Князь Системы 3 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 39

— Так долго? — м-да, цифра и вправду казалась почти непостижимой.

— О да. Хотя у нас есть артефакты и постарше.

Я резко повернулся к ней, вскинув бровь.

— Серьезно?

— Разве отец не говорил тебе? Это его самые ценные сокровища.

— Где они?

— Здесь внизу, заперты в подземной камере. Он почитает родословную нашего поселения, но гораздо больше почитает те вещи, которые воплощают истинную историю Полесья. Хочешь взглянуть на них?

Мое любопытство быстро брало верх. Устоять перед такой возможностью узнать больше об этом миры было тяжело, но я давно не восторженный юнец, каким видит меня Лада:

— Не самая умная идея. Твой отец не из тех, кто прощает нарушения запретов.

— Отец планирует показать их тебе в любом случае. Просто изобрази удивление, когда он это сделает.

— Твой отец видит людей насквозь. Думаешь, у меня получится его обмануть? — усмехнулся я.

— Все будет хорошо! Доверься мне.

Прежде чем я успел возразить, Лада повернулась и быстро пошла по коридору.

— Да епть… — пробормотал себе под нос.

Я точно знал, что без прямого разрешения князя нельзя чужаку показывать такие вещи. Если пойду с ней, Светозар будет недоволен, что его драгоценная дочь и самое главное пришлый чужак нарушили установленные правила. А если откажусь и вернусь на поверхность, возникнет вопрос, почему я бросил его дочь посреди экскурсии? Дьявол.

Как минимум это выглядело бы крайне странно. Более того, если я расскажу все как есть, потом она может солгать и наговорить бог знает что. Девушки умеют превращать любую ситуацию в свою пользу.

Кому поверит ее отец? Второй наследнице престола солнцепоклонников или чужеземному князю, у которого он несколько дней назад покупал лазурик? Ответ очевиден.

С другой стороны… Я оглянулся на ступени, ведущие на поверхность.

Протяжный выдох. Ладно. Раз уж зашел в гости, то погостить нужно как следует. Развернувшись поспешил по коридору за Ладой.

Она оказалась вовсе не той каменнолицей сукой, какой представлялась при встрече у дерева. Зато я пятой точкой чувствовал, что она прекрасно умеет втягивать в неприятности.

В середине коридора находилась большая тяжелая дверь. Из-за полумрака и ряда статуй ее поначалу было не заметно.

Лада уже достала ключ из инвентаря и засовывала его в замочную скважину.

— Лада, надеюсь, ты понимаешь, во что меня втягиваешь?

— Разумеется. Скажу отцу, что решила показать тебе кое-что интересное.

— Это говорит та, кто хочет произвести впечатление на своего папочку.

— Мой отец исключительно хорошо читает язык тела других, но часто испытывает трудности с представителями своего рода. Мы от природы невозмутимые в движениях. Мы не ерзаем и не суетимся без нужды.

В ее словах была правда. Каждый солнцепоклонник, которого я встречал вблизи, оставался либо неподвижным, либо двигался исключительно грациозно.

— Значит, спалюсь только я?

— Что значит «спалюсь»?

— Это значит, что меня раскроют, и всё пойдёт наперекосяк.

— По сути, да, князь.

— Спасибо, ты меня обнадежила.

В Ладе определенно была озорная жилка, несмотря на принадлежность к семье главы поселения.

Когда дверь отперлась, Лада толкнула ее в темноту.

Она зажгла факел, и я последовал за ней вниз по ступеням, ведущим еще глубже под землю. К тому времени, когда мы вошли в подземную камеру, я подсчитал — примерно тридцать метров под поверхностью. Воздух здесь был густой от пыли.

Точно так же, как ее отец в коридоре наверху, Лада прижала факел к стене и зажгла длинную линию, осветившую комнату и предметы хранящиеся здесь из другой эпохи.

Комната представляла неправильный квадрат, десять метров со всех сторон. Вдоль стен располагались каменные платформы высотой по пояс, на каждой лежали различные предметы. Некоторые стояли в стеклянных ящиках, другие открытые на пьедесталах.

Это были всевозможные вещи: украшения и идолы, горшки, древние монеты и фрагменты оружия.

— Полагаю, это и есть артефакты вашего поселения.

