"Фантастика 2025-104". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 128

Расклад простой, других вычислений тут не требуется.

К тому же, я и сам своего рода легендарный герой, и в определенных кругах обо мне тоже сказки рассказывают, пусть и не в таких масштабах. Все-таки, в Люберцах народу поменьше живёт, чем в Элладе.

У Гектора был круглый щит с небольшой выемкой для копья, и пользовался он им весьма умело, принимая на него два мои удара из трех. Третий он блокировал мечом, и я должен признать, что защита его была почти безупречна. А ведь он, помимо всего этого, еще и довольно серьезные доспехи носил, которые мне тоже как-то пробивать придется.

Исходя из того факта, что его снаряжение было куда тяжелее моего, самой разумной стратегией с моей стороны было бы отдать инициативу троянцу и ждать, пока он устанет и выдохнется, но это, как вы понимаете, совершенно не в моем стиле. Во-первых, я в принципе не люблю лишаться инициативы (ну, все вот эти истории про «бить нужно первым» и все такое), а, во-вторых, черт его знает, когда он устанет и выдохнется ли он вообще.

Может быть, он часами так может.

Поэтому я решил применить нестандартный для этого времени подход и, быть может, научить местных чему-то новому.

Мой скромный вклад в прогрессорство, так сказать.

Я сбил его с ног подсечкой, а когда он упал, набросился на него сверху, но от первого моего удара он укрылся щитом, а второй попал в пустоту, потому что лавагет оказался к тому же еще и довольно ловким типом и умудрился ускользнуть в сторону.

Это в полном-то доспехе.

Тогда-то в мою голову и закрались первые подозрения.

А битва на нашем участке полностью остановилась. Людям хотелось посмотреть на наш поединок, люди толпились вокруг, и те, кто был на не слишком выгодных наблюдательных позициях, стремились подобраться поближе. Троянцы стояли с ахейцами локтем к локтю, плечом к плечу, и совершенно не пытались друг друга атаковать.

Типа, перекур, следующие полчаса не воюем.

И никто не пытался воспользоваться этой ситуацией и извлечь из нее военную выгоду.

Наверное, они поэтому тут десять лет и провозились.

Слишком честные ребята, слишком старающиеся сделать все по правилам, слишком чтящие договоренности. В обычной жизни это только к лучшему, это, наверное, и есть признак здорового общества, но вот если ты хочешь выиграть войну, такой подход тебе только мешает.

Похоже, что в моей версии истории ахейцы победили потому, что первые решили отойти от правил чести и применить подлый трюк с мнимым отступлением и конем.

И, честно говоря, если оно так все и было, мне сложно их за это осуждать. Если уж ты ввязался в войну, ты должен сделать все возможное для того, чтобы в ней победить.

И я не могу не заметить, что Гектор, сколь благородным он ни считался, не стал отказываться ни от щита, ни от шлема только потому, что у меня их не было. Он не пытался уравнять шансы.

Разумный человек.

И еще он был быстрым.

Очень быстрым. Пока я справлялся с инерцией после промаха и разворачивался в его сторону, он успел подняться на одно колено и принять удар на свой щит. Оттолкнув меня, он вскочил на ноги, как ни в чем не бывало, и бросился в атаку, незамысловатую, но стремительную.

Кое-как сдержав его натиск, я попробовал повторить трюк с подсечкой, но, как говориться, фиг там плавал.

Он просто сделал быстрый шаг назад, и мои усилия пропали втуне.

Что ж, первый урок он выучил быстро, но у меня в запасе целый курс. Я дал ему порезвиться еще секунд тридцать, а потом контратаковал, применив финт, о котором он явно никак не мог слышать. Финт прошел, и мне удалось закончить комбинацию ударом в бедро, но ничего, кроме виртуальных очков, это мне не принесло, так как бедро у него было защищено тяжелым боевым поясом, и лезвие моего меча оставило борозду только на одной из бронзовых пластин.

Гектор взревел и попытался снова оттолкнуть меня щитом. Я увернулся и пнул его в опорную ногу.

И вот тут в моей голове появилась вторая порция подозрений.

