Паладин. Свет и Скверна IV (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 15

— Здравствуйте, мудрейший, — прислонил он кулак к раскрытой ладони у груди и поклонился. Люди рядом с нами бросили взгляды и сделали вид, что не подслушивали.

— Выпрямись, Тадао, — отмахнулся я, рассматривая, что взять со стола. Выбор пал между какой-то закуской из осьминога и рыбой в кляре.

Если он и удивился, что я знаю его имя, то не придал этому значению. Скорее всего списал на тот образ, который монахи и жрецы составили обо мне.

— Ты что-то хотел? — скосил я на Архимага взгляд.

— Да, мудрейший.

И замолчал. Стоит, разглядывает и молчит. За все проведённые время в Японии я понял одну простую вещь: хорошо, что моё перерождение произошло в Российской Империи. Там люди больше схожи с теми, что встречались мне в других мирах. Нет, японцы тоже нормальные, но немного чудаковатые.

— И что же ты хотел?

— Учиться у вас, мудрейший, — вновь поклонился он. — Пусть я прожил половину отпущенного мне времени, но ещё слишком юн. Вам известны тайны Вселенной, её секреты. Прошу вас, научите меня!

Как там Света делала? Ах, да, вспомнил.

Я хлопнул себя по лбу ладонью и покачал головой. То Симонова учить пришлось, точнее переучивать, то Дарья просила о личных тренировках. Теперь вот, Архимаг заявился и хочет чего-то.

— Зачем это тебе мне понятно, — решил я кое-что узнать. — А зачем это мне?

— Я отринул всё мирское. Отринул путь крови и смерти, став монахом, — пустился Тадао в объяснения. — Но по воле богини и с разрешения настоятеля храма я могу отправиться в паломничество. Познать ваш опыт и…

— Сражаться за меня, — понял я к чему он клонит. — Знания в обмен на твою силу?

— В обмен на мудрость, — поправил меня японец. — Мне неведома ваша цель, но я почувствовал ваш дух и ваш свет, которым вы благословили принцессу Айко и царевича Святослава. Я видел ваш истинный лик, пусть взор мой и затуманен.

И этот туда же. Смог каким-то образом рассмотреть мою душу и теперь прицепился, как клещ.

— Отказ ты не примешь, да?

— Я уже купил билет на самолёт, дата выбрана на время вашего отъезда, — приподнялись уголки его губ.

— Будешь отбивать пороги моего поместья?

— Жизнь монаха — сплошь лишения и трудности на пути к мудрости, — пожал он плечами.

Я хмыкнул и хотел было уже дать свой ответ, но мои инстинкты буквально взорвались предупреждением опасности! Ведь дворец содрогнулся, а затем я увидел, как стена и панорамные окна сбоку от меня просто перестали существовать…

Глава 8

— Я-я… больше не могу…

Выбившись из сил, Айко покачнулась. Принцесса дрожала, была бледна и едва переставляла ноги после изнурительного бега.

— Обопрись на меня, — крутил головой Святослав, подставив плечо своей супруге. — Я тебя потащу.

Пока эта парочка птенцов приходили в себя, я выглянул из-за угла жилого дома и осмотрелся. Весь город гудел ещё громче, чем в ночь нападения у клуба «Матадаре». Полыхали в пожаре кварталы, бегали в панике люди, а военные и гвардии благородных заполонили улицы.

Нападение на дворец императора было стремительным. И жестоким. Мэйдзи погиб в первые же секунды, по нему ударили сразу пятеро Архимагов, буквально расщепив японского императора в кровавую пыль. Больше половины гостей в банкетом зале лишились своих жизней после, а другая либо была заодно с нападавшими и тоже убивала, либо убегала.

Дерзкий, наглый и очень действенный ход. Оппозиция не стала медлить. Не стала ждать. Пусть они лишились поддержки клана Минамото и должны были ослабнуть, но на деле всё было иначе. Сильно иначе, ведь Мэйдзи убили отнюдь не Архимаги Японии. Не его политические, внутренние враги. А враги внешние, соседствующие неподалёку и являющиеся китайцами.

— Чисто, — сухо сказал я, анализируя обстановку. Разум перестроился в боевой режим, как если бы я находился на вражеской территории. — Айко, ты готова?

— Да, мудрейший… — вздохнула дева, которая за время побега из дворца успела разбить ноги в кровь и порвать своё кимоно.

