Кодекс Императора IV (СИ) - Молотов Виктор - Страница 21

Выходило так, что Дмитрий Романов сейчас рискует всем, но в то же время он принимает весь удар на себя. В новостях пару раз пытались заикнуться о задержании аристократов, однако граждане империи особо не обратили на это внимание. А в интернете и вовсе под этими новостями многие писали, что им плевать и лучше бы СМИ уделили больше внимания освещению происходящего на фронте.

Но в то же время, если во время сражений с персами, император потерпит неудачи, то он навряд ли сможет после такого восстановить свою репутацию в ближайшие годы. И если в следующий раз начнется какое-то противостояние с соседями, люди будут паниковать и всячески не одобрять силовой подход. Будут говорить, что император — это не та сила и власть, что предназначена для военного времени.

Сергею Захаровичу очень интересно, что еще может придумать и провернуть Дмитрий Романов. В отличие от своего покойного отца, новый император умудрялся постоянно удивлять Лаврентьева своими решениями.

К тому же, Сергей Захарович не зря считает себя удачливым человеком, ведь ему несказанно повезло в тот день, когда Дмитрий его завербовал. Тогда он думал, что является хозяином своего положения и у него есть все, что нужно для хорошей и интересной жизни, а сейчас Лаврентьев понимает, что император мог сместить, убрать или уничтожить его, как минимум пятью разными способами.

Вероятно Сергей Захарович даже рад, что сейчас у Российской империи такой правитель. Правда, есть и обратная сторона медали — когда такой человек попадает в столь огромный муравейник, значит, что весь муравейник ждут непростые времена. Будет много потрясений, смещений, чисток и изменения привычных порядков, что может понравиться не всем муравьям. Особенно тем, кто все это время жил за счет других своих сородичей, совершенно не думая о том, каково им.

Империя должна жить, и в том виде, в котором она сейчас — это нерабочий аппарат. А потому Сергей Захарович полностью поддерживает Дмитрия Романова, который, судя по всему, может вдохнуть жизнь в этот давно заржавевший механизм.

Поняв, что Сергей Захарович выпал из реальности на какое-то время, слишком погрузившись в свои мысли, он помотал головой. А затем вызвал своего второго заместителя — Николая Федоровича.

— Собирайте группы «альфа» и «бета». А также первых, третьих и восьмых. Выдвигайтесь к Антураховым, — приказал Сергей Захарович. — И не забудьте, что там разрешено открывать огонь на поражение. Этот род в любом случае больше не будет существовать. Работорговля в Российской империи карается смертной казнью, а там весь род в этом замешан.

А судя по отчетам, Антураховы торговали даже имперскими детьми.

— Будет сделано, — кивнул Николай Федорович.

— Поеду с вами лично, — сообщил Сергей Захарович, уж очень не любил подобных людей и хотел поучаствовать в их устранении.

Впервые за долгие годы у Лаврентьева появилось множество возможностей сделать для Российской империи что-то хорошее, и он не собирался их упускать.

Мы выбрались с базы персов и без помощи портальщика, просто потратили на это чуть больше времени, чем рассчитывали изначально. И сейчас я снова находился в нашей приграничной части вместе с бойцами.

Люди были вымотаны сражением. У некоторых солдат и вовсе не было сил подняться. Прикрепленные к части лекари ходили и осматривали всех, начиная с тех, кто получил незначительные ранения. Те, кто были ранены серьезно, сразу были доставлены в санчасть, и сейчас там находились под присмотром других лекарей.

Алина принесла мне влажное холодное полотенце, и я вытер пыль с лица и шеи. Было приятно охладить разгоряченное после битвы тело.

— Докладывай, — сказал я служанке.

— Кутузов еще не очухался, — развела она руками.

В голосе девушки было слышно сожаление. Все-таки эти двое успели подружиться, и Алина действительно переживала за своего друга и союзника.

— Понятно, — кивнул я, прикидывая, что ему может потребоваться не один день на восстановление после того, что Кутузов сделал в персидской базе.

