Оракул с Уолл-стрит 4 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 29

К полудню мне предстояло отправиться обратно в Нью-Йорк. На прощание Роквуд-старший пожал мне руку с неожиданной теплотой.

— До встречи, мистер Стерлинг. И помните, что я сказал о деньгах и наследии.

— Обязательно, сэр, — я поклонился. — Это была честь для меня.

Дэвид проводил меня до автомобиля:

— Контракт у вас. Просмотрите его внимательно. Если условия вас устраивают, привезите подписанный экземпляр во вторник.

— Непременно, — я пожал ему руку. — Благодарю за гостеприимство и доверие.

Когда автомобиль выехал на главную дорогу, я позволил себе глубоко вздохнуть. Визит прошел даже лучше, чем я ожидал.

Я не только получил доступ к одной из крупнейших финансовых империй Америки, но и заложил основу для глубокого влияния на их инвестиционную стратегию. Это давало мне невероятные возможности для подготовки к Великой депрессии.

Во время поездки я просмотрел контракт. Условия впечатляющие.

Базовый гонорар в сто тысяч долларов в год плюс пять процентов от прибыли по моим рекомендациям. Для нынешнего времени это невероятно щедрое предложение. Кроме того, контракт предусматривал полную конфиденциальность и широкие полномочия в вопросах инвестиционной стратегии.

Я сделал несколько пометок на полях. Мелкие корректировки, которые следовало обсудить, не столько для улучшения условий, сколько для демонстрации внимательности к деталям.

Сам факт заключения формального контракта говорил о серьезности намерений Роквудов. Многие финансовые отношения в нынешние времена строились лишь на устных договоренностях и доверии.

Предстояло много работы. Нужно подготовить детальный анализ их инвестиционного портфеля, разработать стратегию диверсификации и защиты активов, и все это не вызывая подозрений слишком точными предсказаниями.

Я задумался о позиции Роквуда-старшего относительно благотворительности. Его искреннее желание создать долговечное наследие находило отклик во мне. Возможно, это путь не только к спасению капитала во время краха, но и к спасению тысяч людей от его последствий.

По мере приближения к Нью-Йорку, я мысленно составлял план действий на ближайшие дни:

1. Подготовить анализ портфеля Роквудов.

2. Разработать стратегию защиты их активов от грядущего краха.

3. Создать схему для благотворительных инвестиций, которые одновременно защитят капитал и принесут пользу.

4. Проанализировать взаимодействие с Continental Trust, с учетом достигнутого между нами соглашения о перемирии. Их интерес ко мне становился все более явным.

Автомобиль въехал в город, когда начинало темнеть. Небоскребы Манхэттена светились огнями на фоне вечернего неба.

Я испытывал странное чувство, смесь удовлетворения от достигнутого успеха и тревоги из-за все возрастающей сложности игры, в которую оказался вовлечен.

Роквуды, Continental Trust, Мэдден, Лучиано, все эти мощные силы теперь так или иначе связаны со мной. Я выстраивал защиту от надвигающегося шторма, но эта самая защита могла стать источником новых опасностей.

— Приехали, сэр, — водитель прервал мои размышления.

Мы остановились у моего дома. О’Мэлли уже ждал на крыльце, его массивная фигура легко узнавалась даже в сумерках.

— Благодарю вас, — я вышел из автомобиля и направился к дому.

О’Мэлли встретил меня с привычным непроницаемым выражением лица:

— Как прошла поездка, босс?

— Лучше, чем я мог ожидать, Патрик, — я улыбнулся. — Еще одна фигура на нашей шахматной доске. И какая фигура…

Я поднялся по ступеням, чувствуя, как стратегия моей игры обретает все более четкие очертания. Нефтяная империя Роквудов становилась мощным союзником перед надвигающейся бурей.

И впервые с момента моего появления в этом времени я начал думать не только о личном выживании и обогащении, но и о возможном влиянии на сам ход истории.

Глава 13

Инвестиционный траст

Мой кабинет в офисе «Стерлинг, Харрисон и Партнеры» светился золотом утреннего солнца.

