Рекрут (СИ) - Хай Алекс - Страница 47

Я опустился на колено, коснувшись земли. Позади меня повозка хлопнула дверями люка и поползла в сторону следующего подсектора.

Тень следовала рядом со мной. Я вытащил артефакт диагностики уровня грязного Ноктиума — на всякий случай. Маленькая линза мигнула и принялась менять цвет.

— Голубой. Уровень Ноктиума нестабилен, — пробормотал я. — Но в пределах нормы. Пока.

Поднялся, осмотрелся. Тень скользнула за моим плечом, вытягиваясь, будто тоже разглядывала местность.

— Ну что, — тихо сказал я, — нравится тебе место?

Ответа, конечно, не было. Но Тень не исчезла, не слилась с поверхностью. Осталась рядом. Бдительная.

Я достал активатор и включил ограждение лагеря — четыре артефактных бура со встроенными стабилизаторами. Воткнул их по кругу, между каменными кольцами, как учили.

Место выбрал под выступом скалы — там было чуть суше и защищённее от потенциальных воздушных выбросов. Хотя я давно пришёл к выводу, что грязный Ноктиум мне не так страшен, как остальным.

Затем проверил дренажные контуры, сканер раннего обнаружения, небольшой нагревательный кристалл. Всё работало. Всё было на удивление спокойно.

Слишком спокойно. Настолько, что впору заскучать.

Я сел на складной коврик, спиной к скале. Вокруг — кольца камней, словно замершие щупальца, между которыми вился свет. Свет… и отблески прошлого. Почему-то в этом месте я ощущал… не тревогу. Почти — тоску. Не знаю, что здесь было раньше, но почему-то мне оно показалось некогда обитаемым.

— Как думаешь, что здесь было до Столкновения? — спросил я у Тени, доставая термос с отваром. — Святилище? Храм? Капище?

Тень замерла рядом. Я чувствовал, как она вытянулась от моего плеча — не в боевом режиме, не как оружие. Как страж. Или как напарник.

Я сделал глоток горящего отвара и прикрыл глаза. На миг. Просто чтобы прочувствовать дух места.

И услышал. Где-то глубоко в груди, в темноте сознания — мягкий, еле уловимый ритм.

Шаги.

Тень дёрнулась, словно тоже это почувстовала. Сначала едва заметно — словно дрожь прошла по её телу. А потом резко вытянулась в сторону северного хребта, выпрямилась, словно копьё, и замерла.

— Вот и гости, — шепнул я, убирая термос, и потянулся к Тень-Шалю. Заодно расстегнул карман, в котором хранились «лунные бомбы».

Воздух сгустился ещё сильнее. Словно нечто невидимое сжало пространство между кольцами скал, вытеснив тепло, мысли, дыхание. Даже артефакты внутри моего защитного круга коротко мигнули, как будто задумались, стоило ли продолжать работу.

Я медленно поднялся. Тень встала за мою спину, прикрывая тыл. Но мгновением позже… Отступила.

Из тумана между Рёбер на нас двигалось тёмное пятно. Не полупрозрачная бесхозная тень, не мелкое чудовище.

Я узнал ее. Та самая Высшая тварь, с которой мы уже дважды виделись. В воспоминаниях и наяву. Перепутать было невозможно: чернота и блеск панциря, изломанная симметрия тела, будто что-то древнее попыталось подражать форме живого, но сделало это по-своему. Яркие, по-человечески понимающие, изумрудные глаза.

Ни один из артефактов периметра не отреагировал. Даже счётчик Ноктиума замер и погас.

— Подпустим ближе, — тихо сказал я Тени.

Она колебалась. Дёрнулась, как бы протестуя. И всё же подчинилась. Развернулась, растеклась по моим плечам, затаилась.

Тварь приближалась медленно, с почти… церемониальной грацией. Остановилась в пяти шагах от меня, и я сам направился к ней, продолжая держать Тень-Шаль обнажённым. Хотелось рассмотреть гостью поближе.

— Кажется, в прошлый раз мы не договорили, — сказал я и оказался всего в одном шаге от твари.

Огромная. Настолько чуждая, что, казалось, в этом мире вообще не могло такое родиться. Я почувствовал — это не просто зверь. Не просто уродец из Диких Земель.

— Что тебе нужно? — спросил я, и сам немного удивился, тому, насколько спокойно прозвучал мой голос. Один взмах когтистой лапой — и мою голову найдут в другом подсекторе.