— Все тени в порядке, — продолжила Алина. — Девочки полностью справились с поставленными задачами. Служба безопасности тоже отработала успешно, есть небольшие ранения, но ничего критичного — лекари их быстро подлатают, — с улыбкой закончила она.

— Хорошо, можешь пока быть свободна.

— Тогда пойду помогу солдатам.

Я одобрительно кивнул — это было хорошее решение.

Алина снова улыбнулась и кивнула. Затем я подозвал генерала Ермолаева и тоже запросил отчет о проделанной работе. Он также принимал участие в военных действиях.

Это был поджарый мужчина на вид лет пятидесяти. Возраст в нем выдавала лишь седина на висках.

— Ваше Императорское Величество, — начал он, после того как поклонился мне. — Линию фронта в обозначенном месте удалось прорвать. Техника уже переправляется. Сильные Одаренные и солдаты на месте. Идет процесс закрепления.

Я кивнул, однако вид у Ермолаева был уж больно озадаченный. Хотя казалось бы — все хорошо, но уже по выражению его лица вижу: что-то не так.

— На шести других участках на границе начались обстрелы, — продолжил генерал. — Границу атакуют по полной программе. Думаю, персы делают подготовку к наступлению со всех шести сторон.

Я хмыкнул и ответил:

— При всем уважении, даже при том количестве войск, что имеется у персов, на шесть направлений им не хватит людей.

— У нас тоже не хватит сил, чтобы оборонять все шесть направлений. Так что… — вместо продолжения фразы генерал лишь развел руками.

Он не знал, что делать, если персы все-таки начнут наступление на столько фронтов.

— Я приказывал стянуть сюда войска. Как с этим обстоят дела? — уточнил я.

— Петровская часть прислала пятьсот солдат. Николаевская — триста. С остальных пришло еще меньше, если вообще пришло, — доложил Ермолаев.

Понятно, некоторые военные части империи решили проигнорировать мой приказ.

— Георгиевская и Дунайская сразу отказали, — продолжил генерал. — Из Москвы летят люди, но они долго добираться будут вместе с техникой — она сильно их тормозит.

— Ясно, — кивнул я и жестом указал генералу, что он может отправляться по своим делам.

С техникой вовсе не очень хорошо вышло. В документах по наличию в многих частях были нарисованы одни цифры, а по факту хранилища были полупустыми. Я недавно проводил инспекцию на подземном хранилище в этой части, и оно оказалось полностью пустым! Хотя именно приграничные части всегда должны быть готовы отразить атаку врага. На них куда больше ответственности, чем на тех, что находятся в глубине империи.

Причем ответственный за это хранилище был человек, который умер семь лет назад, и теперь невозможно разобраться, кто виновен за опустошение, и кто что и кому продавал. С этим придется долго разбираться, но в итоге я все равно узнаю правду.

Кроме того, многие стали списывать косяки на предателей из тех, кто убит, задержан или сбежал. Само собой, они не были виновны во всех грехах, но из них можно было сделать универсальных козлов отпущения, и я это прекрасно понимал.

Персы сейчас действуют очень непринужденно, но я предвидел подобную тактику. И теперь осталось понять, где они на самом деле собираются напасть. В некоторых местах у меня поставлены свои люди, которые будут докладывать напрямую — в том числе из теней. Но не во всех…

Генерал Уваров стоял рядом и слышал этот разговор, а потому я обратился к нему:

— Есть какие-то мысли по поводу наступления персов?

Было интересно узнать его мнение.

— У нас есть единственный выход — подождать, откуда персы на самом деле начнут атаку, и быстро отреагировать.

— Понятно, — ответил я, но этот вариант меня не устраивал.

Я открыл карту на планшете, изучил все шесть точек, где персы начали активные действия, и выбрал из них три наиболее вероятные.

— Перекиньте войска в эти места, — указал я генералу Уварову.

— Солдаты подустали, Ваше Императорское Величество. Им бы немного отдохнуть, — напомнил он, словно я сам не видел происходящего вокруг.