Я кивнул и махнул рукой. Мы передвигались короткими перебежками, стараясь держаться в слепой зоне камер улиц, а также не попадаться на глаза военным и гвардейцам аристократов. Кто из них враг — неизвестно. Оппозиция и китайцы, что её поддерживают, слишком глубоко пустили корни. Мэйдзи идиот, раз позволил подобной заразе расползтись по его империи. Армия и лояльные рода, на которые он так уповал, раскололись. Я видел, как те же бойцы в униформе армейцев расстреливали союзников императора, а их офицеры убивали глав родов и кланов, что пытались сбежать из дворца.

Нам чудом удалось покинуть разрушенный дворец. Первым делом, когда начался хаос, а император погиб, я вытащил Святослава. Буквально за шкирку, как щенка, попутно уничтожив группы китайцев. Потом нашли Айко в её покоях, откуда её хотели забрать нелояльные соотечественники. Там же они и полегли, а принцесса теперь с нами.

Бросить их я не мог по одной простой причине — благословение Света. Я взял ответственность за этих молодых, а значит обязан приложить все силы, чтобы они выжили. Что же касательно остальной делегации Российской Империи, то тут информации у меня не было. Я лишь видел, что Кутузов вступил в бой, но на этом всё.

Путь наш лежал в сторону порта. Это был единственно верный шанс покинуть Токио, а затем и Японию. Кратчайший путь — Сахалин, а уже оттуда эвакуация. Аэропорт даже не рассматривал, его должны были блокировать. Как и выезды из города по суше. Да и собственно, куда тут по суше бежать? Япония — сплошь острова.

Разумеется, в порту тоже должны быть враги. Это также понятно, как ясный день. Будь я на месте предателей, продавшихся врагу, то устроил бы полную блокаду городу.

Мы занырнули в тёмный переулок ровно в тот момент, когда до слуха, сквозь выстрелы, крики паники, хаоса и сражений, зазвучал громкий звук тяжёлой техники. Я увидел идущих по улице армейцев, которых прикрывали БТР-ы и парочка танков.

— Август, куда дальше? — шепотом спросил царевич.

Я поднял ладонь, призывая его замолчать и слушал. Мои инстинкты работали на пределах и я старался ориентироваться на них, ведь те никогда не подводили.

— Никуда, мы в окружении, — сухо ответил спустя несколько секунд. — Отряд впереди не двигается, скоро к нам зайдут в спину те, что позади. Помоги жене спрятаться в этот ящик.

— Но… это мусорный бак! — возмутилась дева.

— Лучше так, чем никак, — был мой лаконичный ответ.

Чуть ли не плача, дочь погибшего императора всё же залезла в чёрный, проржавевший бак. Вонь в переулке витала знатная, хотя Япония и очень чистая страна, но выбирать не приходилось. Святослав залез вслед за ней и не возмущался.

Я спрятался за бортом бака и замер, словно слившись с ним. Закрыл глаза и стал вслушиваться в окружающие звуки, вычленяя нужные.

Отряд подошёл спустя несколько минут. Танки кряхтели, источали из труб выхлопные газы, а японцы переговаривались, но слов их разобрать не получалось. Мешал общий звуковой фон.

— Принцесса и русские должны пройти здесь! — а вот этот крик я услышал отчётливо. — Проверьте тут всё!

Послышался отчётливый всплеск воды и мат. Кто-то из солдат наступил в грязную лужу у входа в переулок, которая сыграла неплохую роль сигнального артефакта.

Я открыл глаза, чуть опустил руку к колену и завёл её за спину. Вспыхнуло пламя Скверны в ладони, принявшее форму кинжала. Тусклого, дабы в темноте было незаметно.

Трое. Именно столько японцев практически подошли к мусорному баку и стали осматриваться. Их диалог о том, что теперь всё измениться, Япония станет сильной и прочий бред из разряда предательских лозунгов я не слушал. Не будь со мной Айко и Святослава, то я бы уже прикончил их всех. Но слишком велик риск. Пуля — дура, как говорил Фёдор и это выражение очень подходило. Хватит одного снаряда танка, чтобы дети погибли.

— Проверь вон тот бак!

Я чертыхнулся про себя и приготовился. Местоположение каждого из этой тройки уже известно. Мне хватит двух секунд, чтобы убить их, но потом пойдёт черёд случайностей и останется лишь уповать на Свет.