Индульгенция 2. Без права на жизнь (СИ) - Машуков Тимур - Страница 52

Граф вообще уже два раза звонил и настойчиво зазывал в гости. Надо сходить — уважить друга. Как там у сына с его дочерью сложится, пока не ясно, но терять хорошие отношения с сильным родом он, конечно же, не желал.

Браслет пиликнул сообщением — Никифор уже прибыл и ждет с последними новостями. А они должны быть очень интересными.

От предвкушения князь аж руки потер. Да, идея отправить сына к Моровым выстрелила на все сто. Сам даже не ожидал, что Видар там наведет такого шороха. И ведь все сам!

Нет, его, конечно, контролировала СБ рода — вели от начала до конца и все видели. Но не вмешивались, давая будущему наследнику проявить себя. И он это сделал так, что у бывалых служак волосы дыбом вставали. Аж крякали от удовольствия, глядя, как он с врагами расправлялся. Силен, решителен, быстр и не лишен смекалки. Идеальный наследник.

Приняв душ и приведя себя в порядок, Раздоров направился в трапезную, где его уже ожидал начальник службы безопасности рода. Любил князь иногда вот так вот, по-простому посидеть за одним столом со своими подчиненными. Тогда, когда у него было отличное настроение, и все шло так, как он запланировал. Вот прямо как сейчас.

Служивый при виде князя вскочил и согнулся в низком поклоне — спина не отвалится, а подобные проявления почтения Григорий любил, будучи темным аристократом до мозга костей. И всякие новомодные течения, получившие распространение среди молодежи, утверждающие, что простолюдины такие же люди, как и аристократы, терпеть не мог. Дворяне — вот вершина пищевой цепочки империи. А все остальные должны им служить и быть счастливы от такой возможности. Потому что не станет аристократов, и страна погрузится в хаос.

Под легкий завтрак они повели ничего не значащий разговор о погоде, обсудили последние новости из пантеона Светлых, взлетевшие цены на морепродукты, потому как недавно из морских пустошей пришла орда и разрушила десять ферм по выращиванию моллюсков…

Говорить о важных делах за завтраком Раздоров считал дурным тоном. От этого может испортиться аппетит, заболеть голова, он может стать раздражительным, а там и до убийства недалеко. Когда Темный князь злится, вокруг него умирают люди — неоднократно проверенный и стопроцентно доказанный факт.

— Ну, рассказывай, — переместившись в свой кабинет и расположившись в максимально удобном кресле, Раздоров с удовольствием сделал маленький глоток кофе без сахара. Очень крепкого и очень черного.

— Все отлично, — тут же отозвался Никифор. — Разыграно как по нотам. Причастные понесли наказание, непричастные даже не догадались, что все было под контролем, и сыграли очень убедительно.

— Ох, как же я люблю хорошие новости по утрам, — расплылся князь в улыбке. — А теперь подробности, не пропуская ничего.

— Как вы знаете, Григорий Васильевич, мы начали следить за Ямиром с того самого дня, как он попал в поместье Моровых, в котором, как вы и предполагали, он не задержался.

— Да, правильно сделал, что направил туда людей раньше, чем он туда отправился. Как чувствовал, что они пойдут тропами Нави, — самодовольно усмехнулся Раздоров.

— Именно, — подтвердил начальник СБ рода. — Сразу по прибытию его взяли в оборот. Согласно нашим данным, перед Видаром был разыгран целый спектакль, с четко распределенными ролями. Его целью было расшатать эмоционально, заставить принять одну из сторон мнимого — а может, и нет, — конфликта, после чего, взяв в оборот, добиться желаемого.

Но как оказалось, он их с ходу раскусил и затеял свою игру. Не сочтите это за комплимент, но вот так, сходу прокачать ситуацию и принять единственное верное решение — на такое не многие наши агенты способны.

— Да, мой мальчик уникален, — снова расплылся в улыбке Раздоров. Он любил лесть. Но еще больше любил, когда она была обоснованной. Тем временем Никифор продолжал:

— Уехав из поместья Моровых, Видар обратился к юристу, никак не связанному с Моровыми, и перевел материнские активы на себя, сменив счет для выплат процентов. Теперь у него на руках ключевой пакет акций завода, и он по сути в настоящий момент является его хозяином. Ну, и еще Видар составил завещание — в случае его смерти все отходит вам, Григорий Васильевич.

