Паладин. Свет и Скверна IV (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 14

— Но почему сейчас? Ты же мог подождать ещё, ну… для того, зачем ждал до этого.

— Скажем так, — задумался Август. — Твой брак с Айко и союз Японии с Российской Империей я посчитал важным событием. Моё решение попросить Свет благословить вас было спонтанным, порывом души, но теперь я понимаю — так было нужно. Ты многого не знаешь, Святослав. Многого не понимаешь и не осознаешь. Ваш мир — лишь часть Вселенной. Один из тысячи тысяч других миров. И в этих мирах идёт война.

Брови царевича от подобного откровения взлетели на лоб. Слишком немыслимой казались слова капеллана Ордена Паладинов. Слишком они звучали сюрреалистично. Космическая программа Российской Империи продвигалась убойными темпами. Ещё десяток лет и человек смог бы полететь в космос, но… теперь всё это казалось Святославу какой-то игрой в песочнице. Вот, прямо перед ним сидел пришелец из другого мира, и он точно не прилетел на корабле.

— Какая война? — задал главный из вопросов юноша.

— Бесконечная, — вздохнул Август. Почему-то Святослав отчётливо понял, что старцу перед ним отнюдь не легче объяснять, чем самому царевичу его понять. — Человечество и множество других рас живут в мирах Многомерной Вселенной и борются с угрозами, что приходят извне. Та реальность, которую ты видел — это чертоги Света. Силы, что на стороне добра, как Кодекс и остальные, кто не оставил человечество. Им же противостоят Тень, Инферно, Скверна, Тёмные Боги всех мастей. Повторю: ваш мир лишь один из многих, он ещё молодой, защищаемый Хранителем, а потому вы не познали всех бед этой войны. Но однажды она придёт к вам на порог. Точнее, уже пришла.

Август вытянул руку и на его ладони возник тёмно-зелёный огонёк. Пламя причудливо переливалось и словно танцевало, притягивая взгляд.

— То, что ты видишь, именуется Скверной.

— Александр Петрович говорил, что ты называешь тёмную энергию так, отец заверил это название и утвердил, — поражённо взирая на то, как медленно затухал огонёк, произнёс царевич. — Значит, ты его не просто выдумал… Но если ты говоришь, что эта энергия зло, то…

— Почему я ею обладаю? — понял я его Август и скривился. — Тут всё сложно. Возможно, когда-нибудь я расскажу, но пока оно тебе не нужно. Важно то, что Скверна пришла в ваш мир. Она уже здесь. Все ваши Пятна, Зоны и Эпицентры это её рук дело. И лишь вопрос времени, когда Скверна захватит ваш мир полностью. Уничтожит его, поглотит, и превратит в один из сотен других мёртвых миров. Там не будет света, не будет воздуха и жизни. Лишь смерть, опустошение, и ожившие мертвые твари, что служат Скверне.

Святослав представил, как это должно выглядеть и его пробрала дрожь. Это не просто апокалипсис, книги про который он иногда почитывал, а самый настоящий и бесповоротный конец света.

— Почему ты рассказываешь это мне? Я всего лишь царевич! Тебе нужно было рассказать это отцу! Он бы придумал что-нибудь!

— Он бы не поверил, — фыркнул капеллан. — И ты бы тоже не поверил, если бы не увидел. Я не могу показать чертоги Света любому человеку по своему желанию. Для этого должна быть причина. Веская, вызвавшая бы одобрение у Света. Ваша свадьба с Айко входила в эту категорию. Свет не только защищает, но и трепетно относится, когда две души избирают друг друга. Будь ваша связь с принцессой пустышкой, а чувства, пусть вы и встретились лишь в день помолвки, фальшивы, то ничего бы не вышло. Это была одна из проверок. Вы её прошли и Свет ответил. Да и сам подумай, вспомни свои ощущения и чувства, а затем ответь: Смог бы твой отец пройти проверку?

Перед глазами царевича вновь промелькнуло всё то, о чём говорил Август, и он дал чёткий ответ:

— Нет… Не смог бы…

— О чём и речь, — коротко кивнул Август. — Я понимаю, что тебе тяжело принять всё то, что на тебя вывалилось. Ты ещё юн, но в отличии от других перед тобой открылись тайны Вселенной. Ты узнал не только мою тайну, но и получил частичку Света в собственную душу. И поверь мне — это высшая честь. Свет и Кодекс редко обращают свое внимание на обычных людей, но тебя и твою будущую жену избрала сила, перед которой дрожат Тёмные Боги и твари, что служат им.