— Да, но не все из нашего. Некоторые взяты из других областей, например, вот это, — она осторожно подняла монету, завернутую в кусок шелка. — Это одна из первых монет, отчеканенных в Полесье. Ей более двух тысяч лет.

Я подошел к ней поближе, чтобы рассмотреть. На монете были те же изображения, что и на монетах в моем инвентаре после сделки: бородатый мужчина с раскинутыми руками и ангелоподобная женщина.

Изображение было изношенным и более примитивным, но узнаваемым.

— Кто они?

— Святовид и Светлана, конечно. Царь и царица богов Полесья.

— Понятно…

— Ты этого не знал?

— Нет, а должен был?

— Насколько я знаю, каждое цивилизованное существо в Полесье должно знать историю богов, особенно то, что отпечатано на наших деньгах.

— Значит, теперь я дикарь? — усмехнулся на её слова.

— Вполне возможно, — она ответила тем же тоном. — Как можно не знать таких основ?

— Я издалека.

— Из другого региона? Везде используют золотые.

— Еще дальше.

— Это как?

— В другой раз расскажу, — отрезал прерывая разговор. Буду я еще рассказывать каждой встречной о том, что пришел из другого мира. Вместо этого кивнул на последнюю дверь в конце подземной камеры. — А там что?

— Нечто такое, что недоступно даже мне. Только главам поселений нашего народа разрешено входить туда.

— И твой отец никогда не говорил об этом?

— Говорил. Я знаю о его природе. Это пророчество, предсказанное Оракулом Нарийским.

— Кто это?

— Она была легендарной фигурой древнего мира Полесья. Жила тысячи лет назад. Легенды гласят, что существа со всех концов земли приходили к ней в поисках истины.

— Хм… Она правда могла предсказывать будущее?

— Не знаю, но так написано в нашей истории.

— Ясно. В таком случае было бы интересно взглянуть, что написано в этом пророчестве.

— В детстве я тоже хотела это узнать, но теперь не особо горю желанием.

Я посмотрел на тяжелую дверь. Та, через которую мы вошли, была деревянной и тяжелой, но эти были из литого железа. Она больше походила на дверь самого настоящего банковского хранилища.

Вдруг где-то за дверью раздался высокий неясный звук.

Он мгновенно напомнил мне, что я не должен здесь находиться.

— Предлагаю закончить на этом экскурсию. Нам с тобой следует вернуться на поверхность.

— Если так этого желаешь. Василий, ты должен знать, что я приятно провела с тобой время.

— Правда? В этой сырой подземной дыре?

— Леса Полесья мирные, но здесь намного тише, и редко выпадает удача составить компанию кому-то вроде тебя, с кем можно говорить открыто.

— Ты имеешь в виду, что я чужеземец, поэтому со мной можно вести себя более свободно?

— Ну… Ты гораздо менее осуждающий. И я могу при тебе высказывать свое мнение.

Мы с ней переглянулись. В ее ожидающем взгляде на мгновение промелькнуло что-то, выходящее за рамки простого любопытства. Я прекрасно понял, что за ним стоит.

Полумрак. Мы здесь только вдвоем. Девушка проявляла симпатию и сейчас делала вполне недвусмысленный намек.

Но заводить интрижку с дочерью главы более крупного поселения, с которым я хочу наладить дипломатические связи?

Спасибо, но я не настолько отбитый. Один неверный шаг, и вместо союза с солнцепоклонниками я получу войну. Рисковать всем ради мимолетного увлечения я не собирался.

— Нам действительно следует идти, — быстро охладил ситуацию.

— Хорошо.

Как ни в чем не бывало мы вышли из подземной камеры. Лада заперла дверь, прежде чем мы направились вверх по ступеням.

Только мы прошли половину пути вверх, как она остановилась, схватив меня за руку.

— Что такое? — спросил я.

— Ты слышал это?

— Слышал что?

В свете огня её лицо потемнело, как небо перед грозой. Она оглядела темноту, отпустила мою куртку и, не сказав ни слова, рванула вверх по ступеням.

Коридор встретил нас тусклым, выдыхающимся светом факелов. Лада остановилась первой, как будто наткнулась на невидимую преграду. Я подошёл ближе, чтобы понять, что её так резко приковало к месту.