Кодекс Суперзлодея (СИ) - Шилов Сергей Евгеньевич - Страница 14

Ещё утром сюда на трёх машинах приехал Джованни, младший брат Злого Тони и отец мажора, любящего гонки и ежегодно сбивающего одно-двух человек. В этот раз дело оказалось более громким, потому что он сбил насмерть молодожёнов, чего ни СМИ, ни соцсети ему простить уже не могли. К суду, это, понятно, не относилось.

Вот к этим, нагло припаркованным прямо у ступней суда чёрным Мазерати я и иду, выстукивая путь перед собой одним из трёх главных аксессуаров Фемиды. Второй — весы, они бренчат, свешиваясь с пояса, а третий, повязка, просто обязывает меня использовать бутафорский меч как трость слепца.

Вот как Фемида должна была передвигаться с повязкой на глазах? Хорошо, что у меня благодаря ауре, триста шестьдесят градусное зрение… Так, надо замедлиться. Джованни с сыном перехватили журналисты прямо на лестнице. Сейчас охрана их отпихивает, но всё равно они доберутся до машин позже меня, а мне вряд ли спокойно позволят там их подождать.

Упс, кажется, до одного из зевак, что делал селфи на моём фоне, дошёл весь цимес ситуации. Богиня Правосудия идёт навстречу избежавшего правосудия мажору, выкупленного мафией у отнюдь не слепого правосудия.

— Мистер Правосудие, что вы скажете о сегодняшнем решении суда? — подскочил ко мне какой-то блогер с розовой шевелюрой… нет, ещё хуже! Это стример с телефоном, на который он и стримит Джованни, рассекающего журналистов, как ледокол пингвинов.

Немного отворачиваю от него лицо. Под повязкой я ношу белую аурную маску без красных губ. Мой образ ещё не так хорошо известен, чтобы быть узнанным, но стрим может смотреть кто-то из героев, а они мне тут совершенно не нужны. У меня просто гранат на всех не хватит.

Насчёт гранат всё получилось проще, чем я думал. Зашёл вчера в тир, где я пару раз в месяц постреливал для поддержания формы. После убийства зомби-гангстеров я осознал, что стреляю гораздо лучше, чем положено человеку, никогда не бравшего в руки огнестрельное оружие. Сначала грешил на генетическую предрасположенность, а потом, уже в тире, осознал, что просто чувствую мишень аурой. То есть мне даже целиться не надо, достаточно просто пожелать, в какое место мишени мне нужно попасть, потом почувствовать его аурой и можно стрелять без промаха. Ну, насколько позволяет баллистические свойства оружия, конечно.

Когда я зашёл в тир в образе Шутника, то сразу понял, что здесь обо мне слыхом не слыхивали. Ну, понятно, я же так и не попал в журнал суперзлодеев, да и не факт, что Борис, здешний хозяин вообще читает подобные комиксы. К его образу татуированного качка с тонкими очками, скорее подойдёт классическая литература или на худой конец, Blade Runner 2049.

Борис перекрестился, когда я сказал, что Хана передавала ему привет. И даже не очень возражал, когда, обсуждая заказ ящика шоковых гранат за три злокоина, я назвал его Бритвой.

И вот сейчас, когда я раздумываю, разгонит ли мешающую мне толпу журналистов взрыв одной гранаты, ко мне пристаёт розовый блогер, тыча в лицо прикреплённым к телефону микрофоном.

— Этим решением суд показал, — говорю, идя на сближение с сицилийской охраной, оставленной около машин, — что он не только суров, но и справедлив!

Охранники меня, конечно, заметили, но увидев рядом розоволосого и его телефон, явно поняли, что тут готовится либо флешмоб, либо провокация. Особенно если они попробуют остановить нас на работающем стриме. В любом случае мой тупой меч за оружие никто из них не признал, так что наше приближение контролировалось, но лишь краем глаза.

Кстати, меч-то тупой, но не весь. Я наточил лезвие на ладонь от острия с одной стороны. Для одного-двух ударов хватит.

Основное внимание уделяли толпе, которую составляли не только журналисты, но и гораздо более опасные существа — блогеры из геройнета. Воодушевлённые своими кумирами, они боролись со злом, как могли. А могли они снять разоблачительный ролик и просто создать массу неудобств уважаемым людям. Но их крышей выступала Ассоциация героев, а с ней ни одна мафиозная семья Нью-Токио дела иметь не хотела. По крайней мере, из-за такой ерунды.