— Но у всего есть своя цена, ведь так? — покачал головой царевич.

— Отнюдь, — удивил его своим ответом капеллан. Как это нет никакой расплаты? Разве так вообще можно? — Ты можешь просто жить, править в будущем и греть трон дворца. Но ровно до того времени, пока Скверна не постучится в двери этого самого дворца и не обрушит твой трон. А она сделает это, уж мне можешь поверить. Я видел, как погибали миры, куда она приходила. Я защищал их, проливал собственную кровь и терял братьев, — глаза Паладина вспыхнули светом и настолько праведной яростью, что у Святослава захватило дыхание. — Я сражался со Скверной, Тёмными Богами, демонами Инферно и тварями Тени. Я бился бок о бок с Охотниками, которых считают полу-богами и вершителями судеб. Но даже моих собственных сил и сил моих союзников недостаточно, чтобы сохранить все миры. Скверна тут и в данный момент я единственный, кто осознает всю угрозу и желает её предотвратить.

Глаза того, кого Святослав уже и не считал князем, а нечто большим, даже не совсем человеком, перестали сиять белоснежной энергией. Воцарилась тишина, а царевич не мог вымолвить ни слова. Во рту неожиданно пересохло, а в горле встал тяжёлый ком. Мысли метались и даже перспектива просто исчезнуть, если он когда-нибудь впадёт во тьму, уже не казалось столь ужасной. До этой самой перспективы ещё бы дожить при таких условиях. Но как бы-то ни было, сын императора Российской Империи понял, к чему вёл речь капеллан. Как и понял, почему он открыл свою тайну именно ему и именно сейчас. Проверка пройдена, Святослав заслужил доверие, или хотя бы его отголоски, а потому оказался достоин, чтобы узнать правду.

«Хоть где-то достоин…» — ухмыльнулся он внутренне от собственных мыслей, а затем сжал кулаки, посмотрел в глаза того, кто открыл ему дверь к тайнам Вселенной и решительно спросил:

— Что я должен сделать, чтобы помочь тебе спасти этот мир, капеллан?

Тяжёлый разговор, сложный. Святослав не готов. Вот вообще не готов. Боюсь, юноша может сломаться на пути к цели и не выдержать. Как веса ответственности, так и грядущих событий.

Его решительность пришлась мне по душе. Мальчишка, после благословения Света изменился. Не внешне, но внутри него что-то надломилось, заставило пересмотреть собственную жизнь. Пусть Свет и был готов покарать его в любой момент, если бы юноша упал во тьму, но я знал — он будет оттягивать эту казнь. Это правда, что Свет не даёт второй шанс, но он всегда старается привести душу к добру. Угроза более чем существенна, но Святославу придётся приложить большие усилия, чтобы Свет окончательно уверился в его падении и уничтожил.

Что же касательно нашего разговора, то моя тайна скоро раскрылась бы так и так. Кутузов после помолвки насел на меня с таким остервенением, будто пытался уличить в предательстве Российской Империи. Люди Мэйдзи не далеко от него ушли, но действовали более тонко, пытаясь выведать информацию.

Что-то скоро придётся приоткрыть. Сначала собственным сёстрам, ведь информация до них точно дойдёт, что их брат учудил в том храме. Потом об этом узнают другие, а следом и все те, кому это нужно. Некую секретность я держать и дальше буду, всего не раскрою, но рассказать немного придётся.

В любом случае — первый союзник в грядущих событиях у меня появился. Царевич станет тем звеном, что поможет мне приблизить появление в этом мире Паладинов, которые смогут дать бой Скверне. Изгнать её из этого мира и защитить, чтобы затем отправиться к молодому командору. Я приблизился на ещё один шаг в подготовке кузницы воинов Ордена.

Все эти мысли витали в моей голове, пока я прогуливался вдоль столов банкетного зала дворца Мэйдзи. Народу набралось ещё больше, чем в наш приезд сюда. Монахи и жрецы, высшие чины, аристократы. Много людей, много голосов и разговоров.

Слепой монах тоже был здесь, мы посмотрели друг на друга и кивнули, а затем он продолжил беседовать с Мэйдзи и Кутузовым. И если я хотел вновь находится в одиночестве на этом празднике, то этому не суждено было случиться. В какой-то момент ко мне подошёл Минамото Тадао.