Тварь не шелохнулась. Но пространство между нами словно зазвенело.

И тут…

«Ты пришёл за ответами», — голос раздался прямо в моей голове. Она говорила, общалась без слов. Сознание с сознанием.

Я замер. Всё внутри меня отозвалось, будто кто-то прикоснулся к старой, зажившей ране — и она снова разошлась.

«Один. Наконец-то. Это хорошо».

Мир вокруг словно отступил, оставив только нас двоих. Даже моя Тень тактично отошла, не почувствовав угрозы. Артефакты сошли с ума и бешено замигали. Даже скалы — те, что выглядели как рёбра — словно начали пульсировать в ритм с моим дыханием.

«Теперь ты готов…»

Я чувствовал, как внутри начинает что-то подниматься. Сначала лёгкое покалывание в пальцах, потом дрожь в груди. Образы. Обрывки. Огонь. Кровь. Ступени. Кто-то зовёт меня по имени

«…вспомнить. Я помогу. Сам не сможешь. Сильный блок».

И понял: если сделаю ещё шаг — если позволю себе вспомнить полностью — назад пути уже не будет.

Я стоял, затаив дыхание, перед существом, которое, как я теперь знал, ждало меня давно.

И помнило меня до того, как я стал Ромом.

Тварь протянула мне кривую лапу, словно приглашая.

И я прикоснулся к ней.

Глава 17

Внутри всё оборвалось. Не как в бою, не как при выбросе Ноктиума, нет. В этот раз — всё замерло. А потом вспыхнуло у меня в голове. Рвануло так, что я едва не захлебнулся воздухом. Моя Тень вскрикнула — будто на живую плоть наложили раскалённую артефактную решётку — и рассыпалась в клочья.

Я стоял посреди каменной площадки. Позади меня возвышались стены из белого камня — древние, местами разрушенные. Над головой застыли два небесных тела. Одно — привычный лунный диск. Второе — мертвое, изломанное, будто надломанная сфера, иссечённая трещинами. Из них сочилось слабое свечение. Оно давило.

Белый Утёс. Крепость у границ старого мира.

Я чувствовал тяжесть на плечах. Опустил взгляд вниз и увидел богатые тёмные доспехи. Символ на груди — звезда с кристаллом в центре. В руках у меня был артефактный клинок, по лезвию которого ползли рунные символы.

Передо мной замерла армия. Но не людей. Тварей.

Ряды. Сотни, тысячи. Разной формы и величины — некоторые на четырёх лапах, другие двуногие, третьи вытянутые, как змеи, с крыльями из тени. И все смотрели на меня.

Они ждали приказа. Моего приказа.

Память вернулась мгновенно. Я не просто был их командиром. Я — Ромулус эн Барлион, генерал Корпуса вторжения. Имя всплыло в голове, словно оно всегда там было. Я всегда его знал. Но… не мог вытащить.

На стенах Белого Утёса появились защитники. Люди. Их простенькие артефактные щиты вспыхнули, поднялся защитный купол. Тонкий, слишком тонкий, чтобы удержать когти моих солдат.

— Вперёд, — велел я, не повышая голоса. Солдаты слышали меня на телепатическом уровне. — Сломайте их.

Твари — точнее, солдаты заревели. Боевая ярость. Готовность. Преданность.

Первые ряды сорвались вперёд. Сначала десятки. Потом сотни.

Я шёл вместе с ними, наблюдая за тем, как первые группы уже приближались к стенам крепости. Сквозь бурю, сквозь потоки пламени, артефактные заряды…

Это было.

Я делал это.

Я вёл их.

Потому что нам был нужен новый дом.

Всё исчезло в белой вспышке боли. Я захлёбывался светом. И падал — в бездну, в воспоминание, которое никогда не должно было вернуться.

Свет исчез, но я не упал. Он унес меня прочь — не в пустоту, а в память. Не мою. Но… и мою тоже.

Я стоял перед имперскими советниками. Зал был высечен из чёрного обсидиана, под куполом сверкала имперская восьмиконечная звезда — символ могущества системы. Священное место. Сам воздух здесь был особенным. Лица советников скрывались за вуалями и масками, над креслом каждого были выгравированы гербы Домов Империи.

Моё кресло пустовало, ибо я стоял перед троном Императора. И слушал приказ, который оборвал мою жизнь.