйста.

— Это не инструкция и не страховая гарантия, — Такидзиро смотрел в глаза с короткой дистанции серьёзно и пронзительно. — Возможность. Идеальный шанс именно сейчас именно для вас.