Дракон поверженный - Гамильтон Питер Ф. - Страница 198

– Будем надеяться, что изоляционный слой выдержит эти сумасшедшие пляски.

– Я тоже надеюсь на это. Отлично. РЛС дальнего действия сейчас повышает расход энергии.

В данный момент шесть многофазных антенн, располагавшихся по всей центральной части грузового отсека, освобождались от кожухов. Это были плоские прямоугольные пластины длиной около двадцати метров. Они разместились параллельно корпусу «Корибу» и тут же начали производить замеры хаотического климата, клокотавшего в окружавшем космический корабль пространстве.

«Прайм» незамедлительно принялся переводить передаваемую антеннами информацию в визуальные изображения. Выяснилось, что в сорока трех тысячах километров от корабля, на нижней относительно «Корибу» орбите, находится какой-то объект из твердого вещества, а на расстоянии пятидесяти тысяч километров – еще один. Третий находился еще дальше – на расстоянии семидесяти двух тысяч километров. При помощи радара удалось получить укрупненное изображение первого объекта. Он имел примерно двадцать километров в поперечнике, был почти сферической формы, правда, на двух противоположных краях имелись широкие вогнутые зазубрины. Наиболее плотной структурой отличалась центральная часть объекта.

– Он больше похож на какой-нибудь цветок, чем на настоящего Дракона, – пробормотал Лоренс.

Чуть позже радар засек еще семь подобных объектов примерно в ста пятнадцати тысячах километров от корабля. Их размеры практически не отличались от первого объекта.

– Неужели это Драконы? – Лоренс от волнения даже охрип.

– Похоже, что да, – подтвердил голос незримого арнунского Дракона.

– Их там, должно быть, тысячи, – предположила Дениза.

– Миллионы, – поправил Лоренс.

От этой мысли захватывало дух. Ведь было же когда-то время, когда они даже не подозревали о существовании Драконов. Теперь же перед ними окончательное доказательство того, что люди не одиноки во вселенной и что Империя Кольца действительно когда-то процветала – в те давние времена, когда галактика была еще молода.

Лоренс понял, что его давние мечты сбылись.

Он может вернуться домой!

Главный телескоп «Корибу» совершал круговые движения, чтобы получше взять в фокус первого Дракона. На светящемся красноватом фоне он казался простой черной точкой. Когда аппаратура окончательно засекла его, была обнаружена низкая термоэлектронная эмиссия в нескольких электромагнитных диапазонах.

– Готов? – спросила Дениза с интонацией взрослого, обращающегося к малому ребенку с целью немного приободрить его.

– Готов, – ответил Дракон.

– Тогда поприветствуй своих!

Арнунский Дракон тут же передал первый импульс информации, который затем повторялся с интервалом в полсекунды. Это была простая последовательность математических символов на языке, издавна хранившемся в его памяти.

Альдебаранский Дракон ответил более продолжительным импульсом, причем переводу поддавалась лишь малая его часть. Дениза и Лоренс буквально взревели от восторга и захлопали в ладоши. Лоренс даже чмокнул в щеку Денизу и быстро обнял ее. Затем снова сел и стал внимательно и одновременно взволнованно наблюдать за началом контакта.

Арнунский Дракон начал отправлять подготовленную людьми информацию. Небольшой тезаурус слов и выражений драконьего языка и их английские эквиваленты. После первой порции была отправлена вторая, более полная версия словаря с расширенными взаимосвязанными словарными статьями, образовывавшими некое доступное для понимания целое. За ней последовала синтаксическая структура и коммуникационные протоколы. Вслед за ними ушел небольшой файл энциклопедического характера, в котором сообщалось о людях и человечестве.

Не прошло и трех секунд после отправки последнего импульса, как арнунский Дракон транслировал:

– Добро пожаловать на нашу звезду. Это всегда огромное удовольствие – принимать любого рода информацию.

Лоренс улыбнулся и прошептал Денизе:

– Тест Тьюринга. Даже если он и не испытывает удовольствия, то все равно понимает основной принцип. Это попытка проявить вежливость.

