Когда я стала тобой - Гарза Эмбер - Страница 38

– Ну, а я только рада, что ты остаешься.

– Правда? Я тебя ничем не обременяю?

– Чего-чего? – смеясь, переспросила я.

– Вдруг я помешал каким-то твоим планам? Может, ты хотела пойти на вечеринку или увидеться с друзьями…

– Я хочу быть только рядом с тобой. – Я прижалась к его губам. Рафаэль крепко поцеловал меня в ответ, провел рукой по моей спине. Я обвила его ногами, он поднял меня и понес в спальню. Бросил на кровать, сорвал с меня одежду.

– Я принесла игрушки, – прошептала я ему на ухо. – Они в сумочке.

Мужчинам нравятся всякие причуды в сексе, а уж Рафаэлю тем более. Я старалась изо всех сил, чтобы он со мной не заскучал.

– Давай сегодня попробуем кое-что другое.

Он снова поцеловал меня, и его рука сомкнулась на моей шее. Я сразу поняла, что он задумал, и собрала всю волю в кулак. Один бывший уже делал со мной такое.

– Ты не против? – спросил Рафаэль, легонько сдавив мне горло.

Раньше никто даже не спрашивал моего разрешения. Парней никогда не волновало, что я чувствую. Даже девственности я лишилась не по своей воле. Просто один козел, которого привела домой мать, явно не понимал слово «нет». Меня это, если честно, не удивило. Наблюдая за отношениями мамы с разными мужчинами, я сделала вывод, что они просто пользуются женщинами – вот и все.

Рафаэль относился ко мне по-другому.

– Если будет больно, стукни меня по руке, – объяснил он и надавил сильнее.

Когда мы закончили, Рафаэль был бесконечно мне благодарен. С тобой, по его рассказам, такой номер не прошел, потому что ты до смерти перепугалась. Он спросил, понравилось ли мне, и я соврала, мол, было потрясающе. Настоящий кайф. Невероятный прилив адреналина.

И я не так уж сильно покривила душой. Да, задыхаться очень хреново, но я сосредоточилась на остальных ощущениях, действительно замечательных. И хотя идеала не существует, наши с Рафаэлем отношения были к нему близки.

Ты ему надоела, и поэтому он увлекся мной.

Не пойми меня неправильно, дело не только в сексе. Он по-настоящему обо мне заботился. Когда я заболела, ухаживал за мной все выходные, кормил супом и заставлял пить побольше воды. Благодаря ему я быстро поправилась. Ради меня он остался на кампусе и не поехал домой.

Сказал, что мое здоровье важнее.

Представляешь?

Раньше никто не делал выбор в мою пользу, тем более мужчины. Черт, да на меня даже родной отец плевать хотел – сбежал, как только услышал, что мама беременна.

А вот Рафаэль предпочел меня своей жене и сыну. Я давно мечтала стать настолько важной частью чьей-либо жизни.

С Салливаном на руках я прошла на кухню и выглянула во двор. Небо затянуло тучами, на улице потемнело, хотя еще было не поздно. От порывов ветра, который вздымал листья и всякий мусор, подрагивали стекла. Я присмотрелась к сараю: замок надежно заперт, двери не дергаются на ветру.

Мне очень жаль, что так вышло, Келли. Ты, как оказалось, неплохой человек.

Ничего личного.

Салливан почмокал губами. Я наклонилась к нему, поцеловала мягкое личико. Мой сын заслуживает хорошее детство. Лучше, чем было у меня. Он должен расти в семье с обоими родителями.

Так что все это ради него, понимаешь?

Я учуяла запах мочи, пощупала подгузник Салливана – теплый, набухший. Что ж, тебе придется подождать.

Я отвернулась от окна и пошла в гостиную за сумкой. Черт, опять кровавые следы на ремешке! Сунула руку внутрь – осталось всего два памперса. Да, вчера я действовала довольно опрометчиво. Плохо подготовилась.

Поменяв подгузник, я решила проверить кошелек – деньги на исходе. Верится с трудом, но я промотала почти все бабушкино наследство, шестьдесят тысяч долларов. Когда я получила эту сумму, она казалась огромной, однако год учебы в колледже и бешеные цены на пребывание в родильной палате взяли свое.

