"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 253

3

— Противоборство тактик есть самый ценный урок, госпожа. Защитная тактика гномов, их оборонительные и защитные хирды, а так же железная дисциплина вызывают смешанные чувства восторга и недоумения. К счастью, нам довелось прощупать возможности противника в мелких столкновениях. Эти знания и позволили одержать победу близ Тихой Поляны. Мы вывели гномов на открытое пространство и заставили сражаться по нашим правилам. После того, как пробили пятые луки, враг был обращён в бегство.

— Впечатляет, сир Тейн, — королева улыбнулась и сделала глоток из хрустального бокала. Все формальные мероприятия подошли к концу и ныне, Туидхана позволила себе времяпровождение в каждом отдельном кругу. — Я слышала Ба́лдур Га́тстоун весьма опытный полководец. Победа над ним в столь доминирующей манере делает тебе честь.

— Благодарю вас, госпожа, — Тейн поклонился. На мгновение взгляд молодого эльфа коснулся фигуры отца, что располагался за его спиной. — У меня был хороший учитель.

— Сир Тэлагат, не пора ли вашему протеже занять более высокий пост в иерархии Тарлада? Его тактические умения могли бы пригодиться нам на восточных рубежах… или в свободном городе.

Тейн и Лорот переглянулись. В сияющих изумрудных глазах, схожих друг с другом подобно двум каплям воды, вспыхнул вопрос, плавно перетёкший в огонёк азарта. Как и ранее, они поняли друг друга без слов.

— Миледи, вы хотите отправить Тейна в роли разведчика? — с волнением в голосе вмешалась Лиршада. — Но… это ведь…

— Вне всяких сомнений, это опасно, леди Лирашада, — ответила королева. — Однако, учитывая способности сира Тейна, это большая возможность, как для самого капитана, так и для всего Тарлада.

— Вдали от дома… — промолвила мать.

— Всегда наступает момент, когда птенцу становится тесно в родительском гнезде, — взяв Лиршаду за руку, промолвил Тейн. Его улыбка, черты лица, взгляд — каждая часть естества была направлена к матери и переполнена теплотой. — Это большая возможность, матушка. Наши земли находятся в кольце, помнишь? В землях людей у меня будет возможность изучить потенциального врага, а если мы получим связи в Перекрёстке Эридана, это даст ценного экономического и политического союзника на востоке.

— Верно, — улыбка на лице королевы приобрела иной вид. В юности Лирашаде довелось провести с королевой достаточно времени, дабы понять — планы в голове Туидханы выстроились в цепочку. — Я назначу тебя своим личным послом в Перекрёстке Эридана, где ты попадёшь в свиту сира Алудана. Изучай, адаптируйся, попытайся предугадать планы наших потенциальных оппонентов, но ни в коем случае не вступай в открытую конфронтацию и тем более, не раскрывай нашу кровную связь.

— Мам… — утратив всякий формальный тон, Тейн снял слезу с щеки матери и мягко прижал её к себе. Лиршада растворилась в его объятьях и даже Туидхана, к которой эльф повернулся спиной, ныне не придавала значения подобной бестактности. — Я всегда буду твоим сыном, всегда буду любить тебя и всегда вернусь к тебе… но я поклялся в верности Тарладу и я должен служить нашей земле. Прошу, не плачь. Я должен.

— Ты всегда хотел обрести имя, — прошептала мать. — Я не смею стоять на твоём пути. Пусть Силанна хранит тебя.

— Стало быть, ты готов стать тенью и глазами своей тётушки? — властные ноты в голосе Туидханы зазвучали во всей красе. — Ты готов стать моим предвестником?

— С превеликой радостью! — эльф пал на одно колено и склонил голову перед королевой Тарлада.

— Так тому и быть, — как и подобает королеве, Туидхана опустила ладонь на плечо племянника. Собравшиеся эльфы навострили взор на происходящий процесс. Более в её голосе не звучало привычных нот интриги или двусмысленности фраз. Лишь чистая власть и могущество. — Отныне таковым и будет твоё имя, дитя и только от тебя будет зависеть, что будет скрываться за ним, Тейн Шасури. Что же до вас, сэр Тэлагат, мне нужно чтобы вы и леди Лиршада остались здесь. Сейчас Тарладу и в частности Лан-Фэлл требуется сильная власть…

Прозвучали аплодисменты.

