"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 1387

В этот момент вернулся бес, волоча за собой бессознательное тело последнего наемника. Мы быстро привязали его к ближайшему дереву. Ирина деловито плеснула ему в лицо водой из фляжки.

— Ничего не скажу, — прохрипел он, едва разлепив глаза. — Можете даже не пытаться.

— Уверен? — Ирина растянула губы в улыбке. Её нити заплясали между пальцами.

Когда одна из них проколола его указательный палец, и плоть начала синеть и отмирать, наемник резко пересмотрел свою позицию по поводу сотрудничества:

— Стойте! Подождите! Я все расскажу!

План оказался до смешного прост и предсказуем — взять меня живым, сестру если что убить, остальных в расход. А меня… сделать послушной марионеткой до восемнадцати лет, чтобы отказался от титула в пользу дяди.

— Ничего нового, — я поморщился. — Как всегда — убить, захватить, подчинить… и что теперь с ним делать? Опять закапывать?

— Да блин! — простонал Костя, глядя как еще живой наёмник начинает паниковать.

— Если не хочешь возиться с трупом, — бес хитро прищурился, — прикажи мне сделать брелочек. Коллекционирую, знаешь ли…

— Валяй. — махнул я рукой.

Бес расплылся в широкой ухмылке, обнажая ряды острых зубов:

— Не могу отказать себе в маленьком удовольствии! — и с размаху хлопнул наемника по заднице.

Наемник дернулся, его тело окутала ярко-алая дымка, похожая на языки пламени. На мгновение силуэт человека словно растворился в этом багровом мареве, а потом… все исчезло. Только на витом роге беса закачался маленький брелок в форме человечка.

— Моя прелесть! — радостно объявил фамильяр.

— И что ты сейчас сделал? — я с интересом разглядывал брелок на роге беса. От маленькой фигурки исходила слабая магическая пульсация, похожая на биение сердца.

— О, это древнейшее искусство демонического плена! — бес приосанился. — Мы, демоны, можем захватывать побежденных воинов, заключая их сущность в материальные предметы. Правда, — он слегка поник, — только тех, кого одолели в честном бою. Но я твой фамильяр и могу пленить того, кого ты сразил в бою. Кстати, в старые времена… могущественные архидемоны охотились на величайших героев. Представляешь — легендарные воины, императоры, непобедимые генералы! Их души становились драгоценными трофеями. Говорят, у Вельзевула целая коллекция древних полководцев. А Астарот хранит души семи непобедимых мечников…

Он погладил свой брелок:

— Конечно, этот парень не тянет на легенду… так, обычный наемник. Но для скромного беса и такой сойдет! К тому же, — он хитро прищурился, — теперь ты можешь призывать его в бой. Как и любого другого, кого я… позаимствую для коллекции.

— То есть теоретически можно собрать хоть целую армию? — я задумчиво повертел брелок. — И они будут действовать только по моей воле?

— Или по моей? — бес сощурился, но тут же спохватился: — В смысле, конечно, по твоей! Я же твой фамильяр, все мои силы — твои силы. Абсолютная преданность, верность до гроба, готовность отдать последнюю рубаху… кстати, у меня и рубахи-то нет.

— Хм, — я усмехнулся, — похоже, ты перестаешь быть таким бесполезным…

Полозов стоял у пункта сбора, его черная мантия развевалась на промозглом ветру. Даже издалека было слышно, как он отчитывает студентов.

— Шесть пар, — цедил он, растягивая гласные. — Шесть боевых пар не смогли убить ни единой твари! — его голос сочился сарказмом. — А две группы умудрились получить ранения от существ даже не первого уровня опасности. Поразительная… некомпетентность.

Мы с Костей, поддерживая с двух сторон полубессознательного Витаса, как раз подходили к месту сбора. Рыжий периодически бормотал что-то про «злобных бобров» и «позор на мои рыжие волосы».

Когда мы появились в поле зрения, все взгляды моментально переключились на нас. Студенты синхронно выдохнули — наконец-то объект для гнева профессора сменится. Полозов оборвал свою тираду на полуслове, медленно повернулся к нам:

— А вот и наши… потеряшки, — сказал он. — И где же вы изволили пропадать? Чем таким важным занимались?

