Развод. P.S. Я все еще тебя… (СИ) - Осокина Анна - Страница 2

Зашла в ванную, проведя кончиками пальцев по значительно опустевшим полочкам из матового стекла. Его гель для душа, шампунь, лосьон после бритья — все исчезло. Остались только мои средства. Их много и, если не знать, на что смотреть, можно и не заметить исчезновения нескольких баночек. Но я-то знала. Еще один камушек упал на грудь, придавив ее окончательно, мешая сделать полноценный вдох.

Вот и все. Не то что бы я думала, что разговор с Пашей может что-то поменять, но, по крайней мере, хотела бы узнать, зачем он так поступил. Если он влюблен в мою подругу, для чего женился на мне? Если же это просто похоть… то я была о нем гораздо лучшего мнения. До сегодняшнего дня я могла бы с уверенностью сказать, что Паша лучший в мире мужчина, но оказалось, что это совсем не так.

Медленно вошла на кухню. Я словно совершала экскурсию по совершенно незнакомому месту. Мы заселились в эту квартиру всего несколько недель назад, купив ее после свадьбы. И в каком-то смысле теперь я смотрела на нее совсем иначе. Я как будто стала другой, и дом, если это место можно так назвать, тоже поменялся.

Взгляд упал на красивую бутылку, которую подарили нам на свадьбу. Мы с Пашей собирались открыть ее на какой-нибудь торжественный повод. Криво улыбнулась и полезла в ящик за штопором.

— Вот он, торжественный момент — крах моего брака! — объявила я в пустоту.

Закуска не понадобилась, как и бокал. Взяла напиток и направилась на балкон. Мы с Пашей решили оставить его открытым, чтобы летом можно было наслаждаться завтраками на свежем воздухе. Окна выходили на живописное место: тихий сквер. Деревья стояли еще голые, почки только-только набухли, готовясь выпустить молодые листочки. Я облокотилась о перила, глядя в сгущающиеся сумерки. Прохожих внизу почти не было, только несколько хозяев вдалеке говорили о чем-то, пока их псы бегали друг за другом. Собаку, что ли, завести?..

В голове царила звонкая пустота, на душе — тяжесть и горечь. Что теперь будет? Как смотреть в глаза родителям? Почему изменил он, а стыдно мне? На эти вопросы у меня, к сожалению, ответов не находилось.

***

Много времени то, чтобы заняться официальным прекращением наших отношений, не заняло. Уже через несколько дней, которые я провела как в тумане, сидела рядом со своим адвокатом. Это все казалось злой шуткой. Кошмаром. Цирком каким-то! Не успела оформить бумаги о заключении брака, как нужно его расторгать.

Паша так и не попытался со мной связаться. И в глубине души такое поведение меня ранило еще больше. В фильмах виновный бежит за своей любимой, молит о прощении и пытается что-то объяснить, а она не желает ни о чем слушать. Наверное, я тоже не захотела бы. Все и так понятно без слов, но, черт возьми, муж даже не попытался! И от этого становилось совсем не по себе. Любил ли он меня когда-то? Как можно было настолько натурально притворяться? Но если все это было ложью, зачем ему это? Да, я из состоятельной семьи, но ведь и он богат! Он владеет контрольным пакетом акций компании. Какая выгода ему в том, чтобы быть со мной? Если только для того, чтобы объединить долю своих акций с акциями моего отчима?..

Внезапная догадка пронзила от макушки до самых пяток. Почему я раньше об этом не подумала?! Любовь ослепила меня и сделала полной идиоткой!

Отец Паши и мой отчим, который вот уже восемь лет старался заменить мне покойного папу, были давними деловыми партнерами. Вместе основали компанию по производству коленных и тазобедренных протезов, вместе поставили ее на ноги, как бы ни каламбурно это звучало.

Паша был поздним ребенком, его отцу уже далеко за семьдесят, и несколько лет назад он решил отойти от дел, передав бразды правления в руки единственного сына. С тех пор Паша стал гендиректором и управлял компанией вместе с моим отчимом, однако контрольным пакетом акций, а если быть точной, пятьюдесятью пятью процентами, владел именно мой муж.

