Рубиновый рассвет. Том I (СИ) - Неволин Евгений - Страница 18

Команда взревела в ответ, и капитан довольный кивнул.

— Тогда вперёд, ублюдки! За золотом, за славой, и за такими историями, после которых даже ваши внуки будут охреневать!

Экспедиция началась.

Горло возвышалось перед ними, словно оскал древнего исполина, навеки застывшего в предсмертном рыке.

Чёрные базальтовые колонны, испещрённые трещинами, поднимались из отступившей воды, облепленные скользкими водорослями и ракушками. Стены рухнувших зданий напоминали рёбра гигантского скелета, а узкие проходы между ними зияли, как глотка, готовящаяся сомкнуться на незваных гостях. Воздух здесь пах солью, гнилью и чем-то ещё — металлическим, словно кровь, впитавшаяся в камни за века.

Вокруг кипела жизнь, но не та, что наполняет города.

Другие команды спускались по обнажившемуся дну, каждая со своей целью: профессионалы — молчаливые, собранные, с холодными глазами — шли чётким строем, оружие наготове. Они не смотрели по сторонам, их интересовало только "Горло" и его тайны; недоверчивые — те, что бросали взгляды через плечо, сжимая рукояти мечей. Они знали: опасность может прийти не только из руин, но и со спины; хищники — ухмыляющиеся, с жадными глазами. Они оценивали не только руины, но и других искателей, высчитывая, кого можно ограбить, когда те вынесут сокровища.

Где-то впереди, в тени полуразрушенной арки, мелькнуло движение — что-то большое, скользкое, исчезнувшее в тени.

Капитан Мейер обернулся к своей команде, его голос прозвучал тише обычного, но от этого ещё весомее:

— Смотрите в оба, черти. Здесь ничего не просто так.

Гилен молча провёл пальцем по лезвию копья. Его Алый взгляд уловил в воздухе едва заметные дрожащие нити — следы чего-то, что ждало их в глубине.

"Горло" не собиралось отдавать свои секреты без боя.

Капитан Мейер наклонился к Гилену, понизив голос до хриплого шёпота и предупреждая, как выглядит жемчуг, за которым они спустились:

— Чёрные, как ночь в шторм, и гладкие, как задница русалки. Размером с глазное яблоко — не меньше. Но хватать всё подряд не надо: только те, что в брюхах утопцев с красными гребнями на шлемах. Остальные — гнилушки, в руках рассыплются.

Он выпрямился, щёлкнув пальцем по своему глазному яблоку для наглядности.

Гилен кивнул, но его внимание уже скользило дальше. Алый Взгляд раскрывал мир за пределами человеческого восприятия: в ста шагах справа шла группа наёмников — их ауры пульсировали агрессией, а взгляды слишком часто скользили в сторону команды «Жгучей Мэри»; под землёй, в узких трещинах между базальтовых плит, копошились тенистые существа — длинные, скользкие, с щупальцеобразными отростками. Они замирали, чувствуя шаги сверху; в лужах, оставшихся после отлива, плавали не просто вода и тина — там извивались полупрозрачные создания, похожие на угрей, но со слишком большим количеством глазам.

— Капитан, — Гилен едва сдвинул очки на переносице. — Мы не одни. И не только сверху.

Мейер хмыкнул, небрежно поглаживая рукоять абордажного топора:

— Ну конечно не одни. Это ж "Горло" — тут даже камни за тобой следят.

Где-то в глубине руин что-то щёлкнуло — сухо, как ломающаяся кость.

Оба замолчали, прислушиваясь.

Где-то впереди, за полуразрушенной колоннадой, раздались резкие крики, звон стали и противный хлюпающий звук рвущейся плоти. Бой уже начался — кто-то нарвался на неприятности раньше них.

Команда моментально напряглась.

— Собраться! — рявкнул Мейер, и матросы сомкнули строй, щиты наружу, клинки наготове.

Один из молодых бойцов, белея лицом, начал быстро шептать молитву:— Ледяной Бог, укрой нас своей дланью...

Разведчик, худощавый парень с шрамом через глаз, подполз к капитану:— Ползуны и утопцы. Штук пятьдесят. Ползуны — те, на восьми ногах, ядовитые. Утопцы — те, что с красными гребнями, но они не одни...

Гилен молча анализировал ауры: ползуны светились ядовито-зелёным, их импульсы резкие, нервные. Утопцы мерцали тусклым багрянцем, словно подёрнутые морской пеной.