4

— Всё закончилось здесь, — Тейн окинул взором руины Весеннего дворца. — В этом месте погибла Туидхана. Именно здесь Тарлад принял своё поражение, — Шасури сделал задумчивую паузу, переведя взгляд на закованного в путы отца. — Скажи, ты ведь никогда её не любил, правда?

— Она всегда была несколько высокомерной и заносчивой, но никогда не плевала на правила. Я уважал её, как королеву…

— Я не про Туидхану. Ты любил маму?

На сокрытом тенью эльфийском лице проступила хмурь. Лорот окунулся в воспоминания и размышления о давних днях, когда его называли величайшим генералом Тарлада, а рядом находилась удивительная девушка, столь же прекрасная, сколь и чуждая.

— Как и Туидхана, Лиршада была представителем дворцовой свиты. Её ум и обаяние не могли не пленять, а её красоте слагали баллады. Когда я впервые увидел эту деву, моё дыхание застыло. Мы провели с ней множество прекрасных лет, но, как и королева, она была представителем другого мира. Лиршаде был чужд мир низшего дворянства, чужды интересы и заботы простых эльфов. Лишь окунувшись в её мир, я понял, сколь и сам чужд для него.

— Так ты познакомился с Ильсин. В тот момент, пока я находился в Перекрёстке.

— Да. Мы познакомились в ходе учений. Ильсин… была совершенно иной. Любопытной, весёлой, слегка наивной, — впервые за всё время диалога на лице Лорота расцвела улыбка. — Рядом с ней я впервые ощутил, что меня не используют. Эта простота, эта энергия… они купили меня.

— И что потом?

— А дальше ты всё знаешь сам. Ильсин избрал «Талмон», началась война, договор с безликими и падение Тарлада.

— Путь на восток, Лан-Лур и появление дочери. Примерно в это время «Талмон» проявил себя? Как это произошло?

— Я уже говорил, что «Талмон» не просто артефакт. Уведённый прочь из Харасан-Талу, он требовал возвращения, требовал единения с местом, где был создан. Знаешь, что за энергия питает артефакт? — хмурь на фиолетовом лице сгустилась. — Энергия эльфийских душ, отмеченных его знаменем.

— Знамя, — хмыкнул Тейн. — Ваша кожа. Теперь понятно.

— Древен не раз говорил, что слышал голоса тех, кто отдал свои жизни в «День Разрушителя». Впоследствии их услышала и Ильсин. Не сомневаюсь, что и по сей день их слышит Лиара. Изначально душ друидов было достаточно, дабы питать «Талмон», но потом…

— Аппетиты артефакта усилились, — Тейн поднялся с места, наблюдая за покинутым залом. Как и ранее, Лорот не видел его лица, но прекрасно осознавал, куда зрят глаза сына. — Если бы я решил сделать всё иначе? Если я приведу твою дочь и позволю ей упокоить «Талмон» в недрах храма, если отпущу тебя, позволю уйти… ты сможешь простить меня? Ты смог бы вновь с гордостью назвать меня сыном?

— То, что ты натворил, не заслуживает прощения, — утвердительно ответил пленник. — На твоих руках кровь тех, кого я любил, Тейн. Но… я никогда не отрекался от тебя. Ты всегда будешь моим сыном. И я всегда буду любить тебя.

— Так же, как и маму? — раздалась усмешка из-за ухмыляющейся маски. Лидер «Шасури» выпрямился в полный рост и обратил взор к звёздам, что устилали небосвод чёрных лесов. Чудовищных размеров чёрный минотавр недовольно фыркнул и с презрением покосился на пленника.

— Нет. Куда сильнее, чем Лиршаду и Ильсин, — сталь в голосе Лорота дала брешь, как и в его взгляде. В сей час эльф ощутил себя столь уязвимым, как никогда ранее. Даже находясь в тот незабвенный день на полях сражения Тарлада, когда друиды пожертвовали свои души и создали «Талмон». — Даже сильнее… чем я люблю Лиару. Ты мой сын, мой первенец, мой ученик и брат по оружию. Ты и есть я. Моя лучшая версия. Часть моей крови и души! Поступи правильно! Разорви порочный круг!