Мы познакомились с Пашей на одном из ужинов. Отношения закрутились довольно быстро. Я почти сразу поняла, что этот человек — моя родная душа, настолько мы друг другу подходили. Родители были счастливы, что семьи объединились, и после заключения брака фирму тоже ждала реформация. Если именно таков план Паши, то с его стороны это просто невероятно жестоко и жутко расчетливо. Не могла поверить в это, но его измена и невозмутимое поведение после нее лучше всего говорили о намерениях.

— Прошу прощения за опоздание. — В кабинет моего адвоката вошел другой юрист. — О, а что, Павла Юрьевича еще нет?

— Он тоже задержался, — ответил мой поверенный.

— Я уполномочен говорить от его имени, — сказал адвокат, — поэтому предлагаю начинать.

— Конечно, — защитник кивнул и вопросительно посмотрел на меня. Я тоже утвердительно покачала головой. Может, и хорошо, что он не пришел. Струсил? Боится меня? Или все же стыдно?

— Вот, прошу, — мой адвокат подал второму юристу документы. — Это наши условия.

Сказать по правде, я даже не читала, что он там составил, потому что на это у меня не хватало моральных сил.

— Позвольте, — сказал юрист мужа через пару минут чтения. — Меня смущает пункт о совместно нажитом имуществе. Супруги приобрели в собственность трехкомнатную квартиру, ее надлежит поделить пополам.

— Пусть квартира остается Юле. — Паша вошел без стука.

Сердце екнуло и забилось с бешеной скоростью. Так больно было видеть его! Невыносимо! До жжения в груди. Я прекрасно помнила, по какому поводу мы здесь собрались, но все же в первое мгновение дернулась к нему. Привычка, чтоб ее! Хотелось обнять его, прижаться к нему, выплакать в его грудь всю боль и горечь, которая поселилась внутри меня. Но ведь именно он стал виновником этого! По иронии судьбы тот единственный, кто властвовал над моим сердцем и мог излечить его от любой раны, ударил по нему молотком и с невозмутимым видом наблюдал, как я истекаю кровью.

Наши взгляды встретились только на миг, и я отвернулась, не в силах смотреть в глаза этому человеку. В глаза тому, кто еще три дня назад был всем моим миром. Пожалуйста, мысленно молилась я, пусть эта пытка скорее закончится!

— Но, Павел Юрьевич, по их условиям…

— Квартира остается Юлии, как и часть ее акций.

— Каких еще акций? — не поняла я и вопросительно посмотрела на своего юриста. Это он должен был заниматься всеми бумажными вопросами.

— Действительно, Юлия Александровна, — адвокат заглянул в бумаги. — Павел Юрьевич неделю назад отписал на ваше имя шесть процентов акций компании.

Непонимающе глянула на Пашу. Стоило огромного труда первой не отвести взгляд. На этот раз он сдался быстрее. Он не садился, так и стоял в дверях, как будто боялся подойти ближе.

— Я не… — Он запнулся, прочистил горло, которое выдавало какой-то сип вместо голоса, и снова попытался заговорить: — Я не успел тебе их подарить.

Он резко двинулся к столу. Я даже отпрянула, но взяла себя в руки и осталась на месте. Паша подошел, взял документы у моего юриста и сказал:

— Просто покажите, где подписать, я согласен на все ее условия.

— Но, Павел Юрьевич, — попытался возразить его адвокат, однако мой почти бывший муж его не слушал, он поставил несколько подписей и стремительно покинул кабинет, даже не попрощавшись.

Неужели теперь все будет вот так? Странное ощущение: тот, кто был всем, вдруг становится чужим. Неужели так может быть? Не нужны мне эти чертовы акции, не нужна квартира, верните время назад, верните, чтобы мы оставались счастливы… Как стереть события последних трех дней? Как сделать так, чтобы он любил меня столь же сильно, как я его?..

Черт бы побрал слабое сердце, которое продолжает испытывать чувства, несмотря на то, что его растоптали!

А еще я не понимала, зачем он подарил мне бумаги на часть компании. Паша все еще владел наибольшим количеством акций, но лишился контрольного пакета. Что происходит? Эта какая-то хитроумная афера, смысла которой я не понимаю? Мысли терзали меня, разрывая недоумением мозг на клочки.