— Мо–ло–дец! Горжусь им. Что дальше?

— Ну, а дальнейшее вам уже известно — я ума не приложу, как, но он смог договориться с баронессой Опаловой, которая как сама, так и активы ее рода были по сути в руках Моровых. Сделка прошла быстро, и теперь она хоть и богатая девушка, но без прежнего имущества уже никому не нужна.

Таким образом она избежала постылого брака с Дмитрием, от которого, мягко говоря, была не в восторге. Надо ли напоминать, что благодаря этому Раздоровы получили выход на рынок драгоценных металлов…

— И опять подсуетился мой сын. Надо его наградить, ты не находишь?

— Абсолютно с вами согласен, Григорий Васильевич. Видар Григорьевич показал и продолжает показывать качества истинного темного князя. И это в свои восемнадцать лет — потрясающая целеустремленность!

— Это наследственное, — довольно усмехнулся князь.

— Несомненно, — склонил голову Никифор.

— Но ты продолжай. Я же знаю, что самое вкусное ты приберег напоследок.

— Их побег недолго оставался секретом, и их временную квартиру вычислили довольно быстро. После чего люди Морова стали проверять всех живущих в доме, пытаясь найти Видара. И продолжалось это ровно до тех пор, пока туда не нагрянул Темный приказ, людей которого по косвенным признакам вызвал наследник рода.

— Аха-ха-ха, — залился смехом Раздоров. — Старый дурак, наверное, не предусмотрел этой возможности. Привык все решать силой, забыв про банальную хитрость. Все верно сделал сынок, официально обратился в имперским служащим, дабы не доводить дело до войны родов. Вероятно, еще упомянул, что какие-то подозрительные личности крутятся. А тем пришлось отреагировать — как-никак, обращение князя. Какими бы купленными служаками они ни были, но отвечают они перед императором. А наш Борис очень любит сажать людей на кол.

— После того, как первую группу увез Темный приказ, приехала другая, которой на этот раз никто не помешал. Но они никого не нашли. За время обыска из дома вышел лишь один пьяный дворянин, который сумел скрыться в неизвестном направлении.

Решив подождать, мы не снимали наблюдения, и не напрасно: через несколько часов из дома вышел Видар. Скрытно, так, что мы едва смогли его заметить. Ну, а после вели его до самого конца.

Бой на болоте поверг нас в шок. Я понимаю, что не имею права задавать вопросы — но скажите мне, откуда у него мог взяться СВЕТЛЫЙ дух, причем такой силы⁈ Невероятная мощь, помноженная на первобытную ярость!

— Светлый дух? — заинтересовался Раздоров. — Я не читал последний отчет, где, по-видимому, про него было сказано. И да, совершенно правильный вопрос. Где он его взял? По идее, они должны были переместиться в Навь, а оттуда уже сюда. Но этого не произошло. Снежана с Навкой покинули дом, видимо, под видом того самого дворянина, а Видар остался внутри. Но его там не нашли, значит, он все же ушел, но куда? Явно не в Навь. Неужели его занесло в Ирий? Но как⁈ Впрочем, он же серый маг, и его источник это позволяет… И там… А что там? Там могло произойти все, что угодно. Время в мире духов течет иначе, и кто знает, сколько по факту он там пробыл.

И вот он возвращается с сильным светлым духом — для чего? Не сам же он его заполучил. Кто-то помог? Но кто? Кроме Сварога, некому. Впрочем, кто знает, какие знакомства он там свел. Видар шустрый парень и все делает во благо.

Ты ничего из сказанного мной не слышал.

Раздоров серьезно посмотрел на Никифора и, дождавшись его судорожного кивка, откинулся на спинку кресла:

— Продолжай.

— Дальнейший их путь проследить было сложней, но мы справились. Не знаю, каким образом Видар и Снежана научились настолько легко менять внешность, что их даже через ауру сравнить не получалось, но они смогли обмануть всех… Кроме нас. Но признаюсь, засекли мы их совершенно случайно.