Я сидел за массивным столом красного дерева, просматривая окончательные документы нового инвестиционного траста. Три стопки бумаг, три отдельных юридических лица, каждое со своим набором учредительных документов, протоколов, банковских счетов и списком подставных директоров.

Дверь открылась, и Розенберг, наш главный юрист, вошел с еще одной папкой.

— Последние документы из Делавэра, мистер Стерлинг, — он положил папку на стол. — Все зарегистрировано, как вы просили. «Metropolitan Securities» существует официально.

— Прекрасно, — я взял документы и быстро пролистал их. — А «Hudson Bay»?

— Документы по регистрации в Коннектикуте будут готовы сегодня после полудня. Юридически структура будет полностью сформирована к концу дня.

Я удовлетворенно кивнул:

— Что с офисами для «Atlantic Investment Trust»?

— Помещения на Уолл-стрит, 23 уже заполнены сотрудниками, как вы распорядились. Мебель доставили еще вчера, телефонные линии подключены. С начала недели офис полностью готов к приему инвесторов.

— Отлично, Розенберг. Вы превзошли ожидания.

Когда юрист вышел, я поднялся и подошел к окну. Внизу простирался Манхэттен, бурлящий энергией очередного делового дня. Здесь, в центре финансового мира, я создавал инструмент, который вскоре начнет приносить десятки миллионов долларов.

Офис «Atlantic Investment Trust» выглядел именно так, как я планировал, внушительный, солидный, с намеком на консервативные ценности.

Массивные столы, кожаные кресла, карта Соединенных Штатов на стене с отмеченными красными точками местами инвестиций. Телеграфный аппарат в углу непрерывно выстукивал последние биржевые котировки. Три секретарши с безупречными прическами встречали посетителей в приемной.

Мэдден, одетый в безукоризненно скроенный костюм, осматривал помещение с нескрываемым одобрением.

— Впечатляюще, Стерлинг, — произнес он негромко. — Ни один уважаемый банкир не заподозрил бы неладное.

— В этом и суть, — я повел его в мой временный кабинет. — Чем приличнее выглядит фасад, тем меньше вопросов к тому, что за ним.

В кабинете нас уже ждал Кляйн, бухгалтер Мэддена.

— Деньги доставлены, мистер Мэдден, — сказал он. — Пять миллионов, как договаривались.

Я закрыл дверь и задернул шторы.

— Теперь конкретика, — я разложил на столе три папки. — Первый транш в три миллиона идет на формирование «Atlantic Investment Trust». Мы уже подготовили рекламную кампанию в «Wall Street Journal», «New York Times» и «Herald Tribune». Первые объявления выйдут через два дня.

Я открыл первую папку, демонстрируя макет рекламы:

«Стабильные 8% годовых в ведущих американских компаниях. Atlantic Investment Trust — команда опытных инвестиционных экспертов под руководством судьи Эдварда Хендерсона».

— Судья уже подписал все необходимые документы, — заметил Мэдден. — Он очень счастлив получить десять тысяч долларов за использование его имени и фотографии.

— Идеально, — я перешел ко второй папке. — «Metropolitan Securities» начнет свои операции на следующей неделе. Сначала скупка акций «Atlantic», затем поэтапное наращивание позиций в более рискованных секторах — радио, автомобили, авиация. Для этого траста мы будем использовать особую тактику маркетинга — «закрытый клуб для избранных».

Мэдден понимающе кивнул:

— Ничто не привлекает богатых инвесторов больше, чем возможность присоединиться к «эксклюзивному кругу».

— Именно, — я закрыл вторую папку. — Теперь «Hudson Bay». Это наш основной инструмент рычага. Сюда пойдут деньги от ваших специальных инвесторов. Максимальная секретность, минимальная документация.

Кляйн осторожно заметил:

— А что насчет учета? Денежные потоки будут значительными.

— Мы создали специальную систему двойной бухгалтерии, — я открыл сейф и достал тонкую папку. — Вот спецификация. Можете отдать вашему бухгалтерскому отделу для имплементации. Отслеживать движение средств будем исключительно через шифрованные телеграммы.