Мой первый встречный: случайная жена зельевара (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 34

Но все пробирки по-прежнему оставались темными. Вся кровь, собранная у студентов и преподавателей, была темна – ни единой серебряной капельки.

Я невольно почувствовала прилив торжества. Получи, Абернати! Ты великий маг, но и мы тут тоже не лыком шиты, кое-что можем!

Ректор торопливо прошел к пробиркам. Выдернул одну, вторую, третью – ничего. Издал низкий тревожный рык – словно огромное дикое животное проснулось и побрело по джунглям, пугая их обитателей. Что-то привлекло его внимание в одной из пробирок – он выхватил ее и пробормотал:

– Троллийская дрянь на месте… а остальное?

А остального не было. Во всех пробирках была обычная человеческая кровь, без следа лунного серебра. Ни одной лисы в академии не было, и судя по лицу Абернати, он готов был биться головой о стену в разочаровании.

Собственно, и Оливия теперь могла ехать к государю-отцу. Искать в академии было некого.

– Как такое возможно? – спросил Абернати. Он хлопнул в ладоши, и Темная луна растаяла с легким треском, а лабораторию начал заливать обычный свет. – Как такое может быть? В лунных лисах полным-полно магии! Почему ни одной лисы нет в академии?

Кассиан только руками развел.

– Возможно, они решили держаться подальше на всякий случай?

Лицо Абернати потемнело от гнева. Он приблизился к нам и негромко проговорил:

– Возможно, это вы тут что-то придумали, господин зельевар? Какое-то маскирующее зелье?

Я сейчас молилась только об одном: чтобы правда не выпрыгнула в наши глаза. Мы не должны показать Абернати, что что-то скрываем.

Сделалось холодно. Холодно и жутко.

– Зачем мне это делать? – возмутился Кассиан так, чтобы его услышали студенты, которые заглядывали в лабораторию. – Вы ведь хотите спасти ребят от убийцы! Почему я должен вам мешать? Смерть несчастного Шеймуса великое горе, я больше не хочу терять своих учеников!

Он сделал паузу и добавил:

– Или на самом деле вы хотите не помочь студентам, а чего-то другого? Отдать лунных лис в министерство на опыты, например?

Абернати изменился в лице. Он, кажется, даже стал шире в плечах и выше ростом – Кассиан был перед ним, словно песчинка перед скалой.

Но эта песчинка стойко держалась и не собиралась удирать.

– Вон отсюда, – прошипел Абернати. – Дело лунных лис закрыто.

Глава 11

За завтраком я решила окончательно отвергнуть все диеты: взяла хорошую порцию яичницы, три жареных колбаски и целое озеро печеных помидоров с фасолью и шампиньонами. Студенты, которые сидели за столами, ели так, словно до обеда еще несколько исторических эпох, и я последовала их примеру.

– Все получилось, – негромко произнес Пинкипейн. Сегодня троллийская зелень его глаз была насыщенной и густой: он решил не маскироваться, чтобы Абернати ничего не заподозрил.

– Лунные лисы теперь в безопасности, – сказал Кассиан. – В относительной, конечно. – Знаете, я готов каждый день варить такое зелье, чтобы скрыть ребят и от Абернати, и от убийцы.

– Если убийца в академии, то он уже знает результаты, – заметила госпожа Анвен. – Больше ему тут нечего делать.

– Думаете, он теперь уедет? – предположил Пинкипейн. – Опасно! Особенно, если это кто-то из преподавателей с годовым контрактом. Будет спокойно работать дальше, только и всего.

– А если у него другой способ различения? – спросила я. – Не по крови, а как-то еще? Тогда наш фокус его не обманул.

– О каких это фокусах вы говорите?

Оливия подошла, держа в руке блюдо, на котором не было ничего, кроме свежих овощей. Да, такая стройность стана достигается только значительными усилиями, почти пытками.

– Вспомнила, как в прошлом году ходила на ярмарку с однокурсницами, – ответила я. – Фокусник вынул голубя из шляпки Мэри Дюваль.

Оливия села рядом с Пинкипейном – сегодня она была спокойная, какая-то смущенная и присмиревшая. Я хотела надеяться, что внебрачная дочь государя уже собирает вещи.