Это был удар, которому меня научила улица, и обычный человек после такого должен был бы, как минимум, потерять равновесие. И мне также доподлинно известно о нескольких случаях, когда таким приемом ломали ногу.

Но Гектор даже не пошатнулся. Он проигнорировал этот удар, словно ему малыш в песочнице случайно игрушечной лопаткой по ноге заехал.

Троянский лавагет перешел в атаку, так что времени подумать об этих странностях у меня не осталось.

На мечах он был хорош. Быстрый, сильный, агрессивный, он осыпал меня градом ударов, умудряясь при этом не забывать и о защите. И еще он был совершенно неутомим, за все время схватки у него даже дыхание не сбилось, а ведь он таскал на себе железа куда больше, чем я.

Десять лет войны, а он все еще в превосходной физической форме.

Зато я начал уставать.

Я и так был далеко не на пике своих возможностей, а все эти постоянные прыжки во времени, отнявшие кучу нервов и сил, отнюдь не способствовали…

Понимаю, что это выглядит, как попытка оправдаться, но что уж теперь.

После очередного отраженного удара его щит наконец-то рассыпался, и мы оказались на равных. Гектора это, разумеется, совершенно не смутило, и он снова бросился вперед.

Перед тем, как он на меня обрушился, я увидел Диомеда, стоявшего в первом ряду образовавших импровизированный дуэльный круг воинов, и мне показалось, что я вижу восхищение на его лице. Что ж, он умел отдавать врагам должное.

Я выдержал этот натиск, и Гектор оказался у меня в кармане. Ты можешь быть сколь угодно силен и обладать несравненно мощным оружием, но если ты имеешь дело с опытным противником, расслабляться нельзя ни на секунду. Даже если он заведомо слабее тебя и вышел на бой с перочинным ножиком против твоего двуручника, ты все равно можешь проиграть бой, и сделаешь это в тот самый момент, когда станешь предсказуемым.

Пока мы бодались, я научился считывать рисунок его атаки, и Гектор стал для меня предсказуемым. Он еще только обозначал движение, а я уже знал, куда он ударит.

Я поймал его на противоходе, позволил нашим мечам скреститься, а потом скользнул мимо и засадил локтем ему в лицо. Что-то хрустнуло… Гм, я рад бы сказать, что это хрустнул его нос, или что после этого удара ему пришлось отплевываться выбитыми зубами, как оно и должно было быть, но на самом деле это хрустнул мой локоть, и в целом у меня сложилось такое ощущение, что я ударил не человека, а чугунную болванку.

Если бы у меня было время, то после такого мне наверняка стоило бы пересмотреть свою стратегию на этот бой, но в таких поединках тайм-ауты не предусмотрены. Он снова принялся размахивать своей железкой, вынуждая меня просто отбиваться.

Он был выше меня, соответственно, у него были более длинные руки. Он был тяжелее меня, сильнее меня, и мы были практически равны с ним по скорости. Кроме того, он был выносливее меня, потому что с начала поединка двигался в едином ритме, не сбавляя темпа и не демонстрируя никаких признаков усталости.

Вдобавок, я неудачно блокировал его атаку и мой дорогущий выпендрежный железный меч, подаренный самим царем, лопнул, оставив в моей руке кусок лезвия не длиннее двадцати сантиметров.

Гектор остановился. Выражение его лица совершенно не изменилось, но он впервые с начала схватки позволил себе заговорить.

— Дайте ему меч, — прогудел он. — Я не убиваю безоружных.

Должно быть, это плохо сказывается на его репутации. Не сомневаюсь, что он зарубил бы меня не раздумывая, если бы за нашим поединком не следило столько людей.

Ну, и если бы я ему позволил.

Кто-то из людей Аргоса вручил мне новый клинок. Бронзовый, разумеется, но уже не такой дрянной, как доставшийся мне в первый день. Я для пробы взмахнул им пару раз, оценивая баланс (у царского он был получше. Впрочем, баланс холодного оружия — штука индивидуальная), и уже приготовился продолжить бой, когда мы услышали звуки рогов.

Они трубили и на стенах города, и на побережье, где-то за нашими спинами.