Коварный супруг (ЛП) - Маура Катарина - Страница 37

— Как ты меня назвала?

Он умоляюще смотрит на меня, и я понимаю, что в этот момент есть только я и он. Никаких притворств, никаких игр. Я касаюсь его лица большим пальцем, проводя им по нижней губе.

— Мой муж, — повторяю я, и мой голос дрожит. — Разве ты им не являешься?

Он делает дрожащий вдох и опускает свой лоб на мой, его глаза на мгновение закрываются, прежде чем он наклоняет голову и целует меня. Этот поцелуй отличается от предыдущих — он медленный, намеренный, как будто его тело пытается передать какое-то скрытое послание.

Когда он опускается на колени между моих ног и тянется к юбке, я не сопротивляюсь. Его дыхание сбивается, когда я приподнимаю бедра для него, и через несколько секунд я лежу в его постели обнаженная. Я никогда не думала, что окажусь здесь — замужем за Ксавьером Кингстоном и отчаянно нуждаюсь в нем, но ничто и никогда не ощущалось так правильно.

Я тянусь к его брюкам, и он стонет, когда я расстегиваю их, а мои руки дрожат от предвкушения. Он приподнимается на колени, когда я спускаю с него брюки, его темные глаза полны желания и неверия.

— А как насчет этого? — спрашивает он, кладя мою руку на пояс своих трусов-боксеров. Я колеблюсь, и он улыбается мне, в его глазах нет ни намека на осуждение. — Сними их для меня, детка.

Я делаю то, что мне велено, и раздеваю мужа.

— Такая послушная, — говорит он, помогая мне полностью снять с него брюки и боксеры. Я прикусываю губу, когда он хватает мою руку и обхватывает ею свой член, а его ладонь накрывает мою. — Ты такая хорошая девочка, — говорит он мне, и мои щеки мгновенно вспыхивают. — Почему ты не можешь всегда быть такой хорошей?

Он двигает моей рукой взад-вперед, а я наблюдаю за ним, и желание зарождается у меня между ног. Ксавьер сам двигает моей рукой, но очевидно, что он находится в моей власти. Он смотрит на меня так, будто я богиня, а он — мой преданный поклонник.

— Если бы я была такой, твоя жизнь была бы слишком скучной.

Он отпускает мою руку, но я продолжаю свои движения, зарабатывая восхищенное выражение лица, когда он начинает ласкать мои соски, и от его движений мой позвоночник выгибается.

— Но, возможно, у меня осталась бы хоть капля здравомыслия.

— Ты мне нравишься таким, какой ты есть, — говорю я, не задумываясь.

Глаза Ксавьера расширяются, и он смотрит на меня так, будто хочет мне поверить, но не может. Он наклоняется ко мне, накрывая мое тело своим.

— Неужели? — шепчет он, прижимаясь губами к моим.

Я запускаю руки в его волосы и наклоняю лицо в безмолвной мольбе о поцелуе, которую он тут же выполняет. Я стону, когда чувствую, как его член прижимается ко мне, и непроизвольно начинаю двигать бедрами, желая, чтобы он был ближе. Ксавьер стонет мне в губы, его рука тянется между нами, чтобы прижаться ко мне.

— Скажи мне, что ты этого хочешь, — говорит он, прижимаясь лбом к моему. — Если ты хочешь, чтобы я остановился, мне нужно, чтобы ты четко сказала мне об этом.

Я слегка наклоняю лицо, и он немного отстраняется, чтобы посмотреть на меня.

— Не останавливайся, — говорю я мужу. — Я хочу тебя, Ксавьер.

— Боже, ты даже не представляешь, как долго я ждал, чтобы услышать от тебя эти слова.

Моя голова откидывается назад, когда он начинает скользить по мне, кончик толкается внутрь с каждым движением. Это сумасшедший ритм, и то, как он трется о мой клитор при каждом неглубоком толчке, отвлекает меня от того факта, что то, как он растягивает меня, кажется немного неудобным, хотя он едва находится внутри меня.

Ксавьер целует меня, его язык переплетается с моим, его движения наполнены едва сдерживаемым желанием.

— Как это ощущается? — спрашивает он, проталкиваясь в меня чуть дальше.

Я хнычу, не желая признаваться, что не могу этого вынести. Я не хочу, чтобы он знал, что я неопытна и что мне немного страшно.

— Хорошо, — говорю я ему.