— А вы что, не видели? — я изобразил искреннее удивление, кивнув на хрустальный шар, тускло поблескивающий рядом с ним. — Разве вы не следили за нами через ваш… прибор?

Профессор поджал губы так, что они превратились в тонкую линию:

— Нет, мы… не смогли настроить этот артефакт должным образом.

Хех. Что ж, это хорошо.

— Нам особо нечем похвастаться, — сказал я пожав плечами. — твари были, но мы решили не тащить трупы.

Полозов окинул взглядом жалкую кучку добычи, которую принесли остальные студенты — несколько мелких тварей, пара ощипанных фей и какой-то облезлый грызун, подозрительно похожий на обычную крысу.

— Разочарован, — процедил он. — Глубоко разочарован. Все в автобус, оболтусы!

Всю обратную дорогу мы слушали его ворчание о «катастрофическом падении уровня подготовки» и «вопиющей некомпетентности младшего профессора с его неработающим шаром». Профессор Воробьев под этими нападками только виновато моргал.

Как удачно этот самый шар оказался неисправен именно сегодня… Хотя, возможно, дело было не в шаре…

Мы вернулись в академию уставшие и помятые. Большинство студентов выглядели так, будто их пожевали и выплюнули. Хотя, судя по их «добыче», максимум что они встретили — это особо агрессивный куст.

— Профессор, — канючил кто-то из первого ряда, — может, дадите нам еще один шанс? Когда шар починят? А то как-то несправедливо…

— Нет! — отрезал Полозов, приближаясь к КПП. — И можете благодарить небеса за это. Надеюсь, следующие тридцать студентов покажут результат лучше, чем эта… пародия на боевых магов.

У входа нас встречал Северов. Один взгляд на кислое выражение лица Полозова — и он все понял. Два профессора примерно минуту что-то обсудили и синхронно поморщились, разглядывая наши потрепанные физиономии.

— В свете сегодняшних… достижений, — Полозов выделил последнее слово с убийственным сарказмом, — мы на месте приняли решение о дополнительной подготовке. Учитывая, что из-за неисправности артефакта мы даже не видели всю глубину вашей некомпетентности…

— Что, — Северов недоверчиво посмотрел на нашу группу, — даже Волконский не смог убить ни одной твари?

— Он убил пятерых! — подал голос Костя.

— Нет тела — нет дела, — отрезал Полозов. — Пустой звон.

— С завтрашнего дня, — торжественно объявил Северов, — вы будете проходить дополнительную подготовку… — он сделал драматическую паузу, — у академика Громова.

По толпе студентов прокатился единый стон.

— Каждый день! — добил Полозов. — Физические тренировки!

— Неееет! — взвыли первокурсники.

— А теперь расходитесь! — рявкнул Полозов. — Завтра первое занятие, и даже не думайте отлынивать!

Студенты поплелись к общежитию, понурые как стадо побитых собак.

Я уже собирался уходить, когда почувствовал легкое прикосновение к плечу. Ирина. Её темные глаза смотрели с каким-то особым интересом:

— Дим, — она понизила голос. — А ты уверен, что было правильно оставлять твою нежить там, в Пригорье?

— А куда её девать? — я пожал плечами. — Не с собой же в академию тащить.

— Ну… — она чуть улыбнулась. — Можно было отправить к моему дедушке. И твоего питомца тоже.

Наконец-то. Столько ходила вокруг да около, а теперь сама завела этот разговор.

— Вот как? — я внимательно посмотрел на неё. — А расскажи-ка поподробнее, что это за дедушка такой…

Глава 4

Я лениво ковырял ложкой в тарелке с гречкой и тушенкой, размышляя о том, как подозрительно спокойно прошла эта неделя. Сегодня возвращается последняя тридцатка первокурсников с практики в Пригорье, и, судя по довольным рожам преподавателей, у них все прошло просто отлично. В отличие от нас…

«Самая провальная группа за последние пять лет» — так нас окрестил Полозов. И ведь действительно — у последующих групп и хрустальные шары работали как часы, и твари попадались на каждом шагу, и система подсчета очков функционировала безупречно. А мы… эталон некомпетентности, позор академии.