Сердца трех. Вторая жизнь фармацевта (СИ) - Орлова Марина - Страница 33

Внезапно версия показалась весьма рабочей.

«Не сходится, – тут же отрезвил себя мужчина. – В таком случае, сейчас ей ничего не стоило просто показать мне ключ. Он должен был быть у нее, но Аста бы не бросила меня, забрав мою свободу с собой.»

Думать о том, что она могла из обиды так зло подшутить, не хотелось. Как не хотелось думать, что она играла его жизнью и свободой.

«Выходит, ключа у нее действительно не было, – выдохнул он. – Зигрид не обманул. И все же, она уехала, а я чувствую себя виноватым. Идиотка. Что она себе там навыдумывала? Неужели действительно думает, что сможет продолжить путь без каких-либо проблем в компании лесного эльфа? Тиль, пусть и мужчина, но из крестьянского поселения. Едва ли он будет хорошим воином и защитником.»

Мужчина схватил с пола шнурок и сжал его в кулаке, а затем посмотрел на Веронику. Та прятала виноватый взгляд за то, что не помешала гостье уехать. Да, именно так, по мнению Рафаэля, должна была бы выглядеть Аста, пойманная на обмане. Но она не выглядела.

«Она, конечно, чудачка, но вполне адекватная. Что-то не сходится… О чем она говорила? Что имела в виду, когда заявляла, что Зигрид – предатель. Почему просто не объяснила?»

Столько вопросов, а ответов у мужчины почти ни на один не было. И единственная, кто мог ответить на них, сейчас мчится навстречу лесной опасности. Ладно, она, но эльф должен был понимать, что чем глубже в лес, тем опаснее и звери, и монстры будут встречаться на пути.

«Большая удача, что из всех монстров за время путешествия мы натыкались лишь на относительно неопасных и пугливых, которые сами сторонятся людей. Пантера – не в счет. Аста сама полезла к нему. И отыскала же как-то!»

Здесь все иначе: монстры не только не боятся людей. Но и считают эту территорию своей, а значит, будут защищать ее от чужаков.

Странно, но мысль, что девушка может пострадать, причиняла Рафаэлю больше беспокойства, чем риск последствий с его летальным исходом. Его жизнь, пусть Аста и сбежала, по-прежнему зависела от целительницы, про что он вспомнил в последнюю очередь.

– Я должен ее остановить… – произнес он напряженно и вновь посмотрел в окно. Повернулся, чтобы сделать шаг к окну, но новый удар током едва не сбил его с ног.

– Рафаэль! – бросилась к нему Вероника и вцепилась в его плечи, желая остановить. Теперь она проявляла куда больше рвения, нежели, когда стоило бы остановить целительницу и Тиля. – Пожалуйста, не двигайся. Она отдала приказ, ты не можешь его нарушить.

– Я не могу остаться здесь навечно. Рано или поздно эффект должен спасть, – прорычал мужчина сквозь боль.

– Я разбужу отца. Возможно, он уже пришел в себя. Наверняка ему удастся что-нибудь придумать. Папа освободит тебя от действия приказа. Потеря ключа – не страшна, отец обещал, что сможет сменить метку и без него, – заверяла Вероника, преданно смотря в глаза мужчины, искаженное от гнева. – Пожалуйста, подожди.

– Я не могу ждать, Вероника! – рявкнул мужчина, отчего девушка отшатнулась в испуге. – Я должен ее остановить. Я обещал, что защищу ее. Даже от нее самой!

– Почему?! – со слезами на глазах, в свою очередь, закричала девушка. – Почему для тебя это так важно? Она бросила тебя. Она тебя обманывала! Почему ты продолжаешь быть верен ей?! Для нее ты – всего лишь раб. То, как она с тобой поступила, только подтверждает это!

– Я не знаю, что вынудило Асту так сделать. Но для нее это – не типично, Аста бы так не поступила без причины, – уверенно мотнул мужчина головой. – Я знаю, что у нее были причины, чтобы сбежать. Она верит в то, что это было необходимо.

– У нее не было причин, – упрямо и зло произнесла Вероника. – Она поступила так только по своей прихоти. Весь этот поход, все ее поступки – нелогичны. Она такая же, как и все остальные рабовладельцы. Для нее жизнь раба ничего не стоит! Думаешь, я не знаю, что это ты, по своей инициативе спас меня и тех эльфов? Я поняла это сразу же, как только увидела ее. Она была в ужасе оттого, что ты сделал с теми зверями. Она сожалела о смертях этих отбросов-работорговцев.