– Спасибо, – ответила Дениза и понимающе кивнула Лоренсу. – Мы счастливы оказаться здесь. Меня зовут Дениза Иборн. У вас есть имя?

– Я – Первый.

На лице Денизы мелькнуло непонимание.

– В этом есть какой-то смысл?

– Я – первый Дракон, с которым вы вступили в контакт. Первый.

– Понятно. – Заметив саркастическую улыбку Лоренса, она слегка покраснела. – Первый, мы привезли вам вашего собрата. У него имеются серьезные повреждения.

Датчики «Корибу» неожиданно зафиксировали поток импульсов, сходных с импульсами радара. Магнитная среда, возникшая вокруг корабля, неожиданно изменилась и быстро завибрировала. Нейтринный сканер отметил излучение, сильно превышавшее все известные пределы.

– Каким образом вы доставили сюда одного из нас? – поинтересовался Первый.

– Говори! – обратилась Дениза к арнунскому Дракону.

Тот начал передавать информационные импульсы, содержавшие сведения о том, что с ним произошло.

– Я понял, – отозвался Первый. – Вы привезли нам этот осколок, полагая, что мы проявим к нему интерес. Благодарю вас за ваши старания. К сожалению, в этом отношении ваше путешествие оказалось совершенно бесполезным.

– Что вы имеете в виду?

– Нам неинтересен этот осколок.

Дениза не могла поверить ушам. Может быть, это ошибка в переводе?

– Вы хотите сказать, что не намерены восстанавливать его?

– Не намерены. Нам неинтересно восстанавливать его, разве вы не поняли меня?

– Я поняла. Но ведь это одно из ваших яиц.

– Да. Как таковое оно нам безразлично. Каждый год мы выпускаем на волю несколько миллионов яиц. Лишь малая часть их остается в плену у звезд. Остальные просто бесследно пропадают. Или врезаются в поверхность планет, как это случилось с вашим осколком. Некоторых перехватывают биологические особи вроде вас, которые исследуют их с целью получения информации. Осколки нас не интересуют. Я бы предложил вам такую аналогию: какой интерес может вызывать у людей один-единственный сперматозоид?

– Но… но он живой. Он мыслит. Это рационально мыслящее существо.

– Вовсе нет. Это был осколок яйца, который медленно разлагался и погибал. Вы отыскали его и вдохнули в него разум.

– Нужно ли вас понимать таким образом, что нам не следовало этого делать?

– Не следовало. Каждое яйцо – заложник случая. Лишь малая часть яиц имеет шанс дать начало новой цивилизации. Остальные вносят свой вклад в галактическое знание более сложными способами. Найденный вами осколок помог вашей расе получить более широкое понимание вселенной. В этом отношении его миссия оказалась успешной.

– Вы уже знали о нашем существовании? – спросил Лоренс.

– Вы находитесь всего в шестидесяти пяти световых годах от нашего мира, – ответил Первый. – Мы уже много веков изучаем вас.

– Чудесно, – отозвался Лоренс.

– Может, этот осколок вам и безразличен, – вступила в разговор Дениза, – но для нас он имеет огромную важность. Вы не могли бы восстановить его для нас?

– Вопрос лишен всякого смысла. Этот осколок никогда не станет одним из нас. Дело даже не в его физическом строении, а в объеме его памяти. У нас две особи составляют единое целое. Мы не имеем генетического кода. Именно информация позволяет нам развиваться и адаптироваться к окружающей обстановке. Чтобы восстановить такой осколок, мы должны обладать полным комплектом памяти. Вы просите нас предоставить новый полный комплект информации для повторного его интегрирования в этот осколок для превращения его снова в полноценное яйцо. Но в таком случае он превратится лишь в яйцо, не более того. Оно снова будет выпущено в космос, чтобы в очередной раз попытать счастья. Если вы желаете, я могу утилизировать этот осколок и включить его молекулы в новое яйцо.

– Нет, – быстро произнесла Дениза. – Этого не нужно делать. А нельзя ли превратить этот осколок в такого, как вы, Дракона?

– Без изменения его нынешнего вида – невозможно.