"Фантастика 2025-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 133

Румынка была крайне опасна, это понимали все присутствующие.

Впрочем, накалять ситуацию я не собирался, а начавший негромко бурчать на языке девушки немец умудрился её слегка успокоить, объяснив, видимо, что окружающие не смеются над ней, а наоборот, даже слегка уважают продемонстрированную силу. По крайней мере, мне так показалось. Этого хватило, чтобы воинственная девушка, фыркнув, убрала, наконец, своё оружие и прошествовала назад в угол. Усевшись в стоящее отдельно кресло, она надулась и затихла, прижимая к груди древко гуань дао. Последовав её примеру, я занял такое же кресло в другом углу, где достал свою книгу, начав её читать.

Через два часа зашел служитель арены, оповестивший, что можно расходиться. Сегодня нас было на одного меньше, чем тогда, когда стояли на сцене. Проигравшим «лидерам» предписывалось сидеть дома, тренироваться и ждать, когда начнутся соревнования основного состава.

Ответ на вопрос, откуда столько человек заинтересовано в боях между молодежью, не способной показать ничего впечатляющего, мне предоставил сам Тануки Ойя. Всё оказалось предельно просто — опытные «надевшие черное», заслуженные бойцы, слишком далеко ушли от простых смертных. Их бои были зрелищны, удивительны, но это было «не то». Людям нравилось смотреть на других людей. Жестоких, эмоциональных, яростно стремящихся к победе. Зрелище ударов, способных ломать ноги слонам, приедается быстро, а вот кровавый спорт — никогда.

Как, впрочем, и нечто другое. Просмотрев на мониторах с полтора десятка поединков, я подметил, что воинственная румынка с алебардой была крайне скромно одета. Большинство девушек и некоторые молодые люди, участвующие в турнире, одевались очень откровенно. Может, это было для отвлечения внимания противника (да, оно работало), либо демонстрировало, что боец ищет спонсора (любовника?), но, по факту, молодые «надевшие черное» старались выделиться. Я в своём костюме «сараримэна» был как черная ворона среди толпы радужных павлинов.

Покинув первым и единственным комнату отдыха, я отправился на куда более сложный бой с непредставимым по меркам турнира Ямикен противником. Меня ждал Горо Кирью, собирающийся ворчать, ругаться, негодовать, возмущаться, изливать свою скорбь недостойным потомкам…

По крайней мере, я так ожидал, но ошибся. Вместо ворчливого медведя, ужасающегося неотесанной бездуховной молодежи, меня встретил пребывающий в настоящей ярости Горо Кирью, Кулак Грома, стоящий на пороге своего додзё.

— Решили сговориться за моей спиной, тупые мальчишки⁈ — грохотнул он на всю округу, привлекая внимание учеников, — Подзаработать деньжат, да⁈ На крови?!!

От такого театрального выступления я и сам, в кои то веки начал раздражаться. Дед позвал меня, и я пришёл, хотя сам завален прорвой дел. Он меня не учил, не наставлял, и не имеет права решать, что и как мне делать. Хуже того, ему плевать на причины, из-за которых я вышел на турнир.

— Никто не сговаривался за твоей спиной, оджи-сама, — формально, с поклоном, ответил я, встав перед разгневанным мастером додзё, — Никто о ней даже не думал. Даже не собирался.

На это Горо лишь дёрнул бровью. Не оскорбление, но ответ грубый и резкий, в переводе на западный манер значит, что он полез не в своё дело. Услышать такое от шестнадцатилетнего внука при своих учениках, уже собравшихся вокруг… неприятно, как минимум.

Но у него был готов ответ.

— Что же, тогда я отвечу той же монетой, Акира Кирью, — скрежетнул старик, — Я вызываю тебя на бой. Сейчас.

— Отказываюсь, — тут же бросил я, разворачиваясь, чтобы уйти.

Поздно. За моей спиной обнаружился Химэдзима Джотаро, старший ученик Джигокукен.

— Вызываю тебя на бой, Акира Кирью, — спокойно проговорил он, складывая руки на груди, — Без Ки.

Ловушка. Её цель — нанести мне достаточно повреждений, чтобы я снялся с турнира. Просто, эффективно, доступно. Очень в духе деда, если так рассудить. Отказаться я могу, но вот репутационные потери от двух отказов подряд — будут огромны. К тому же, я не хочу отказываться.

