Бойфренд для Цесаревны (СИ) - Ростов Олег - Страница 76

Ольга закрыла глаза, представляя себе это. На её губах была блаженная улыбка. Так она зависала некоторое время, пока я не нагнулся к её ушку и прошептал:

— Лёль, ты не выпадай из реальности. — Она открыла глаза, тяжко вздохнула.

— Андрюша, ну почему ты такой?

— Какой?

— Вредный. Мог бы помолчать. Я себе представила, как улетела туда всей своей душой, в этот рай.

— Лёль, мы рождены чтоб сказку сделать былью. Что тебе мешает? Во плоти в реальность свою мечту!

— Как?

— Мы здесь уже четвёртые сутки сидим. Пора двигаться дальше.

— Андрюш, но я ещё не со всем разобралась.

— А тебе надо разбираться? А для чего тебе Отдельный Корпус Жандармов? Для чего тебе военная разведка? Пусть работают и делают своё дело, Оля.

Цесаревна встала, прошлась по комнате. Взглянула на меня.

— Наверное, Андрей ты прав. Тогда завтра, утром мы выезжаем.

— Я могу это сказать остальным?

— Да. И правда, пусть каждый делает своё дело.

— Вот и договорились, душа моя.

Спать легли опять, она в пижаме, я в трико. Но грудь была обнажённой. Оля положила голову мне на грудь. Начала гладить меня. Я взял её голову в ладоши, подтянул к себе.

— Оль, — начал, глядя ей в глаза., — я люблю тебя, девочка моя.

— Я знаю, Андрюша. — Ответила Цесаревна. Поглаживая её, думал, правильно ли я делаю??? Дед, конечно, тот ещё делавар, но… Провёл рукой по её ногам и по попе. На попе задержался, Сжал ладонь. Она улыбнулась. Начала меня целовать… Возбуждение нарастало во мне, как набегающая волна. Я тоже её целовал. Потом перевернул на спину. Ольга лежала передо мной, раскинув руки и полностью доверившись мне. А я продолжал целовать её. Сместился ниже её лица, расстегнул на ней пижамную рубашку. Под ней лифчика не было. Я это и так знал. Раскрыл рубашку и смотрел на её юную грудь с розовыми сосками. Небольшая, упругая, но такая сладкая. Целовал её, сосал. Ольга стала стонать, даже чуть выгибаться.

— Андрей, ещё хочу…

Стащил с неё пижамные штаны. Перед моими глазами оказались её девичьи трусики. Их тоже стащил. Теперь она была передо мной полностью раскрытой. Припал губами к её животу. Целовал его. Сместился ниже. К её девственной… Она стонала, дергалась, когда я ласкал её лоно. Сжимала руками мою голову, прижимая меня к себе.

Я оторвался от её. Её лепестки были влажными, раскрытыми, и жаждали меня. Я спокойно скинул трико и трусы. Продолжал гладить её изумительное тело. Целовал и ласкал соски её грудей. Глаза Ольги были закрыты. Она пребывала в нирване. Ноги расставила. Я их развёл ещё больше. Она ни слова против не сказала. Только вцепилась мне в плечи. Взял свой прибор в руки… Я уже не мог терпеть. Моё естество коснулась её лона. Блин, я чуть не кончил от перенапряжения. Остановился. Глаза Цесаревны раскрылись.

— Андрей, что с тобой? Пожалуйста, не мучь меня. Хочешь меня взять, возьми. Я люблю тебя, я хочу отдать себя любимому мужчине. Давай.

В последний момент я завис.

— Лёль, — я дышал, как паровоз, — прости меня. Я тебя тоже очень люблю. Тебе сейчас будет немножко больно, потом нормально. Если сейчас скажешь остановись, остановлюсь.

— Не надо. Я хочу стать женщиной. Хочу чувствовать тебя в себе. Прошу, умоляю, Андрей…

Я приставил свой возбуждённый член к её лону и надавил. Толчок, она вздрогнула и только сильнее вцепилась в мои плечи. Я видел её глаза, с расширенными зрачками. Ещё толчок, она опять вздрогнула. Я замер. Начал целовать её.

— Тебе больно, Олюшка? — Хрипло прошептал ей, нависая над девушкой.

— Мне хорошо. Боль ничто, когда терпишь её от любимого мужчины. Продолжай, Андрюша, не останавливаясь…

А потом Ольга закричала. В её стоне, крике было столько счастья и наслаждения… Она сжимала меня в своих объятиях. Неистово целовала. Прижималась, гладила… Я старался не терять голову, хотя это было нелегко. Сам не знаю почему, но такого я не испытывал ни с кем. Хотя Оля была не опытной ещё. Это была её первая ночь с мужчиной. Но, наверное, такое испытываешь именно с любимой женщиной, которую любишь истово, а не просто получить секс.