– Заткнись! – внезапно даже для самого себя закричал Рафаэль, и девушка пораженно замолкла, смотря на него огромными мокрыми глазами, полных боли и непонимания. – Не смей говорить о ней так. Ты не знаешь ни ее саму, ни ее мотивов, чтобы сметь судить Асту, – угрожающе понизил он голос. – То, что она ценит каждую жизнь, не делает ее хуже тебя. Но она умеет оценивать риски и расставлять приоритеты. Она на многое готова закрывать глаза, но я ни разу не видел, чтобы она поступала не по совести.

– Да что она с тобой сделала? – пораженно прошептала Вероника. – Она тебя будто приворожила.

– Просто с ней я не чувствовал себя рабом. Она – единственная, рядом с кем я ощущал себя равным и забывал, кем являюсь на самом деле. Я был ей нужен, – упрямо посмотрел Рафаэль в глаза девушки, и она отвела взгляд, понимая, что он имел в виду. Даже с Зигридом, даже с ней, Вероникой, Рафаэль никогда не забывал, что был всего лишь рабом. А с ней, с этой Астой…

Пока девушка пребывала в своих мыслях, услышала характерный гул горна. К ее несчастью, его услышал и эльф.

– Рыцари церкви? – хищным, стремительным движением обернулся он к окну, как раз в тот момент, когда кто-то из поселения ответил на сигнал.

– Они не зайдут сюда, вы не встретитесь, не тревожься, – пояснила Вероника, надеясь успокоить мужчину. Вот только он совсем не страшился вновь встретиться с теми, кто однажды забрал его и пытал до изнеможения. Вместо этого, Рафаэль с поднимающейся паникой наблюдал, как отряд всадников проскакали мимо поселения. В ту сторону, где скрылась Аста.

«Она знала? Она знала, что рыцари придут за ней, потому так торопилась?» – задался он вопросом, а затем посмотрел на Веронику.

– Зигрид… Немедленно приведи его. Сейчас же! Он должен освободить меня от ее приказа! – обернулся он к девушке, которая внезапно сжалась и упрямо поджала губы. – Вероника, быстрее! Нельзя допустить, чтобы они нашли Асту!

– Я… Прости, Рафаэль. Прости, я не могу, – закрыв лицо руками, заплакала она. – Я не могу позволить тебе помешать им.

– Что? – опешил он. – Как это понимать? Вероника!

– Они обещали, что не причинят ей вреда. Они станут дорожить ее жизнью. Аста будет жить, как принцесса, – едва не захлебываясь словами, причитала девушка, и все фрагменты головоломки, наконец, встали на свои места.

– Это Зигрид? Он решил отдать целителя рыцарям взамен на защиту поселения? – выдохнул он пораженно. Девушка не ответила, продолжив плакать. – Она вам жизнь спасла! А вы ее предали? – закричал он в бешенстве.

Рука дрогнула, намереваясь призвать духовное оружие, но тут в горло эльфа уткнулся другой клинок. За пеленой бешенства и гнева он совсем не заметил подоспевшего Зигрида. Тот был все еще бледен, худ, но впервые за долгие годы стоял на своих ногах и держал в руках оружие. Опыт брал верх даже над годами болезни, потому Рафаэль не сомневался, что лишнее движение может стоить ему жизни.

– Я тебе верил, – процедил эльф сквозь зубы, точно сплюнул себе под ноги.

– Мне жаль, что ты все так воспринимаешь. Но так для всех будет лучше, – произнес хозяин поселения, жестом подзывая к себе дочь, что спряталась за худощавой спиной отца. – Аста – поразительной силы целитель. Человеческая раса не имеет права рисковать таким даром, который может в любой момент сгинуть в подобном месте, как это. Это – безрассудно и кощунственно. Поверь, с ней все будет хорошо. Она в безопасности, – пообещал он, но эльфа слова не убедили.

– Я поручился за тебя перед ней. Я верил тебе, как своему брату… – повторил Рафаэль. – Неужели, после подобного предательства, вы рассчитываете, что я спокойно все забуду и продолжу жить как ни в чем не бывало?