Телохранитель для дочери генерала драконов (СИ) - Лунёва Мария - Страница 54

Что? Что значит «не буду»? — вот эту мысль я уловила четко. — Не будет он. Зато я буду!

Поймав его за ворот рубахи, притянула к себе и сама коснулась его губ. Потерлась о них, а после и вовсе завалила волка на свою перину.

Не будет он... — возмущалась в душе.

Руни в первое мгновение не двигался. Я же, немного придя в себя, совсем не понимала, что с мужчиной делать дальше после того, как оседлала его бедра и прижалась ко рту? Но как только попыталась отстраниться, сообразила, что меня крепко держат.

— Ты продолжай, Касси, — прошептали подо мной. — Куда собралась?

Тихо хохотнув, Руни впился в мой рот так жадно, что я ощутила легкую боль. Его клыки задевали мою нижнюю губу, приятно царапая. Мужские ладони скользили по бедрам вверх, задирая рубашку, плотнее прижимая меня к паху...

— Волк... Мы телеги выстраиваем. Вы бы с завтраком поторопились, — раздалось прямо за плотной тканью повозки.

Глава 63

Телега нехотя тронулась. Раскачиваясь в такт ее движению, я сидела в мужской куртке и штанах на краю и махала Ясире на прощание. Ведьма улыбалась, а у меня на душе разливалась горечь.

Я поймала себя на том, что хочу остаться здесь. В таком вот доме, рядом с Руни, и никуда больше не ехать.

Свой маленький огород. Теплая печь. Уютная кухня...Я тяжело вздохнула. Предчувствие, что ждут нас беды, никуда не делось. И даже обоз, идущий впереди, уверенности не придавал.

Поглаживая Руньярдика, я расстроено шмыгала носом. Стряхивала выступающие на глаза предательские слезы.

Будто счастье теряла. Не будет больше нашей комнаты и удобной перины на полу. Не будет баньки... Рыженький, будто чувствуя мою боль, ластился, подставляя голову под руку.

— Касси, — тихий голос Руни заставил вздрогнуть. — Не сиди уже там. Мы сворачиваем на дорогу. Перебирайся.

Я закивала, желая скрыть от него свое состояние.

Крепче прижав к себе кота, последний раз махнула Ясире и забралась в телегу ближе к перине. Оперевшись спиной в лавку, на которой сидел Руни, снова притихла.Спрашивать ничего не хотелось. И разговор заводить не о чем. Поджимая губы, я пыталась вспомнить, о чем обычно говорили отец с мачехой, но ничего не приходило на ум. Они, кажется, и вовсе беседы не вели.

А между тем молчание все сильнее давило на меня. Было в нем что-то такое тягостное. Неправильное.

— Истинный моей сестры, когда мы еще жили все вместе, любил поговаривать, что притихшая женщина — это к беде. И хоть бы раз при этом ошибся. У меня, Касси, затылок чесаться начинает, когда женщину не видно и не слышно. О чем ты там думаешь, признавайся.

Сильно прикусив губу, я сделала испуганные глаза. Сама еще не знала, чего сотворила, но было предчувствие и на этот счет...

— Касси... — голос Руни стал строже.

— Ничего, — выдавила из себя, наблюдая, как отдаляется ведьминский уютный дом. — Просто не хочу уезжать от Ясиры... Нам там было хорошо, а дальше... неизвестность, — созналась я в своих страхах.

— А дальше, милая, дом и спокойная, насколько это можно, жизнь. Как минимум один скандал, возможно, ты даже меня побьешь...

— Глупости не говори! Ты у меня самый лучший, и чтобы я на тебя кричать начала из-за какой-нибудь ерунды... — Но тут я рот закрыла и призадумалась.

С чего бы мне по приезде быть недовольной? И тут же улыбнулась своим мыслям. Скорее всего, он не так богат, как обрисовал изначально, и теперь волнуется, что я разозлюсь, узнав о его реальном положении.

— Я всем буду довольна. Ты мне, Руни, нужен даже нищим. Хоть в шалаш, но вместе, — пробормотала, выдохнув, — Так что не надумывай там себе. Не буду я на тебя никогда кричать. Глупость какая!

Он издал странный звук. Зажмурился и сглотнул. Его кадык дернулся.Значит, я права. Сильный мужчина, но никогда за золотом не гнался.

Ну, так я это заметила. И телеги стояли после нападения. Забирай что хочешь, и продавай. А он по скромному, только то, что нужно к рукам прибрал.

