Герцог-авантюрист - Хантер Мэдлин - Страница 36

Когда поцелуй их прервался, он расстегнул ворот ее сорочки и тотчас же снял. После чего подхватил девушку на руки и понес к кровати. Но Клара, едва оказалась в постели, тут же натянула одеяло до подбородка. Адам опустился рядом с ней и тихо спросил:

– Тебе холодно?

Она покачала головой.

– Тогда не укрывайся. Я хочу тебя видеть.

Клара закрыла глаза, когда Адам откинул в сторону одеяло. Затем он встал, чтобы снять с себя оставшуюся одежду.

– Считается, что французы очень хороши в постели, – неожиданно проговорила девушка.

– Я наполовину англичанин.

– Может, тебе сейчас стоит говорить по-французски?

Адам невольно улыбнулся.

– Думаю, мне не придется говорить слишком много, поскольку мои губы будут заняты.

Минуту спустя Адам снова опустился на постель рядом с Кларой. Опершись на локоть, он принялся ласкать ее шею и ложбинку меж грудей, кончики которых уже приподнялись и затвердели.

Клара погладила его по руке и заглянула в глаза.

– Ты в самом деле намереваешься проделать все те вещи, о которых мне недавно рассказывал?

– Не все сразу, – ответил Адам с улыбкой.

– С твоей стороны было очень дурно говорить мне подобные вещи. И очень скандально.

– И все же ты меня не остановила. Не возмутилась. И не сказала ни слова против.

– Я была слишком ошеломлена…

– А мне показалось, что мои речи тебя очаровали. – И возбудили. Совершенно определенно. Если бы не это, Адам не позволил бы себе зайти так далеко.

Он легонько коснулся сосков девушки, и та тихонько охнула. Адам же снова улыбнулся и сказал:

– А ведь без одежды гораздо приятнее…

И он постарался доказать, насколько приятнее. Он ласкал груди Клары до тех пор, пока она не застонала, а затем, наклонив голову, стал легонько покусывать соски.

Клара снова застонала, на сей раз – гораздо громче, и ее стоны еще больше распаляли Адама. Перед ним одна за другой возникали необычайно чувственные картины, однако он понимал, что сегодняшняя ночь не для них.

Он погладил ноги девушки, а затем положил ладонь меж ее бедер. С губ Клары сорвался протяжный крик. Адам осторожно раздвинул пальцами влажные теплые складки, в то время как его губы продолжали ласкать груди. Погрузившись в водоворот сводивших с ума ощущений, Клара машинально раздвинула ноги – ей хотелось большего, и она с громкими стонами молила об этом.

Было ясно, что девушка уже возбуждена до предела, однако в ее криках и стонах звучал также и страх. И тогда Адам, прижавшись губами к ее уху, ласково прошептал, что не стоит бояться неизбежного. В следующее мгновение он вошел в нее, и Клара, вскрикнув громко и протяжно, схватила его за плечи.

Адам сдерживался из последних сил, стараясь не причинять девушке лишнюю боль, хотя готов был взорваться от раздиравшего его желания. Но вскоре неукротимое стремление завершить начатое восторжествовало над силой воли. Чувство невероятного освобождения накрыло его с головой подобно мощному потоку, увлекающему в темноту, где не существовало никаких других ощущений, кроме умиротворения и сладостного покоя.

Адам был опытным любовником и потому не сразу погрузился в сон, хотя этого требовала каждая клеточка его тела. Вынырнув из блаженных глубин наслаждения, он перекатился на бок и заключил Клару в объятия.

Он испытывал необходимость что-то сказать, но не знал, что именно: на этот счет опыт ничего не мог ему подсказать. Для Клары все это было впервые, а стало быть, и для него в некотором смысле.

Клара заговорила первой; по какой-то непонятной Адаму причине в такие моменты женщины становились невероятно разговорчивы. И Клара не оказалась исключением.

– Было очень приятно, – сказала она, – и совсем не так больно, как я ожидала.

– Рад это слышать. – Первая часть фразы польстила самолюбию Адама, а вторая заставила его испытать облегчение. Ведь ему показалось, что он все же причинил ей боль.

Приподнявшись на локте, Клара посмотрела на лежавшего рядом с ней мужчину.

