Звёздные Войны. Сверхдальний Перелет - Зан Тимоти - Страница 59

— Я должен быть там, чтобы встретить адмирала Ар’алани, — напомнил чисс. — Техники смогут закончить изучение корабля и без меня.

— Что если Кав и Стратис решат убрать их по-тихому и сбежать?

— Нет, они этого не сделают, — заверил Траун. — Для начала, в гиперпространство им так просто не прыгнуть, что бы там ни задумал вице-лорд. «Вихрь» за этим проследит.

— О. — Кар’дас почувствовал, как уши начинают гореть от смущения. За день произошло столько удивительного, что он совсем позабыл о крейсере, который Траун вывел из построения непосредственно перед тем, как дать сигнал к атаке. Очевидно, техники-чиссы уже каким-то образом сумели упрятать под обшивку корабля гравипроектор вагаари.

— Но не думаю, что они вообще захотят сбежать, — продолжал Траун. — Стратис прямо жаждет, чтобы я уничтожил «Сверхдальний перелет» вместо него.

Кар’дас выпучил глаза.

— Разве?

— А зачем, по-вашему, он в таких подробностях живописал мне вооружение дредноутов и угрозу, которую несут джедаи? — спросил Траун.

— Я… То есть… разве он не пытался просто упросить вас оставить их в покое и отпустить восвояси? — заикаясь, проговорил Кар’дас. — Но не думаете же вы, что…?

— Я сделаю все необходимое, чтобы защитить тех, за кого несу ответ, — сказал Траун, четко проговаривая каждое слово. — Не больше. Но и не меньше. — Он поднялся. — Впрочем, это не ваша забота. Я еще раз хочу поблагодарить вас за помощь.

— Всегда рад. — Кар’дас тоже встал. Ему показалось, или командор немного пошатнулся, поднимаясь на ноги? — Вам лучше отдохнуть. Вы не обрадуете никого, если свалитесь от усталости, не дав Ар’алани даже шанса запихнуть вас на гауптвахту.

— Спасибо за заботу, — сухо ответил Траун. — Постараюсь ее не разочаровать.

— Еще один вопрос, если позволите, — вновь подал голос Кар’дас, когда Траун был уже у двери. — Почему вы были так уверены, что дройдеки нас не застрелят?

— Дройдеки? А, те дроиды, что катятся, словно колеса… Все просто. Достаточно взглянуть на конструкцию корабельного мостика, чтобы понять: его хозяева ни за что не станут подвергать себя опасности сверх необходимого.

— Ну да, в этом все неймодианцы, — согласился Кар’дас. — И вы уяснили для себя все это по одной лишь конструкции мостика?

— Архитектура — еще одна разновидность искусства, — напомнил ему Траун. — Но симптомов хватало и без этого: например, тройные взрывозащитные двери, через которые нам пришлось пройти. Они подсказали мне, что неймодианцы — отнюдь не воины.

— Потому они и держат дроидов, — сказал Кар’дас. — Но разве угроза расстрела безоружных гостей не признак той самой пресловутой трусости?

Траун покачал головой:

— Вице-лорд Кав находился слишком близко к линии обстрела. Он ни за что не приказал бы дройдекам открыть огонь.

Кар’дас нахмурился.

— Значит, он блефовал?

— Или просто пытался показать, кто в доме хозяин, — предположил Траун. — Вообще хочу отметить: сама идея этих боевых дроидов для меня хоть и в новинку, но уже предоставила пищу для размышлений. — Он поморщился. — Я искренне надеюсь, что вагаари еще не довелось посещать планеты, где они могли бы заполучить подобное оружие.

— Скорее всего, нет, — сказал Кар’дас. — Неймодианцы слишком неохотно расстаются с дроидами.

— Что ж, посмотрим. — Траун коснулся кнопки на панели, и дверь открылась. — Спокойного сна, Кар’дас.

Несколько мгновений Кар’дас стоял без движения, разглядывая закрытую дверь. Итак, Траун подтвердил, что не подозревает его в шпионаже. Это обнадеживало… вот только при свидетелях он говорил совершенно иное, причем с той же искренностью в голосе.

Где же правда? Кем были кореллианские торговцы для Трауна — простыми гостями или пешками в какой-то сложной политической игре? И если последнее, то в чем тогда заключалась эта игра?