Это сделало его в моих глазах еще лучше. Хотя куда уже... и так со всех сторон не мужик, а сокровище.

— Отец всегда жадностью страдал, тащил все, что можно было. Бывало, и компаньонов нагревал. Я читала его документы и все видела. Обманывал, обворовывал. Совсем не знал, что такое честь и достоинство. И дом у нас был богатый. И прислуга... Ты прав, Руни, я действительно высокородная орина, — совсем уж разоткровенничалась на эмоциях. — Не дочь простого торговца или арендатора. И нищету я не знаю. Но это ничего. Поверь, я буду счастлива жить в простом доме. Главное — в любви. С тем, кому действительно нужна. И назад не хочу! Понимаешь, Руни, все у меня было, и жених вроде как имелся... ну, как жених. Я его в глаза не видела. Ни разу. Даже не знала ни о каких договоренностях. Пока... Пока он не прислал указ, что я должна явиться к нему в качестве невесты. И все. Купил как зверюшку на время поиграться. Я ведь как орина слабая, зова крови не слышу. И истинного могу и вовсе не почувствовать. Магию и ту теряла. Вот и продали меня, как скотину безропотную. Это так гадко...

— Ты не пробовала возразить? — его вопрос заставил вздрогнуть.

— Возразить? — я даже не сразу поняла, о чём он. — Кому? Отцу? Получила оплеуху от него за то, что только попробовала воспротивиться. А если найдёт женишок, и вовсе вздёрнет в отместку за гордость свою оплёванную. У него власть есть... А значит, не стерпит подобного от женщины. Я за тобой, Руни, на край света пойду, лишь бы тому другому не досталась. Без тебя не будет и меня. И мне так страшно идти вперёд. Я боюсь всего... Дороги, разбойников, смертей. Вдруг меня кто-нибудь уже ищет. И жутко представить, что будет, если найдёт.

— Ничего не будет, Касси, — голос Руни звучал холодно. — Не надо ничего бояться. Ты не скотина. И никто никогда не осмелится даже попытаться купить тебя. Мы со всем разберёмся. Дойдём до Рэдкаима и там поговорим по душам. Но хочу, чтобы ты понимала, Касси — я тебя никогда от себя не отпущу. Ты... Ты - моя истинная.Вскинув голову, я уставилась на его напряжённую спину. От волнения язык прилип к нёбу.

Ладони тряслись. Шумно выдыхая, я не понимала, как выразить эмоции. Глаза щипало.

— Касси, ну хоть звук подай, — он обернулся. — Я тебе в таком признался, а ты сопишь.

По моей щеке скатилась неуместная слеза.

— Касси, — он насторожился. — Что? Молчать нужно было?

— Дурак, — шепнула я непослушными губами и, выпустив кота, подползла к своему волку и обняла его за талию со спины. Сжала руки так сильно, как только могла.

— Это значит, что ты не оттолкнёшь меня как истинного, ведьмочка?

— Хоть соблазнять не придётся, — промычала, борясь со слезами. — Я же вообще ни к чему не пригодная. Как бревно...

Он замер и вдруг захохотал.

Я же, давясь своими переживаниями, жалась к нему. Богов благодарила за такой подарок. Ну где я и где искусство соблазнения мужика?

— Не смейся, — прошептала я уязвлённо.

— Это я от радости, — выдохнул он. — И ты не бревно, моя орина. Ты ранимая невинная девушка, попавшая по вине одного действительно дурака в большие неприятности. Ничего не бойся, сокровище моё, мы со всем справимся и разберёмся. Никуда не денемся. Всё наладится, Касси. Главное, я есть у тебя, а ты у меня. Правильно?

— Угу, — замычала, пряча лицо в складках его куртки.

Глава 64

Тоска. Это не путешествие, а какая-то пытка бездельем. Жаль, что я не кошка. Это Рунярдику было хорошо, он растянулся пузиком кверху на моей перине и натурально сопел, шевеля усами.

А я так не могла.

Мне нужно было чем-то заняться. Вот только дел не находилось. В отчаянии я завалилась рядом со своим шерстяным мурчало и сложила руки на груди.

Руни обернулся, смерил меня взглядом и усмехнулся.

Весело ему было. Нет, ну ты посмотри. Сидит часами статуей и хоть бы зевнул.

— Мы скоро куда-нибудь доедем? — поинтересовалась я, рассматривая натянутую ткань над головой.