Жена в наследство, или Трудности драконьего развода (СИ) - Новак Нина - Страница 29

Инес наклонилась над моей кроватью и произнесла:

— Лиз любит Натана всем сердцем, но эта любовь приведет ее к гибели. А вот ты справишься.

Почему-то эту ее фразу о Натане я вспоминаю только сейчас, а тогда просто пропустила мимо ушей половину речи ведьмы.

— Уходите, — махнула я рукой.

— Тебе осталось жить два года. Не больше. Так же как и Лиз.

Два года? Я встрепенулась. Вот эти слова хорошо меня тогда встряхнули.

— Я вам не верю…

А дальше ведьма огласила страшный диагноз. С такими опухолями действительно не живут.

— Я не верю…

Но диагноз подтвердился на второй же день, когда меня навестил лечащий врач. Это было страшно… Ужасно. Больно.

Вечером Инес появилась снова с тем же предложением — я меняюсь местами с Лиз и мы обе выживаем. Магический ритуал и переход между мирами устранит патологии и болезни. Лиз Карен в моем теле избавится от опухоли, а я получу возможность новой долгой жизни.

Потом… оказавшись в замке Саршаров, я решила, что ритуал был мутным, как и сама ведьма. Предположила, что меня обманули. Но теперь приходит понимание, что Лиз не смогла бы прожить с опасным даром, а моя душа и воля оказались сильнее.

Инес Фьерд дала нам с Лиз шанс на счастливое будущее. Вот только мне, как более сильной, придется за него побороться.

35.

Быстро схватив охапку роз, я перекладываю их на небольшой столик у окна. — Пусть используют эти, красные, — бросаю Стефи, когда она возвращается в оранжерею после ухода Натана.

— Спасибо, леди Карен, — тихо говорит она и сразу принимается за дело: ловко перебирает цветы, подбирая к будущим букетам свежие бутоны с основного стола. Через пару минут с волнением добавляет: — Вы нажили неприятности из-за меня…

— Я не позволю этим снобам издеваться над друзьями, — отвечаю твердо.

Стефи на миг замирает, будто не ожидала услышать такие слова, и на её лице мелькает замешательство.

Чтобы не углубляться в разговор, я мягко добавляю:

— Если Мона или Ал ещё раз попытаются тебя обидеть, сразу скажи мне. Хорошо?

Девушка молча кивает. Ее губы дрожат, но она сдерживает эмоции.

Договариваюсь, что Стефи соберет букеты и возвращаюсь в свою комнату. Заперев дверь на замок, наконец позволяю себе выдохнуть. Напряжение, державшее в тонусе, постепенно отступает.

Растирая затекшие плечи, прохожу в купальню и какое-то время бездумно смотрю в зеркало.

Потом, медленно расстегиваю верхние пуговицы платья. Распахиваю его на груди, задираю нижнюю рубашку… и замираю.

Кожа чиста. Метка исчезла.

Я не знаю, пропала ли она навсегда или просто “спряталась”, но сейчас это неважно. Главное — её нет. Лилия исчезла, и мне больше не придётся выкручиваться.

Мысль о том, что Натан мог потребовать унизительной демонстрации метки, заставляет похолодеть. Именно поэтому я не стала лгать, отвечая на его вопрос. Сказала полуправду — ровно столько, чтобы не насторожить. Чтобы выиграть время.

О причинах странного поведения метки я подумаю позже, а теперь просто прикидываю, получится ли достойно пережить свадьбу и первую брачную ночь?

Как отреагирует Натан на бумагу о разводе — как нормальный человек… или как взбесившийся дракон?

Я возвращаюсь в спальню и сажусь за стол. Раскрываю книгу, вновь углубляюсь в страницы, посвящённые Шарлену. Читаю взахлеб, цепляясь за каждую строчку, надеясь выловить хотя бы крошки полезной информации.

Проходит около часа, когда дверь сотрясается от громкого, настойчивого стука.

— Леди Карен, я привёл специалиста. Она проверит вашу метку, — раздается за дверью голос Натана. Тон холодный, подчеркнуто официальный.

Р-р-р. Всё-таки прицепился к метке.

Медленно поднимаюсь на ноги, подхожу к двери, но не спешу её распахивать. Сохраняю ледяное выражение лица.

— Я собиралась лечь, — сухо сообщаю, открывая.

