В сети (СИ) - Джокер Ольга - Страница 5

— Мне подали сладкую газированную воду, — качает головой Юра. — А я просил минеральную. Одну минуту, Ольга. Схожу уточню.

Оставшись одна, я откидываюсь на спинку дивана и шумно вздыхаю. Не могу сказать, что испытываю стойкое непринятие, но как продолжать общение — понятия не имею.

Дело не в Юре, а во мне. Скорее всего, после переписки с Лексом мне хочется больше экшена в общении — несогласия, дискуссий, споров. А здесь штиль, вежливые фразы и предсказуемые ответы по заученному сценарию.

«Назови три причины, по которым первое свидание с девушкой стало бы последним», — пишу своему анониму, сползая на диване чуть ниже.

Лекс появляется в сети, и разгон пульса происходит автоматически. Он не торопится с ответом — очевидно, раздумывая, потому что я снова вышла за рамки и поставила его в тупик.

«Ты сейчас на свидании?».

«Я первая спросила».

«Не знаю. Давно никуда не ходил, Оливия».

«А если подумать?».

«Наверное, закончил бы после первой встречи, если девушка жует с открытым ртом, заливает в себя слишком много алкоголя и постоянно сравнивает меня с бывшим. Это первое, что пришло в голову».

Забавно, но я сравнивала Юру не с бывшим, а с Лексом, хотя ни разу не видела, как он выглядит. Это неправильно и нелогично, но я ничего не могу с собой поделать.

«Ты абсолютно неприхотлив, Лекс», — пишу ему.

«Теперь ответишь на мой вопрос?»

К столу возвращается Юрий и ставит бутылку минеральной воды, широко улыбаясь. Боковым зрением я заметила, как у бара он активно жестикулировал, отчитывая официантку. Единственное, чего мне хотелось в тот момент, — раствориться и исчезнуть. А лучше — провалиться сквозь землю.

— Владелец заведения лично извинился за причинённые неудобства, — довольным тоном сообщает папин коллега. — Минералку вручили бесплатно в качестве компенсации.

— М-м, здорово. Ты что, им показал свою корочку?

— Ну а как же. Если есть привилегии, то почему бы ими не воспользоваться, Оленька?

Я опускаю взгляд в телефон и замечаю, что Лекс по-прежнему в сети.

Лично для меня стоп-фактором на первом свидании всегда был бы человек, который увлечённо проводит вечер в телефоне. Возможно, Юрий это заметит. И больше никогда меня не пригласит. И не станет слать цветы — потому что я чувствую себя обязанной.

«Да, я с мужчиной, Лекс. На первом свидании за долгие годы», — быстро пробегаю пальцами по виртуальной клавиатуре.

Отец будет недоволен, если я расскажу, как всё прошло с Волошиным. Он явно хотел для меня лучшего, но для него лучшее — это стабильность и статус. Возможно, человек с опытом разбирается в этом больше, чем я, и это действительно важно. Проблема в том, что меня передёргивает при мысли, что Юрий мог бы попытаться меня поцеловать.

Мне предлагают десерт. После того как я отказываюсь, папин коллега зовёт официантку и просит упаковать остатки моего ужина в бумажный контейнер.

Я ёрзаю на диване, испытывая неловкость. Все мои отговорки о том, что я наелась, опровергаются железным аргументом: еда не должна пропадать.

Телефон вибрирует, и я жадно впиваюсь пальцами в стакан, опуская взгляд под стол.

Буквально на секунду.

Предложение Лекса заставляет вспыхнуть ярким огнём, который атакует меня изнутри, разливаясь жаром по шее, щекам и кончикам ушей.

«Напиши свой адрес, Оливка».

«Зачем?»

Я не дура, но сейчас должна убедиться, правильно ли всё поняла.

«Хочу забрать тебя оттуда. Судя по твоему настроению, это далеко не свидание мечты, и второго шанса уже не предвидится».

На последнем слове меня пробивает дрожь. Заманчивое предложение рисуется слишком ярко. Слишком реально. Словно слова Лекса — не просто текст на экране, а низкий, хрипловатый голос, звучащий прямо у моего уха.

Но где гарантия, что аноним разочарует меня меньше Юрия? И где уверенность, что я не разочарую анонима?

«Я не в плену, спасибо. И всё не так плохо, как тебе кажется», — отвечаю и прячу телефон в сумку.