Ну и ладно. Скоро Рафаэль приедет домой, и все будет хорошо. Он продолжит заботиться обо мне, как и подобает мужчине.

Как обо мне никогда не заботился отец.

Лишь бы дотянуть до конца рабочей недели.

Рассматривая содержимое сумки, я поняла, что собралась в спешке, и теперь нам многого не хватает. Салливану – подгузников и одежды. Мне бы тоже не помешало переодеться. Да, было забавно носить твои вещи и расхаживать по дому, изображая типичную женушку из пригорода, но, если честно, одевалась ты как-то по-уродски. Надо будет съездить в гостевой домик и кое-что оттуда забрать.

М-да, это тоже не по плану.

Черт, ну я и тупица.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Пора уже успокоиться и не переживать из-за того, что я все равно не смогу исправить. Как говорится, слезами горю не поможешь. Так ведь, Келли?

Я отнесла Салливана наверх, уложила в колыбель, затем достала одежду из твоего шкафа – к счастью, скоро я смогу носить собственные вещи. Не успела отойти от сына на пару метров, как он заплакал. Господи, его ни на секунду нельзя оставить одного. Копаясь в твоей коллекции скучных свитеров, я расправила напряженные плечи. Возможно, в присутствии Рафаэля Салливан будет вести себя спокойнее. Мама говорила, что в детстве я тоже все время плакала. Вдруг это типичная ситуация для ребенка из неполной семьи?

Я влезла в твои джинсы и серый свитер. Джинсы оказались немного великоваты, поэтому я затянула их ремнем, потом закатала рукава свитера. Сойдет.

Посмотрела на свое отражение в зеркале и рассмеялась.

Я стала тобой. Точнее, твоей новой и улучшенной версией – Келли Медина 2.0.

Салливан не унимался, и я вытащила его из колыбели. Он дергал руками и ногами, пока я меняла ему подгузник и надевала чистые ползунки и носочки. Ухаживать за ребенком без посторонней помощи так сложно… Ничего, скоро все наладится.

– Угомонись! – прошипела я, схватив его за ногу. На коже остался красный след. – Прости. – Я разжала пальцы – не надо было применять такую силу. Ты бы недовольно покачала головой и посоветовала обращаться с малышом аккуратнее.

Как будто ты главный специалист по воспитанию детей.

Только вот твой сын умер, и ты не смогла его защитить.

Я же такого не допущу.

И кто теперь лучшая мамочка?

Я отнесла Салливана в гостиную, подняла с пола сумку для подгузников.

По понедельникам Элла ходила на кружок вязания, и с девяти утра до полудня ее обычно не было дома. Как раз успею взять из домика все необходимое и вернуться. Вчера вечером я уже перенесла автокресло Салливана в твою машину, а фургон спрятала. Провернуть все это в непогоду оказалось нелегко, хотя тащить твое тело в сарай было еще труднее.

Вспомнив о случившемся, я невольно вздрогнула.

Салливан и понятия не имеет, чем я успела пожертвовать ради него в последние месяцы. Скольким людям я причинила боль.

В памяти опять всплыли твои широко распахнутые глаза, хлещущая из головы кровь…

Надеюсь, оно того стоило.

Я пристегнула Салливана в автокресле, бросила сумку для подгузников на пол и закрыла дверцу. Надев шляпу и солнечные очки, устроилась на водительском сиденье. Какая чистая машина! Пахнет кожей и дорогими духами, не то что в моем фургоне, который провонял чипсами и пî́том и был завален детскими игрушками, салфетками и банками из-под газировки.

К счастью, задние стекла у тебя затонированы, поэтому если бы меня и заметили, то решили бы, что это ты отправилась куда-то по делам. Я осторожно выехала из гаража и медленно двинулась по улице, не нарушая скоростного режима. Не хватало еще попасться из-за штрафа.

Через несколько минут Салливан опять задергался, и я почувствовала знакомое напряжение в плечах. Он всегда был беспокойным ребенком, но в последнее время плакал чаще обычного. Может, зубы режутся? Жаль, не спросила об этом у тебя.

И вновь ты проникла в мои мысли. В голове звучали твой голос, твои слова. Я заерзала и глубоко вдохнула.