Маг действительно женщина — и я мысленно выдыхаю с облегчением. Незнакомца-мужчину я бы к себе не подпустила. Она — в очках, лет сорока с небольшим, сдержанная, вежливая, производит вполне хорошее впечатление.

— Я взгляну одним глазком, леди Карен, — говорит магиня с мягкой улыбкой.

Натан маячит у нее за спиной и, посмотрев на меня в упор, проходит в комнату. Я одариваю его убийственным взглядом. Он с показным равнодушием бросает:

— Я отвернусь.

В его голосе сквозит неуловимая ирония, и я отвечаю ему легким небрежным кивком.

Натан отходит к окну, поворачивается ко мне широкой спиной, обтянутой грубой тканью кителя.

Мерзавец. Его дракон, конечно, уже знает правду. Но сам Натан все равно требует доказательств. Заставляет меня пройти неприятную и унизительную проверку.

Я усмехаюсь — одними уголками губ — и начинаю неспешно стягивать верх платья и нижнюю рубашку. Магиня приближается, чтобы склониться ко мне и изучить метку. Я наблюдаю за ее реакцией с приподнятой бровью.

— Милорд! — восклицает она пораженно.

Я успеваю накинуть халат. Натан мгновенно оборачивается.

— Метки нет, — сообщает она, растерянно моргая.

— Как это нет? — хмурится он, подходя ближе.

— Она исчезла, — я пожимаю плечами. В голосе проскальзывает легкая издевка, которую не успеваю подавить. — Похоже, у меня непереносимость чужеродной магической дряни.

Магиня распахивает глаза, будто сомневаясь в моём рассудке. А Натан... начинает закипать. Я вижу, как раздуваются его ноздри, как медленно напрягаются плечи.

— Вы свободны, — бросает он магине, не глядя на неё.

Та тут же кланяется и спешно покидает спальню.

Натан поворачивается ко мне, взгляд становится тёмным, тяжёлым.

— Что за фарс, леди? — интересуется тихо.

— Я же говорила, метка была ненастоящая, — отвечаю ровно. — Появилась пару дней назад и так же внезапно исчезла.

Пока говорю, ощущаю лёгкое жжение под кожей. Значит, метка ещё со мной. Просто почему-то “спряталась”.

Натан не двигается, не говорит — молча смотрит. Его взгляд становится тяжелым, почти физически ощутимым. Обволакивающим.

— Не исчезают метки просто так, — наконец произносит он.

Я не комментирую.

— Лиз, — голос его становится мягким, уговаривающим, но в нем все равно сквозит металл. — Если ты что-то скрываешь… лучше скажи сейчас.

В глазах Натана пляшет что-то неизведанное и опасное. Приходит мысль, что это его зверь мечется. Обманутый двумя метками дракон... боже.

Мне жаль зверя, но я бьюсь за собственное счастье, а Натан… он как-нибудь справится.

— Я была влюблена в вас. Я ошибалась. Мне не надо было пытаться соперничать с Моной.

Слова легко срываются с губ и я, подняв голову, с сожалением смотрю на Натана. На его лице неверие, подозрительность и… задетое самолюбие?

Он делает шаг вперёд — слишком близко. Я чувствую тепло его тела и горьковатый запах.

— Я не мог так ошибиться… — глухо произносит дракон и тут же замолкает, с сомнением изучая меня.

Мне трудно выдерживать его подавляющую энергию и я опускаю глаза, чтобы дать себе передышку.

Если честно, надеюсь, что Натан сам откажется от меня. Обвинит в обмане. Скажет, что намерен остаться с Моной.

Только вот он произносит что-то абсолютно противоположное:

— Ты пытаешься меня запутать, леди. Но я узнаю о тебе все.

В глазах Натана сверкает хищный азарт. Мужской затаенный интерес, вызывать который я совершенно не собиралась. Но, кажется, горячий танец в “Розовом кристалле” вышел мне боком.

— Спокойной ночи, милорд, — тяну холодно.

Он наклоняется и, не сводя с меня взгляда, берет мою руку. Твердые губы касаются кожи — легкое прикосновение, почти невесомое, но по спине пробегает дрожь. Я резко отдергиваю пальцы.

— Никогда больше не называй мою метку дрянью и гадостью, — произносит Натан почти шепотом, а во взгляде мечется что-то непонятное, резкое.

— Какую метку? — срывается с языка.

— Ту, которую ты спрятала, — с этим словами он окидывает меня прощальным взглядом и покидает комнату.