Миссия - Смит Уилбур - Страница 148

– Нет! Послушай! Ты еще ребенок. Столь гнусное деяние навсегда отравит твою душу. – Голос его дрожал, речь стала почти невнятной. – Ты не понимаешь. Меня заставляла богиня. Я должен был выполнять ее приказы. Ты не можешь так поступить со мной.

– Понимаю и могу, – ответила Сидуду.

Она сделала шаг, и Аквер завопил. Сидуду поднесла кинжал к натянутой коже на его горле под самым ухом и с силой резанула. Плоть раскрылась, крупная артерия в глубине горла была рассечена. Воздух вырвался из разорванной трахеи. Ноги Аквера судорожно задергались. Глаза закатились. Язык вывалился, изо рта полились кровь и слюна.

Таита оттолкнул тело; Аквер перевернулся, как зарезанная свинья, и лежал лицом вниз в луже собственной крови. Сидуду выронила кинжал и отскочила, глядя на умирающего олигарха.

Мерен подошел к ней и обнял за плечи.

– Дело сделано и сделано хорошо, – негромко сказал он. – Он не стоит твоей жалости. А теперь нам пора.

Когда они побежали к лошадям, позади, у переправы, послышались крики людей Онки. Сели верхом и поскакали по ущелью, первым был Таита на Дымке. Выбрались на вершину и остановились, глядя на широкую травяную долину, раскинувшуюся впереди. На далеком горизонте виднелась цепь гор с высокими острыми вершинами.

Сидуду указала на брешь в горной цепи.

– Это Проход Китангуле, где мы должны встретиться с полководцем Тинатом.

– Сколько до него? – спросил Мерен.

– Пятьдесят лиг, может, немного больше, – ответила Сидуду.

Все обернулись и посмотрели на переправу.

Онка во главе отряда конницы пришпорил на берегу свою лошадь и гневно закричал, увидев трупы олигархов. Он поскакал вперед еще быстрее.

– Пятьдесят лиг. Нам предстоит большая гонка, – сказал Мерен.

Все галопом пустили лошадей со склона и поскакали к равнине. И добрались до нее, когда на вершине на фоне неба показались силуэты Онки и его людей. Со свирепыми криками они начали спускаться, белые страусиные перья на шлеме выделяли Онку среди остальных.

– Не стоит их дожидаться, – сказал Таита. – Вперед!

Через пол-лиги стало очевидно, что гнедая кобыла Сидуду не поспевает за другими лошадьми. Пришлось равняться по ней. Мерен и Фенн отстали и подъехали к Сидуду.

– Не бойся! – крикнула Фенн. – Мы тебя не бросим!

– Моя лошадь слабеет, – ответила Сидуду.

– Не бойся, – повторил Мерен. – Когда она упадет, я посажу тебя к себе.

– Нет! – настойчиво заявила Фенн. – Мерен, ты слишком тяжел. Лишний вес убьет и твою лошадь. Вихрь легко понесет нас обеих. Я возьму ее.

Таита приподнялся в стременах и оглянулся. Преследователи растянулись: быстрые лошади ушли вперед, более медлительные отстали. Шлем с перьями находился в ведущей группе из трех джаррианских всадников. Онка безжалостно гнал лошадь, и расстояние между ними постоянно сокращалось. Посылая Дымку вперед, Таита посмотрел на далекие горы, на разрыв, который обозначал проход. Горы так далеко, что нет никакой надежды добраться туда раньше, чем их догонит Онка. Но тут Таита увидел кое-что еще. На равнине впереди показалось облачко пыли. Сердце Таиты забилось сильнее, но он постарался успокоиться. Не время для ложных надежд. Это, конечно, стадо антилоп или газелей. Но стоило ему так подумать, как в облаке пыли блеснуло солнце, отраженное от металла.

– Вооруженные люди! – негромко произнес Таита. – Но джарриане, или Хилто возвращается с подкреплением?

Он не успел решить, что это: сзади послышался крик. Таита узнал голос Онки.

– Я вижу тебя, шлюха! Когда поймаю, вырву ублюдка из твоего живота, зажарю его живьем и затолкаю тебе в глотку.

– Не слушай эту грязь, – сказала Фенн Сидуду, но по лицу Сидуду на платье потекли слезы.

– Я его ненавижу! – сказала она. – Ненавижу всеми силами души!

Голос Онки звучал все отчетливее:

– А когда ты сожрешь своего ублюдка, я возьму тебя так, как ты ненавидела! И последнее в жизни, что ты запомнишь, – меня в тебе! Даже в аду ты меня никогда не забудешь.

Сидуду всхлипнула.

– Не слушай его. Закрой уши и сознание, – сказал Мерен.

– Почему я не умерла раньше, чем ты это услышал? – плакала Сидуду.

– Это ничего не значит. Я люблю тебя. И не позволю этой свинье обижать тебя.

В этот миг кобыла Сидуду оступилась в нору мангуста, скрытую в длинной траве. Кость в ее ноге хрустнула, как сухая ветка, лошадь упала. Сидуду выбросило вперед. Мерен и Фенн сразу повернули к ней.

– Готовься, Сидуду! – сказала Фенн. – Я тебя подхвачу.

Но Сидуду прокатилась по траве, вскочила и повернулась в сторону преследователей. Онка теперь намного опередил следовавших за ним воинов. Подавшись вперед, он отчаянно гнал лошадь и налетал на Сидуду.

– Готовься к встрече со своим любовником! – кричал он.

Сидуду сняла лук и потянулась за стрелой.

Онка радостно рассмеялся.

– Вижу, у тебя игрушечный лук для забавы. У меня есть кое-что получше, и я с тобой этим поиграю, прежде чем ты умрешь!

Он никогда не видел, как стреляет Сидуду. Она заняла позицию для стрельбы, натянула тетиву. Теперь Онка был так близко, что видел выражение ее лица. Смех его замер, он увидел в глазах девушки смерть. Она натянула тетиву, приблизив оперение стрелы к губам. Онка поворачивал лошадь, пытаясь укрыться за нею. Сидуду выпустила стрелу. Она вонзилась в ребра, и Онка выронил меч, обеими руками схватился за древко и попытался вытащить стрелу, но наконечник с шипами вошел глубоко. Лошадь Онки плясала по кругу, пытаясь освободиться от узды. Сидуду опять выстрелила. К этому времени Онка очутился к ней спиной, и стрела попала ему в поясницу. Она пробила почки, нанеся смертельную болезненную рану. Онка повернулся, силясь достать стрелу. Сидуду выстрелила снова и попала в грудь, пробив оба легких. Онка издал полукрик-полувздох и упал назад, а его лошадь устремилась вперед. Одна нога Онки застряла в стремени, лошадь поскакала галопом, волоча за собой труп, который головой ударялся о землю. Обезумевшая лошадь на бегу обеими задними ногами лягала мертвое тело.

Сидуду повесила лук на спину и повернулась навстречу Фенн. Та погнала лошадь, опустила руку, Сидуду подпрыгнула, и их руки соединились. Используя скорость и инерцию движения Вихря, Фенн взметнула Сидуду на коня к себе за спину. Сидуду обеими руками обхватила подругу за талию, и Фенн развернула Вихря.