— Какая же тут справедливость, если убийцу двух человек просто выпустили под залог?

— Вы правы, — киваю я, ускоряя шаг, перестав постукивать мечом по плиткам. Всё равно стука в шуме толпы неслышно, а остриё тупится. — Это не просто справедливость, а ещё и милосердие! Заметьте, суд не приговорил родственников погибших, что они должны возместить ущерб племяннику Злого Тони за то, что попавшие под машину, повредили её.

— Ну это уже было бы чересчур!

— Почему? Это право сильного, по которому живёт наш город. Тони всяко сильнее, чем жертвы его племянника. Поэтому Рафик ни в чём не виноват.

— Но это же неправильно!

— Неправильно? Вы же из геройнета?

— Да, — кивает.

— Получается вы доверяете устанавливать справедливость героям только потому, что они сильны?

— Нет! Потому что они защищают закон и порядок!

— Вот вы сами и ответили на свой вопрос. Для того чтобы привлечь Злого Тони к ответственности, нужен кто-то сильнее его. Тогда-то закон и порядок восторжествуют!

— Но героям запрещено вмешиваться в дела простых людей! Они защищают нас от суперзлодеев!

— Продолжайте мысль. Для того чтобы защитить невинных граждан от мафии, нам нужен кто-то обладающий силой, но не герой. Интересно, кто бы это мог быть?

Стример погрузился в чтение взорвавшегося комментариями экрана телефона.

Телохранители растолкали толпу и почти доставили своего босса с сыном до головной тачки. Пора привлечь их внимание.

— Да здравствует наш европейский суд! — громко кричу я, подняв меч над головой. — Самый гуманный суд в мире!

_________

За картинку Шутника спасибо читателю SoloD.

Глава 7. Поэзия

В десяти метрах от своей машины стоял Джованни, толстый, начавший лысеть мужик, со слегка обрюзгшим лицом, в тёмно-синем костюме из какой-то там коллекции, чья стоимость явно превышала ценность его носителя. Рядом его сын, разглядывать которого было совершенно незачем. И двое дуболомов в одинаковых, но тоже недешёвых костюмах. Есть ещё трое водителей, сидящих в чёрным Мазерати, наверняка какой-то ограниченной серии.

А неплохо здесь идёт бизнес на авантюристах.

О жителях Нью-Токио можно сказать много всего, кроме одного. Идиотов из подтипа зевак-обыкновенных тут было мало. Мало кто из них смог пережить последние шестнадцать лет, не приобретя полезных условных рефлексов. Поэтому инстинкты у всех работали, как у аборигенов, проживающих всю жизнь в джунглях.

Впрочем, наши каменные джунгли отличались от настоящих, гораздо большим количеством монстров. Правда, то же самое, даже в большей степени, относилось и к мафиози. Поэтому, когда пространство между нами неожиданно очистилось, а все журналисты, блогеры и даже стримеры отступили в стороны, впрочем, не прерывая своих трансляций, пара телохранителей насторожилась и выдвинулась вперёд.

Мой план по привлечению внимания жертвы, по которому она сама должна была подойти ко мне на расстояния удара мечом… не то что провалился. Он сработал слишком хорошо. Я привлёк внимание всей толпы, и Джованни, с его давно прогрессирующей нелюбовью к журналистам, явно постарается держаться от меня подальше. Да любой гангстер с полутора извилинами не захочет попасть в один кадр с косплеером богини правосудия.

Придётся использовать план Б. Трофейный пистолет вместо бутафорского меча. Не так патетично, зато дёшево, надёжно и практично.

Сейчас самое время напасть. Однако… это всё-таки будет не артистично. Но и задвигать тут речь о правосудии… интеллект толпы равен интеллекту самого тупого её представителя. А вокруг толпятся стримеры. Короче, меня просто не поймут. Нужно что-то эмоциональное, действующее на чувства, а не на разум. Думаю, подойдёт молитва Тарантино из Криминального чтива. Немного в изменённом виде, чтобы соответствовать контексту ситуации, конечно.

— Путь Правосудия труден, — начинаю я пафосную речь, одновременно распуская ауру для усиления эффекта.