Рубиновый рассвет. Том I (СИ) - Неволин Евгений - Страница 17

Гилен участвовал во всех упражнениях, его копьё то и дело мелькало в общем строю. Он невольно начал уважать этих людей - несмотря на их любовь к выпивке и грубоватые манеры, они были настоящими профессионалами морского боя.

"Опыт у них есть, это бесспорно," - думал он, ловко парируя атаку двух матросов. "Но нет предела совершенству. Особенно когда в море ждёт нечто большее, чем просто пираты..."

К вечеру, когда солнце уже клонилось к горизонту, даже самые выносливые бойцы начали выдыхаться. Только Гилен и капитан сохраняли бодрость - первый благодаря своей нечеловеческой выносливости, второй - чистой силе воли.

— Ну что, команда! — прокричал Мейер, обтирая пот со лба. «Сегодня вы заслужили ужин! Но помните — завтра будет еще жестче!

Гилен стоял немного в стороне, его тёмные очки отражали последние лучи заходящего солнца. Он понимал - эти люди могут стать грозной силой, если направить их энергию в нужное русло.

И он знал, что именно ему предстоит это сделать.

‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗

Гилен закрыл дверь своей каюты, и мир сразу сузился до тишины и слабого покачивания корабля на волнах. Он сел в позу лотоса, спиной к деревянной переборке, и закрыл глаза. Внутри, в глубине его существа, пульсировал крохотный алый кристалл — Исток Крови, источник его новой силы.

Медитация началась с дыхания — ровного, глубокого, синхронизированного с ритмом пульса. Гилен сосредоточился на меридианах, тех тонких каналах, что расходились от Истока, как лучи от сердцевины. Они были ещё слабыми, едва заметными, но с каждым вдохом становились чуть чётче, чуть крепче.

Кровь в его жилах текла медленнее, подчиняясь воле. Он ощущал, как Исток по капле вырабатывает её сам, без нужды во внешних источниках. Это был чистый путь — без зависимости от Тьмы, без её проклятых ограничений. Но и без её мощи.

Снаружи доносился лишь плеск волн да редкие шаги на палубе. В этой тишине Гилен оставался наедине с собой — и с той древней силой, что медленно просыпалась в нём. Завтра будет новый день. Новые испытания. Но сейчас — только покой.

Гилен вошел в таверну, где царила непривычно спокойная атмосфера. Вместо привычных бутылей рома на столах стояли кувшины с молоком, ягодным компотом и мёдом. Матросы, заметив его, приветственно закивали – кто-то даже поднял кружку с молоком в его сторону.

Он подошел к столу капитана и опустился на скамью.

– Я готов ответить на ваши вопросы, – сказал он спокойно.

Мейер, облокотившись на стол, изучающе посмотрел на него.

– Такой уровень владения копьём я видел только у ветеранов, прошедших сотни схваток. Да и то – не у всех.

– У меня было... время, – Гилен слегка наклонил голову, его голос звучал ровно, но в словах чувствовалась глубина прожитых лет. – Много времени. И много сражений. Когда ты дерешься не ради славы, а чтобы выжить – учишься быстрее.

Сайлос за соседним столиком что-то записал в блокнот, его пальцы двигались почти бесшумно.

– А что до выпивки... – Гилен продолжил, – представьте, что ваш меч затупили перед боем. Алкоголь делает то же самое с вашим разумом. Замедляет реакцию, рассеивает внимание. В настоящем бою, где каждая секунда на счету, это может стоить вам жизни.

Капитан задумчиво потер подбородок, а несколько матросов переглянулись. В воздухе повисло молчание – впервые за долгое время они слушали, а не спорили.

Гилен неторопливо провёл ладонью по краю стола, собирая мысли.

— "Закалка тела — это не просто мускулы и удары. Это выносливость сосудов, скорость мысли, чёткость рефлексов. Представьте кузнечный клинок — его не просто бросают в воду, а медленно закаляют, слой за слоем. Так и тело: правильное питание, вода, сон и трезвость перед битвой делают из вас оружие, а не мешок с костями."

Капитан Мейер хмыкнул, почесав щетину.

— Но есть же навыки сопротивления ядам. Мои ребята не раз выживали после отравленного вина!