6.

Александр

Яр бронирует лаундж-зону в «Бочке» на субботний вечер, чтобы сыграть несколько партий в покер.

Это вряд ли похоже на серьёзную игру с высокими ставками — скорее, просто азарт, расслабление и отдых. Но мне такое времяпровождение по душе.

До развода я почти никуда не выбирался с друзьями — разве что по большим праздникам, с головой погружаясь в семейные заботы и бытовые хлопоты. За четыре года таких встреч можно было пересчитать по пальцам одной руки. Как они не вычеркнули меня из компании — ума не приложу. Теперь я вроде как навёрстываю. Уже второй год навёрстываю — и останавливаться не собираюсь.

Лаундж-зона отделена от главного зала деревянной перегородкой. Свет слегка приглушён. В воздухе смешивается аромат табака, алкоголя и сладкого кальяна. Ненавязчивая ритмичная музыка идеально вписывается в общую атмосферу.

В центре внимания — низкий, но вместительный журнальный стол, усыпанный картами и фишками. Вокруг него расположились четверо моих друзей, устроившись на удобных диванах и креслах. Я в этом баре впервые, но с удовольствием заглянул бы сюда ещё раз.

Мы обсуждаем прошедшую неделю, перебивая друг друга и отпивая из бокалов.

Друзья в курсе, что у меня были кое-какие недоразумения в офисе. Его проверили вдоль и поперёк на наличие прослушки, камер и прочей ерунды, но, конечно, ничего не нашли. Я до сих пор жду удара, оставаясь в напряжении, хотя уже значительно меньше. Так хуёво с терпением у меня не было, кажется, никогда.

— Формально на тебя ничего нет, Сань, — говорит Яр, постукивая ботинком по полу. — Но они что-то ищут, и у них есть причина. Ты знаешь, о чём речь?

Я молчу, перекатывая фишку между пальцами.

— Понял, неважно. Нужно попробовать выяснить, кто инициировал прослушку и наружку.

— Адвокат пытался, но всё чисто, — передёргиваю плечами. — Либо дело в закрытом реестре, либо всё оформлено так, что следов просто нет.

— Почисти ближайшее окружение, Сань. Если тебя ведут, значит, кто-то либо слил информацию, либо помог её добыть. Как я понимаю, вариант исчезнуть ты категорически не рассматриваешь?

— Нет... Нет, пока не рассматриваю.

Разговор прерывается, когда в заведении появляется девушка Ярослава вместе с подругами.

С Настей – высокой зеленоглазой блондинкой – я уже знаком.

Месяц назад, после похожей встречи, мы отправились продолжать вечер к ней домой. Не то чтобы это что-то значило, просто глупо было не воспользоваться моментом.

Она тогда была в коротком платье, с чуть растрёпанными волосами и ленивой улыбкой, которая обещала больше, чем говорили слова. А на следующий день мы разошлись без драм и претензий, каждый по своим делам. Я даже не взял у неё номер, но был уверен, что видимся не в последний раз.

— О, девочки, проходите, — восклицает Антон, взмахивая рукой.

Заметив меня, Настя прикусывает губу, пряча улыбку. Взгляд короткий, чуть неловкий — она оценивает, помню ли я ту ночь. И какие у нас перспективы на сегодня. Я тоже оцениваю — её настроение и намёки.

— Играете серьёзно или просто фишки по столу гоняете? — интересуется она, скользя глазами по картам и выпивке.

Коктейль в её руке, кажется, даже не колышется. Опустившись на диван рядом со мной, Настя закидывает ногу на ногу, выдерживая дистанцию. Пахнет легко, узнаваемо. Я люблю, когда от девушки приятно пахнет — возможно, это мой фетиш. Особенно, когда аромат едва уловимо цепляется за кожу, вызывая заметный, настойчивый отклик в паху.

— Скорее второе, — отвечаю я, потянувшись к стакану. — Если хочешь попробовать, могу уступить.

Откинувшись на спинку дивана, зависаю и невольно кошусь на длинные ноги.

Избавиться от ассоциаций с Оливией сложно. С того самого момента, как я оказался в баре, начал всматриваться в чужие лица, пытаясь чисто теоретически прикинуть: могла бы она здесь бывать? В мужском, прокуренном заведении? Смог бы я распознать её исключительно по коленкам и щиколоткам, которые мне дали увидеть буквально мельком?