— Щиты вперёд! Копейщики — за ними! Рубим, колем, не разбегаемся! — Мейер выхватил топор. — Рубиновый, твоё копьё сейчас очень пригодится.

Гилен кивнул, занимая позицию. Его пальцы сжали древко, Алый Взгляд выхватывал слабые места в надвигающейся массе тел.

Из-за камней уже выползали первые твари.

Бой начался мгновенно.

Первыми из тени вырвались ползуны — их восьмилапые тела скользили по камням с неестественной скоростью, клыки блестели ядом. Но команда не дрогнула.

— Щиты сомкнуть! Копья вперёд! — рявкнул Мейер.

Строй сомкнулся, и первые твари врезались в стену из щитов, натыкаясь на острия копий. Гилен бил точно — его оружие пронзало глаза и пасти, не давая монстрам прорваться.

Утопцы навалились следом, их трупно-синие тела качались на кривых ногах, а красные гребни на шлемах рдели, как свежая кровь.

— Клин рубит! Копья держат!

Матросы работали как механизм: щиты сдерживали натиск, топоры и мечи рубили в ответ. Гилен заметил, как один из утопцев рвётся к флангу — его копьё метнулось вперёд, пробив гребень. Труп рухнул, обнажив в разорванном брюхе чёрный жемчуг.

Бой длился не больше десяти минут. Когда последний ползун распластался на камнях, команда отступила, перегруппировалась.

— Раненые? — Мейер окинул взглядом строй.

— Царапины, капитан. Ничего серьёзного.

Гилен вытер лезвие копья. Они сработали идеально.

Но где-то в глубине "Горла" что-то зашевелилось в ответ.

Не успели матросы собрать первые жемчужины, как воздух наполнился противным булькающим смехом.

Разведчик вполголоса выругался, указывая в сторону ближайшей полузатопленной арки:

— Водяные и кикиморы... И что-то большое с ними. Анцыбал, если не ошибаюсь.

Гилен резко повернул голову. Его Алый Взгляд зафиксировал новые ауры: водяные — мерцали сине-зелёным, как гнилушки в болоте, их движения были плавными, но обманчиво быстрыми; кикиморы — пульсировали грязно-жёлтым, их длинные пальцы с когтями скребли по камням, оставляя царапины; анцыбал — его аура горела ядовито-багровым, как гнойник.

Из тени выступила фигура, напоминающая кривого сатира — козлиные ноги, покрытые слизью, рогатые голова с выпученными глазами.

— Моя вода... Мои жемчуга... — его голос хлюпал, как грязь под ногами.

Капитан Мейер не стал ждать.

— Щиты в круг! Копейщики — через плечо! Не дать окружить!

Первая волна водяных накатила, как прилив. Их пальцы-трости хлестали по щитам, пытаясь вырвать оружие из рук. Один матрос не удержался — когти кикиморы впились ему в плечо, но прежде чем тварь успела рвануть, Гилен пронзил её горло.

— Фланги держать!

Анцыбал не торопился. Он наблюдал, его рогатая тень колыхалась за спинами существ.

Кикиморы полезли по стенам, прыгая сверху. Один приземлился прямо в центр строя — топоры рассекли его, но строй дрогнул.

— Сомкнуть ряды!

Гилен видел, как капитан Мейер рубил водяного за водяным, но их было слишком много.

— Капитан! Анцыбал!

Тот повернулся как раз вовремя — болотный черт уже размахнулся костяным трезубцем.

Удар пришёлся в щит, отбросив Мейера на камни.

— Сука...

Гилен рванул вперёд. Его копьё просвистело в воздухе, но анцыбал ловко уклонился, смеясь хрипло.

— Моя вода... Моя сила...

Тогда Гилен сменил тактику.

Он ударил не в тварь, а в землю под ней — древко копья вонзилось в мокрый камень, и анцыбал на миг потерял равновесие.

Этого хватило.

Мейер вскочил, его топор со свистом рассек воздух — и рогатая голова покатилась по камням.

Без своего предводителя, водяные и кикиморы замешкались.

— Добить!

Команда рванула вперёд, как один механизм. Щиты били по мордам, топоры рубили, копья добивали.

Когда последняя тварь рухнула, наступила тишина.

— Раненые? — Мейер вытер окровавленный лоб.

— Есть, но живы.

Гилен подошёл к обезглавленному анцыбалу. В его ауре ещё теплился тёмный жемчуг — крупнее, чем у утопцев.