– Как это мило. Ярмарочные фокусы, простота души и ума, – тонко улыбнулась Оливия. – Как вы считаете, почему в академии не нашлось ни одной лунной лисы? Чисто статистически это невозможно. Лисы существуют, в них много магии, они будут учиться в академии! Но тут ни одной нет. Не замешан ли здесь тоже какой-нибудь фокус?

Я старательно разрезала колбаску на куски, не глядя по сторонам. Пинкипейн пожал плечами.

– Может, они есть в других академиях? Например, у Донжевальда?

Оливия презрительно фыркнула.

– Хотите сказать, что у Донжевальда академия? Это позор магической науки, он обещает выучить вас чарам, даже если вы полностью лишены способностей! И все это прекрасно понимают. Нет, тут дело нечисто. Ректор сейчас остынет и будет искать новые способы обнаружить лису.

Госпожа Анвен нахмурилась.

– Какие еще способы? Сделать вскрытие наживую? Посмотреть на их внутренние органы?

Оливия пожала плечами.

– Понятия не имею. Будем сидеть за книгами многовековой давности, думать. Наверняка ведь что-то осталось, надо лишь оживить память древних времен.

Мы с Кассианом все-таки переглянулись. Да, в старинных книгах наверняка есть какая-то зацепка. Распознающие чары не работают на тех, кто привит от оспы, но мало ли – вдруг найдется какая-нибудь деталь, вроде серебряной крови в лунном свете?

Мы помогли лунным лисам, но они все равно в опасности. И защищать их надо не только от Абернати и Оливии, но и от убийцы.

– Кажется, я кое-что придумал, – негромко сказал Кассиан, когда мы поднимались в лабораторию. Сегодня четыре пары, и зелья нам предстоит варить очень сложные. – На базе варева, которое готовил для Шеймуса.

– Хорошо, – кивнула я. – Поговорим тогда вечером.

Первая и вторая пары были отданы первокурсникам. Ребята в белых халатах, которые поднялись из-за столов, приветствуя нас, выглядели встревоженными. Кассиан закрыл двери, кивнул, разрешая студентам садиться, и я принесла на его стол коробку с пузырьками. На белой крышке стояла печать с драконом: обращаться осторожно.

– Итак, осень в разгаре, и сегодня мы приготовим зелье, которое поможет вам избавиться от кашля, – произнес Кассиан, и палочка мела побежала по доске за его спиной. – На ваших столах вот такие коробки: вы можете купить их в любой аптеке и приготовить зелье самостоятельно. Но есть пара нюансов.

Три малых меры светлячковой пыли, большая мера меда для смягчения вкуса, две больших меры родниковой воды – Кассиан вынул коробочку из коробки, показал студентам и произнес:

– В принципе, в этом зелье допустимы любые белые цветы. Но! Их обязательно нужно обработать дымом пиориуса, а об этом в аптеках не говорят.

Студенты переглянулись, и невысокий рыжеволосый паренек заметил:

– Конечно, не говорят. Вот купил я такую коробку, ничего сварить не смог и все равно пошел к аптекарю за зельем.

– Совершенно верно, – согласился Кассиан. – Эта коробка в каком-то смысле игрушка. Но я научу вас, как работать с ней правильно.

Он поставил котел на малый огонь и, пока вода не закипела, принес медово-золотую палочку пиориуса и поджег. По лаборатории заструился сладковатый дымок; Кассиан ловко вытряхнул лепестки в прозрачную чашу, начал водить над ними палочкой, и их белизна постепенно наполнилась золотом.

– Видите? – спросил Кассиан. – Теперь цветы можно использовать в зелье от кашля. А до этого они просто приятно пахнут, не больше.

Лепестки отправились в закипевшую воду – ровно две минуты Кассиан размешивал зелье, потом добавил в него мед и светлячковую пыль, и по лаборатории поплыл густой запах липового цвета, словно из осени мы перенеслись в июнь. Когда запах растаял, Кассиан аккуратно отфильтровал загустевшее зелье, потом перелил его в банку и произнес:

– Вот и все! Пиориус также продается в аптеках, но его секрет аптекари не раскрывают. Теперь вы его знаете. Берите ваши коробки, подходите к котлам. На второй паре у нас Кошачий коготок – простое, но эффективное зелье от мелких царапин и ссадин. За работу!