Ксавьер отстраняется и смотрит на меня, его взгляд ищет. Он целует меня в лоб, прежде чем оттолкнуться от меня, и я напрягаюсь, но он ободряюще улыбается, опускаясь на колени между моих ног и беря меня за бедра.

— Моя маленькая сладкая лгунья, — шепчет он, приподнимая мои бедра и проталкивая в меня кончик своего члена, оставляя его на месте, а его рука движется между моих ног, неторопливо поглаживая мой клитор, наши глаза фиксируются. — Я не причиню тебе вреда, Сиерра. Только если смогу помочь.

У меня перехватывает дыхание, когда он вводит еще немного, его большой палец ласкает мой клитор так, что это должно быть преступно. Его движения медленны, но целенаправленны, его глаза вбирают каждое изменение в моем выражении, в то время как он снова медленно наращивает мой оргазм, его бедра слегка покачиваются вперед-назад — как раз достаточно, чтобы медленно продвигаться дальше в меня.

— Я... я так близко, — хнычу я.

Он усмехается, его прикосновения становятся грубее.

— Тогда кончи для меня, моя прекрасная жена. Дай мне услышать тебя.

Мой позвоночник выгибается дугой, когда оргазм, еще более сильный, чем предыдущий, прокатывается через меня, а его имя звучит на моих губах.

— Хорошая девочка, — шепчет он, выглядя довольным и гордым. — Ты можешь быть такой хорошей девочкой, когда захочешь.

Он почти полностью выходит из меня, а затем входит наполовину, и я стону, откинув голову назад, а мои мышцы напрягаются вокруг него. Это слишком сильно, слишком глубоко.

— Ксав, — умоляю я. — Я не могу.

— Можешь, — обещает он, возвращая большой палец на мой клитор. — Ты можешь взять всего меня, детка. Ты создана для меня, Сиерра.

Я тянусь к нему, моя рука обхватывает его шею, и я притягиваю его ближе, нуждаясь в его губах на своих. Он дает мне то, что я хочу, медленно целует меня, продолжая неглубоко входить в меня, вытаскивая почти до конца, прежде чем войти в меня, каждый раз погружаясь в меня чуть глубже.

— Ты делаешь это так хорошо, — обещает он, его слова — тихий шепот между поцелуями. — Уже почти, детка.

Его лоб опускается на мой, когда он отстраняется и входит в меня до конца.

— Блять. Сиерра, — стонет он в бреду. То, как он произносит мое имя, делает дискомфорт терпимым, и я крепко обнимаю его, мои руки блуждают по его спине.

Он прижимается носом к моему, раз, два.

— Ты в порядке? — спрашивает он, его тон наполнен нежностью.

— Да, — шепчу я. Я думала, что он начнет двигаться мгновенно, и он даже не представляет, как я благодарна ему за то, что он дает мне несколько мгновений, чтобы привыкнуть к ощущению его внутри меня. Я никогда не чувствовала себя такой растянутой, и это не больно, но и не так приятно, как всегда описывается в моих романтических романах.

Ксавьер опирается на свое предплечье, его глаза смотрят в мои, когда он тянется между нами и прижимает свои пальцы к моему клитору.

— Можешь дать мне еще один, детка? Просто сосредоточься на моих пальцах.

— Я не могу, — бормочу я, чувствуя себя настолько чувствительной, что едва могу это выдержать.

— Можешь, — говорит он, зажав мой клитор между двумя пальцами и нежно поглаживая взад-вперед. Непрямые прикосновения приводят меня в бешенство, и он ухмыляется, когда я начинаю покачивать бедрами, наслаждаясь тем, как он чувствуется внутри меня. Каждое мое движение только усиливает мое желание, и то, как Ксавьер наблюдает за мной, не помогает. Он смотрит на меня так, будто я самое сексуальное, что он когда-либо видел, будто не существует ничего, кроме меня и его.

— Вот так, — шепчет он, когда я начинаю бессвязно стонать, и его взгляд разгорается. — Это моя девочка.

— Ксавьер, — стону я, ошеломленная тем, что он заставил меня почувствовать. Я не могу мыслить здраво, мои мысли затуманены желанием, его желанием.

— Кончи для меня, детка, — требует он. — Кончи для своего мужа, Сиерра.

Он толкает меня к краю, и в тот момент, когда я кончаю, он отступает почти на всю длину, прежде чем снова полностью войти в меня. На этот раз мне не больно, и он усмехается, когда я стону, обхватив его бедра ногами.