Мэрис, насколько мог видеть Кар’дас, верила в честность Трауна. Кеннто в той же степени не доверял командору — ссылаясь на его чужое происхождение и чин военного. Сам Кар’дас теперь уже не знал, что и думать.

Но одно было известно наверняка. Обстановка накалялась, и у Кар’даса имелось нехорошее чувство, что экипаж «Охотника за наживой» засиделся в гостях сверх меры. Пора было и честь знать.

Чем скорее, тем лучше.

*

Чес Улиар понял, что что-то не так, едва ступил за угол. Там обнаружились два друга члена его рабочей смены, которые околачивались у дверей зала мониторинга.

— Что происходит? — спросил Чес, подойдя ближе.

— У нас тут экскурсия, — откликнулся Сивв, старший сотрудник. — Ма’Нинг и детки.

— И кто?

— Младшие джедаи и их наседка, — презрительно бросил Олгран. — Ввалились в зал за десять минут до окончания смены Грасслинга и выгнали всех наружу.

— И не пускают? — Улиар с трудом мог поверить, что слышит все это собственными ушами.

Сивв пожал плечами.

— Ма’Нинг сказал Грасслингу, что даст знать, когда будет можно вернуться к работе, — протянул он. — Сам я не уточнял.

Улиар вперил взгляд в дверь. Джедаи. Ну сколько можно?

— А если я попробую?

Сивв махнул рукой.

— Чувствуй себя как дома.

Подойдя к двери, Улиар запустил механизм открытия. Дверь отъехала в сторону, он шагнул внутрь…

Мастер-джедай Ма’Нинг стоял сбоку от главной панели управления и держал речь о принципах работы мониторов и контрольных датчиков. При появлении Улиара он вопросительно скосил глаза, но лекцию не прекратил. Перед самой панелью сидели четверо детей: двоим из-за маленького роста даже пришлось забраться в кресла с ногами.

Происходящее очень напоминало урок в аудитории средней школы, вот только перед учениками была отнюдь не классная доска, и не лабораторная модель, а самая настоящая система управления реактором, который поддерживал «жизнь» на четвертом дредноуте.

Ма’Нинг закончил предложение и посмотрел на Улиара.

— Слушаю вас, Улиар?

— Без обид, мастер Ма’Нинг, — проговорил Чес, подходя ближе, — но какого хатта вы все тут забыли?

Тонкие линии морщинок вокруг глаз Ма’Нинга стали чуть заметнее.

— Я объясняю юным падаванам основы работы реактора.

Несколько долгих секунд Улиар разглядывал детей. Возраст, прикинул он, — от пяти до восьми лет. Глаза блестят, во взглядах — присущая всем детям любознательность.

Но не только. Присмотревшись, он нашел выражения их лиц не по годам серьезными. Неужели таковы все джедаи, независимо от возраста?

— Стремление учиться похвально, но здесь не место для детей, — сказал Улиар. — И, если позволите говорить начистоту, не вам вести урок о тонкостях функционирования такого сложного механизма, как реактор.

— Я даю лишь поверхностный обзор, — заверил его Ма’Нинг.

— Вы ничего не должны давать, — парировал Улиар. — Когда речь идет об оборудовании, чья работа основана на физике высоких энергий, поверхностное знание не просто бессмысленно, оно опасно. Кто вообще подал эту идиотскую идею?

Губы Ма’Нинг сжались в тонкую линию.

— Мастер К’баот постановил, что все джедаи и падаваны должны уметь управляться с ключевыми системами «Сверхдальнего перелета».

Улиар вытаращил глаза.

— Скажите, что вы шутите.

— Я не шучу, — ответил Ма’Нинг. — Не беспокойтесь, через полчаса мы уйдем.

— Ну нет, вы уйдете гораздо раньше. — Улиар протиснулся между детьми к пульту связи. — Мостик? Вызывает третье реакторное. Будьте добры, капитана Омано.

— Секунду.

Улиар покосился на Ма’Нинга, ожидая, что тот попытается помешать. Но джедай остался стоять, где стоял: глаза его были прикрыты, он как будто медитировал.

— Омано на связи.

— Говорит инженер-реакторщик Улиар, — назвался Чес. — Несанкционированный персонал в зале для мониторинга, капитан. Они отказываются уходить.

Вздох Омано отдался в динамике едва различимым шипением.

— Джедаи?

Улиару показалось, будто земля начинает выскальзывать из-под ног.

— Один из них джедай, да, — осторожно ответил он. — Но их пребывание в этом зале не санкционировано…