– Я знаю, что джентльмены должны испытывать чувство вины, оказавшись в постели с девственницей. Надеюсь, с тобой этого не произошло.

– Я совершенно не чувствую себя виноватым, поскольку уверен, что мы все-таки поженимся.

– Вот видишь? Это и есть чувство вины. Но я освобождаю тебя от всяких обязательств…

– Клара, я еще до этого сделал тебе предложение, помнишь?

– Но ведь оно ненастоящее. Это было совершенно безопасное для тебя предложение, потому что ты сделал его той женщине, которая не собирается замуж. Я вовсе не хочу, чтобы теперь ты принял его всерьез из-за чувства вины.

– Никакого чувства вины нет и в помине. Но, принимая во внимание то, что здесь произошло, у нас теперь просто нет выбора.

– Конечно же, выбор есть. И не стоит делать вид, что тебя заставляет жениться на мне благородство. Ты знал, что я девственница, но не стал себя сдерживать. Более того, ты знал, что эта девственница не выйдет за тебя замуж даже после ночи с тобой.

Адам промолчал. Он наверняка оскорбил бы Клару, если бы сказал, что на самом деле ничего не знал. Ведь она была из тех женщин, которые могут обзавестись любовником исключительно из любопытства. И вполне возможно, что именно это она и проделала сейчас.

– Значит, на том и порешили. Никакого чувства вины и никаких обязательств, – добавила Клара.

Адам не собирался с ней соглашаться, но знал, что у него будет достаточно времени, чтобы поговорить на эту тему в другой день.

Клара тихонько вздохнула и вновь заговорила:

– Я знаю истинную причину, по которой ты покинул Англию. Знаю кое-что о твоем отце.

Адам едва собрался с мыслями – и вот теперь этот новый оборот, который приобрела их беседа.

– Что именно ты знаешь? – спросил он.

– Знаю, как он умер. Наверное, тебе было очень грустно…

– Я не грустил, а скорее злился на него. И на подтолкнувшие его к этому причины.

– Об этом я тоже знаю. О причинах. Все это кажется мне ужасно несправедливым.

– Но что же именно ты знаешь? – снова спросил Адам.

– На самом деле – очень немного. Слышала обрывки разговоров. Пересуды. И еще я слышала, что в этом деле существенную роль сыграли какие-то драгоценности.

Адаму стоило огромных усилий сохранять спокойствие.

– Кто тебе о них рассказал? – спросил он.

– Леди Холлсуорт. На вечеринке у Брентворта.

Адам мысленно выругался. Похоже, он совершил ошибку, решив отложить беседу с Холлсуортом.

– Я ничего не знаю ни о каких драгоценностях. Думаю, она что-то напутала, – проворчал Адам.

– Возможно, – отозвалась Клара.

В течение нескольких минут любовники молчали, и в какой-то момент Адам прикрыл глаза.

– Знаешь, с того самого момента, как я впервые тебя увидела, мне казалось, что в твоей душе царит мрак, – внезапно заговорила Клара. – Тебя что-то очень тяготит. Теперь, когда мы с тобой разделили такое наслаждение, я впервые за последние полгода не испытываю грусти. И мне кажется, что мрак в твоей душе тоже ненадолго развеялся. Если это действительно так, я очень рада.

«Мрак» действительно выпустил Адама из своих объятий, хотя во Франции такого не происходило, в чьей бы постели он ни оказывался. И тот факт, что Клара почувствовала это, произвел на Адама неизгладимое впечатление.

Но Клара не нуждалась в подтверждении своей правоты – просто высказалась, и все. Уютно устроившись подле лежавшего рядом с ней мужчины, она надолго замолчала.

Глава 15

– Миледи, миледи! – послышался из-за двери исполненный отчаяния голос миссис Финли.

Полусонная, Клара резко приподнялась в постели, а при виде собственной наготы окончательно проснулась. Натянув одеяло до подбородка, Клара обвела взглядом спальню в поисках улик, свидетельствовавших о том, что прошедшую ночь она провела не одна, однако ничего подозрительного не заметила. Адам, как и обещал, ушел несколько часов назад, когда она еще спала. Так что единственной уликой была сама Клара.