— Навык — это щит, но даже щит трескается, если по нему бить годами, — Гилен покачал головой. Один глоток — не убьёт. Но печень, почки, мозг — они не восстанавливаются волшебно. Рано или поздно цена накапливается.

Из толпы матросов раздался голос:

— А как же праздники? Или девки? Без выпивки ведь ни то, ни другое не в радость!

Гилен не стал спорить.

— В спокойное время — пейте, гуляйте, — он даже слегка усмехнулся. — Но перед битвой? Один момент замешательства — и тебя даже боги не спасут. Видел я, как гибли великие воины... из-за дрожащих рук и мутного взгляда.

Тишина в таверне стала ещё глубже. Даже Сайлос перестал писать, его перо замерло над страницей.

Капитан медленно кивнул.

— Ладно, Рубиновый... Ты хоть и зануда, но не дурак. До экспедиции — сухой закон.

Где-то в углу кто-то тихо застонал, но никто не стал возражать.

Гилен откинулся на спинку скамьи. Первый шаг был сделан.

Две недели ожидания.

Каждый день начинался одинаково — с рассвета команда уже стояла на плацу, отрабатывая удары, перестроения и тактику боя в узких проходах. Капитан Мейер не давал никому расслабиться, его голос гремел над тренировочным полем:

— Быстрее, черти! В "Горле" вас никто ждать не будет!

Клинки звенели, щиты стучали, а песок под ногами превращался в месиво от бесконечных манёвров. Даже самые ленивые матросы к концу первой недели стали двигаться как отлаженный механизм.

Вечера принадлежали Гилену.

Когда солнце клонилось к горизонту, он удалялся в свою каюту, где погружался в медитацию. В тишине, под мерное покачивание корабля, он сосредотачивался на тонких энергетических каналах — меридианах, которые с каждым днём становились прочнее. Его Исток Крови, тот самый крошечный алый кристалл в глубине сознания, теперь пульсировал ровнее, вырабатывая силу без помощи внешних источников.

Иногда по ночам из-под двери его каюты пробивался слабый багровый свет. Матросы, случалось, замечали это, но предпочитали не задавать вопросов.

Последние приготовления.

Накануне экспедиции тренировки стали менее интенсивными — капитан дал команде передохнуть, но запретил расслабляться полностью. Гилен же провёл финальную медитацию, проверяя каждый меридиан, как капитан проверяет снасти перед штормом.

Когда утром они наконец сошли на обнажившееся дно, все были готовы.

По крайней мере, они так думали.

Капитан Мейер встал перед строем, его единственный глаз сверкал, как пиратская монета на солнце. Он окинул команду взглядом, после чего громко плюнул на камни под ногами.

— Ну что, ублюдки морские! — его голос гремел, как штормовой прибой. — Две недели вы тут тряслись, как девки перед свадьбой, а теперь вот он — наш шанс! Видите эти чёрные камни? Это не руины, это — сундук с сокровищами, который только и ждёт, чтобы его вскрыли вашими кривыми рожами!

Он прошелся перед строем из сорока человек, сапоги гулко стучали по камням.

— Там, в этом проклятом "Горле", вас ждёт всё, о чём вы мечтали! Драгоценности? Будут! Опасность? Ещё какая! Смерть? О да, она уже накрыла стол и ждёт самых тупых! — Он резко остановился, ткнув пальцем в сторону ближайшего матроса. — Но если кто-то из вас, кусок солёного дерьма, думает, что можно просто прийти и набить карманы — вы ошибаетесь! Там всё ещё мокро, скользко, и полно тварей, которые с радостью сожрут ваши жалкие задницы!

Команда заржала, но капитан не дал им расслабиться.

— Так что слушайте сюда, тухлые медузы! Держите строй, не отходите далеко, и если увидите что-то блестящее — не хватайте как последние алкаши перед кабаком забытую кем-то бутылку! Потому что если кто-то потянет за не ту верёвку или наступит не на тот камень — мы все дружно отправимся к морским чертям! А я, забери меня Бездна, ещё не готов!

Он сделал паузу, оглядывая их, а потом широко ухмыльнулся.

— Но если всё сделаем правильно — нас ждёт слава, о которой будут рассказывать в тавернах ещё сто лет! Так что, падаль морская, готовы ли вы к приключениям?!