Разозлили.

— Принимаю вызов, — цежу я, — Здесь или на арене?

— На арене, — коротко кивает мне Джотаро, — Идём.

И мы идём на дуэльную арену додзё Джигокукен, занимая каждый своё место. Горо и ученики, идущие за нашими спинами, хранят молчание. Это вызывает благодарность, потому что я бы не хотел растравлять себя еще сильнее. Эмоции несут куда больше вреда, чем пользы.

— Покажи мне, чему ты научился, — произносит Джотаро. Высокий, крепкий, с мощными конечностями, чьи мышцы набиты тренировками и спаррингами. Он очень силен даже для своего возрастной группы, что уже говорить о моей.

Шансы его победить, не получив особых повреждений… не так уж и велики. Но есть одно «но».

— Взаимно, Химэдзима-сан, — говорю я, вставая в стойку, напоминающую одну из «мусорных» стоек Огавазы, — Покажи мне, чему ты научился еще…

Бой начинается. Драка с практиком Джигокукен крайне неудобна, она напоминает сражение с бронированным зверем. На тебя двигается настороженная, малоуязвимая туша танка, «постреливающая» слабыми проверочными ударами. Она готова ждать, она готова терпеть, она никуда не спешит, но в любой момент готова выдать пушечные удары руками и ногами, смять и свалить противника, даже боднуть. Уязвимых мест нет.

Но их можно создать.

Джотаро, даже будучи уверенным в своем превосходстве, начинает двигаться так, как и пристало старшему ученику, боком подбираясь ко мне. В этот момент я его удивляю, рванув вперед и напоровшись на первый же проверочный удар, но сумев вцепиться пальцами в бицепс левой руки и шею Химэдзимы, чтобы затем выполнить неуклюжий, но бросок через плечо.

…совершенно бесполезный, если судить по гомону учеников. Джотаро легко перекатывается по полу ринга, плавно и резко поднимаясь на ноги, чтобы встретить надвигающегося меня. Мы даже обмениваемся парой ударов, прощупывающих и отпугивающих, перед тем как до Химэдзимы что-то доходит. Он меняется в лице, резко отпрыгивая назад, а затем, схватившись за рукав своего кимоно, отрывает его. Человеку крайне интересно, что под ним, в месте, где я схватил его за руку.

Там четыре кровавых отметки, хотя я бы на его месте сильнее беспокоился о куда более глубокой пятой, с внутренней стороны плеча, там, куда пришёлся мой большой палец. Он и нанес основные повреждения, глубоко продавив плоть.

Разучивая одно и то же, спаррингуя раз за разом, становишься рабом своей школы, рабом привычки. Каким бы отточенным стиль твоего боя не был, если его уже увидели и проанализировали — шансы на победу могут резко упасть. В зверя, находящегося в клетке, легко попасть копьем. А я видел немало тренировок и дуэлей учеников Джигокукен.

Правда, это далеко не конец. Полапав под шум зрителей себя за руку и за шею, Химэдзима принимает правильное решение, затратив на всё про всё не более двух секунд — он бросается в атаку, проявляя истинную суть школы.

Философия настоящего «Адского кулака» Горо Кирью чрезвычайно проста — напор. Мощное тело, способное на размен ударами, мощные «выстрелы», способные сломать почти любого противника, или, как минимум, «пробить» его броню. Атака в чистом виде, особо опасная в ограниченных пространствах, таких, как эта арена. К тому же, Джотаро торопится, пока его поврежденные мышцы не начали воспаляться, понижая его боеспособность.

Остановить летящую на меня массу мышц и костей было невозможно, а бегать от плюнувшего на защиту Химэдзимы по ограниченному пространству арены было бессмысленно, поэтому я рванул навстречу, слегка удивив противника. Тот, впрочем, тут же нанес довольно мощный удар ногой понизу, но промахнулся, я вовремя прыгнул Джотаро прямо на грудь, вцепляясь в кимоно. Недавно зажившие ребра тут же заболели от пары неакцентированных ударов, но те были слишком слабы — я уже тянул старшего ученика додзё на себя, проваливая нас обоих в бросок. Через пару секунд тяжелое тело Джотаро лениво перелетело меня, чтобы грохнуться на песок.