Я навалился на неё. Обнял, прижимая к себе.

— Олечка, запомни, я всегда буду любить только тебя. Никого больше. И если кто-то, что-то про меня скажет, не верь. Верь только тому, что увидишь в моих глазах.

Она обхватила меня руками за шею, ногами за поясницу.

— Да, любимый, я буду верить только твоим глазам. Так как уста иногда говорят не правду. А глаза никогда не врут…

Вот так мы с Ольгой стали близки, нарушив всё, что только можно было. Все запреты и обещания. Жалел ли я? Нет. Не жалел. Прижимая её к себе, я ни о чём не жалел. Она моя и ничья больше. Убью за неё любого…

— Андрюша, — проговорила Ольга, лаская меня по груди, — теперь я женщина. Твоя женщина, а ты мой мужчина?

— Именно так. Оля, ты моя, запомни это. Если вдруг тебя опять захотят отдать кому-то там, я его грохну. Ты моя жена поняла?

— Поняла. Я твоя жена. Ты мой муж. Андрей, я так счастлива, ты даже себе не представляешь.

— Лёль, скажи мне. Как я должен попросить руки у твоих родителей? Что я должен делать и как себя вести?

Она тихо засмеялась, уткнувшись мне в плечо…

Глава 20

Батюшка Дон!

Глава 20

— Андрей, давай будем об этом думать, когда вернёмся в Москву? — Сказала Ольга, рисуя пальчиком какой-то узор у меня на груди. — А сейчас просто отдыхать и наслаждаться ездой.

— Ладно, как скажешь. Тогда утром мы уедем? Надоело здесь торчать.

— Уедем. Позавтракаем и в путь… Андрей, поцелуй меня.

Я усмехнулся, глядя на неё. Взял её личико в ладони и поцеловал. Долгий поцелуй. Естественно, я возбудился вновь. Навалился на Ольгу. Она вцепилась в мои плечи. Старался брать её нежно. Видел, как она закусила нижнюю губу. Глаза закрыты. Пальчики стиснула на моих плечах. Вздрагивала от моих толчков. Наверное, ей было, по началу, не совсем комфортно, но постепенно мои поцелуи, ласки и мои движения в ней, стали возбуждать её. Она уже сама меня целовала, обхватила мою шею. Стала поддаваться бедрами мне на встречу…

Потом лежали с ней утомлённые и удовлетворённые.

— Я тебе там не сильно натёр?

Она улыбнулась.

— Есть немного. Всё же я была ещё девушка.

— Тогда сделаем перерыв.

— Нет. — Сразу подскочила она. — Андрей, не надо никакого перерыва. Мне так хорошо с тобой. Всё нормально.

— Оля, надо сделать перерыв. Несколько дней… Ну ладно, хорошо, два дня хотя бы.

— Ладно. Два дня, но не больше.

— Давай спать, Цесаревна, Ольга Николаевна…

Утром встал раньше неё. Она ещё спала. М-да, простынь уделали. Палево страшное. Но уже поздно было что-то делать. Пошёл в душ. Пока принимал его, прибежала Ольга.

— Андрей, почему меня не позвал?

— Во-первых, Ваше Высочество, доброе утро.

— Ой, прости. Доброе, Андрюша…

— Во-вторых, ты так сладко спала, что я не рискнул нарушать твой сон. Уверен, он был о чём-то хорошем, так как ты улыбалась.

— Да, очень хороший. Мне снился ты. Но стоило тебе уйти из постели, как сон сразу пропал.

— Ну что же, тогда залезай ко мне. Тебе и правда надо тоже принять душ. — Ольгу упрашивать не надо было. Мало того, я ещё не успел закончить фразу, как она стояла рядом со мной. — Оль, что с простынёй делать будем?

— Мы её заберём и сожжём где-нибудь. Чтобы следов преступления не осталось. Как тебе мой план?

— Замечательный план, по сокрытию следов преступления. В мафии не пробовала себя?

— Нет. Ты думаешь у меня бы получилось?

— Я даже не сомневаюсь. — Мы оба засмеялись.

После душа созвонились с остальными. Встретились в кафе. Позавтракали. Ольга была весела. Смеялась над шутками. Она словно светилась вся. Фридрих с Павлом посмотрели на меня вопросительно. Я пожал плечами. Зоя с Настей усмехнулись. Перед тем как уезжать, зашёл в номер к Берестину.

— Алексей Николаевич, мы уезжаем. Здесь сами разбирайтесь. Всё, что от нас нужно было, мы сделали.