Дикий дракон для принцессы (СИ) - Осокина Анна - Страница 32

Слезы покатились по щекам. Я прекрасно осознавала, что желаниям не суждено сбыться. Я надежда своего народа, его защита и опора. А все остальное лишь глупые мечты.

Мне придется сделать то, о чем раньше я предпочитала не думать, а теперь и вовсе страшилась, когда выход на свет яиц был так близок. Мне придется жить с тем, что убила своего сына. Буду жалеть об этом столько, сколько мне отмерено небом прожить на этой земле. Но королева не имеет права на счастье. Все ее существование — лишь служение народу.

Да, я жила в роскоши, но какова цена? Я не могла быть с любимым, не могла сохранить жизнь той крохе, которая находилась внутри меня. Оставь я мальчика, он станет принцем, и сможет претендовать на престол. А это огромный риск для всей нашей династии, которая смогла получить власть путем огромных жертв. Иногда я думала, а так ли плохо, когда правит мужчина? Ведь в соседних государствах все иначе, но там живут такие же драконы, как и мы.

Проклятая бездна!

Мыслимо ли, что в королевском окружении не оказалось ни одного достойного дракона, который мог бы стать отцом будущей королевы?! Порой мне казалось, что наш уклад изжил себя. И все же следование традициям — это слишком важно. Так меня учили с того времени, как я научилась говорить. Если не уважать устои предков, все рухнет. Так всегда говорила королева. И до теперешнего момента я безоговорочно ей верила. Но теперь начала сомневаться. А что если есть другой выход?..

Саркайн уверенно шел на поправку. Я видела, как с каждым днем к нему возвращаются силы, как блеск в его глазах становится ярче. Сейчас, когда он не подвергался влиянию печати «Непокорной плоти», быстро восстанавливался.

Я пришла к нему на следующий день после разговора с королевой. Не знала, стоит ли говорить о том, что наша близость принесла плоды, которые теперь созревали в моем чреве. Все и так слишком сложно. Я безумно желала поделиться с ним этой новостью, но боялась, что это только разозлит его. Ведь дети — это напоминание о том, что я использовала его в своих целях. И все же в глубине души мне хотелось верить, что он обрадуется. Хотя я понимала, что у нас нет будущего. Восемь дней. Всего восемь дней, и моя жизнь уже не будет прежней. На свет явятся яйца, одно из которых я должна буду разбить.

Нет, я не буду ни о чем рассказывать Саркайну. Не стоит усложнять и без того опасную и странную ситуацию.

Лучше было бы нам вообще не видеться, ведь я знала, что рано или поздно придется расстаться. Он не сможет находиться в башне лекаря вечно. Оставаясь в королевстве, Саркайн рисковал. Мы оба знали, что ему нужно бежать. И все же видеть его, пока еще могу, стало для меня тем искушением, которому я не могла противиться.

Когда я вошла в покои Портайна, он тут же поклонился и вышел, сославшись на то, что у него какие-то неотложные дела. Я улыбнулась. Никогда не думала, что именно лекарь станет моим союзником. Но в последнее время мы хорошо ладили. Да, этому поспособствовала моя угроза, но я ни о чем не жалела.

Я тихо вошла в спальню и замерла, увидев его в боевой ипостаси. Я опешила. До чего же он красив! Никогда прежде я не сталкивалась с такими прекрасными существами! У нас были воины-мужчины, не так много, как женщин, но были. И я часто наблюдала за их тренировками. Наши драконы не шли ни в какое сравнение с крилорнцем. Казалось, он соткан из груды мышц и идеальной формы чешуек. Они переливались разными оттенками. Невероятное зрелище!

Каждое его движение — будь то разворот головы или взмах крыльев — как воплощение грации и силы. Крылья, огромные и мощные, разворачивались за его спиной, будто могли одним взмахом уничтожить всю мебель в этой комнате. Нет, такому прекрасному существу не место взаперти. Он должен летать под небом, видеть солнце, вдыхать всей грудью свежий горный воздух! И пускай меня не будет рядом…

Я не могла оторвать от него взгляд. Он был не просто красив, а великолепен, как воплощение древней мощи природы. На нем были лишь свободные шаровары, которые не стесняли движений и не рвались при превращении, потому что могли растягиваться.

Саркайн сразу же заметил меня и тоже замер.

— Как ты? — спросила через несколько минут, когда пауза совсем уж затянулась, а я не могла больше его так бесстыдно рассматривать.

Он осторожно повел крыльями, чтобы действительно не разрушить местную обстановку.

— Как видишь, раны затянулись. — В ипостаси дракона его голос звучал немного грубее, от него у меня мурашки побежали вдоль позвоночника. — И я уже оправился от яда.

— Я рада это слышать.

Даже не осознавая, что творю, я приблизилась к нему и протянула руку, не дойдя всего один шаг. Саркайн сам сократил расстояние между нами. Тело его плавно меняло очертания, мышцы стали чуть меньше, а чешуйки втянулись под кожу. От него веяло теплом. В предыдущие наши встречи мы не оставались наедине, лекарь всегда находился рядом. Но теперь мне никто не мешал сделать то, чего я так страстно желала. Я подняла голову ему навстречу, но не успела осуществить задуманное: Саркайн припал к моим губам. Очень нежно, поцелуй был почти неощутим, пока я тихо не застонала. Тогда он прижал меня к своей обнаженной груди, от которой веяло таким жаром, что было почти горячо до него дотрагиваться.

— Эйли, — прошептал он мне прямо в рот. Саркайн продолжал называть меня этим именем. Только он во всем королевстве так звал меня, только ему я это позволяла. Пускай для всех я будущая правительница, с ним я желала быть просто любимой женщиной, не оглядываясь ни на какие условности.

Он аккуратно подхватил меня на руки и понес к широкому ложу. Я ловила каждый его поцелуй, каждую ласку. Он лег рядом, его чуть грубоватые пальцы аккуратно касались моей кожи, поднимая волоски на коже. Я вторила его движениям, водя руками по груди и плечам, чувствуя, как ходят под кожей его мышцы. Губами он аккуратно чертил влажную дорожку от моей щеки к шее, а оттуда ниже и ниже… Я стонала и выгибалась навстречу, больше всего боясь того, что он остановится. Но он не остановился, шепча мне нежности, пока мы плавно покачивались в танце любви.

А потом мы долго лежали обнаженные, укрытые лишь тонкой простыней. В спальне лекаря ярко пылал огонь в очаге. Но больше всего тепла исходило от тела дракона рядом со мной. Он обнимал меня сзади и то и дело прикладывался губами к коже под ухом. Я слышала, как вернулся лекарь, но он не тревожил нас, занимаясь своими делами и не заходя в спальню.

Одна часть меня была абсолютно счастлива в объятиях любимого, но другая часть не совсем понимала, что происходит.

— А если я понесу? — все же решила выяснить его отношение к этому вопросу, не раскрывая свою тайну.

Я слышала, как он тихо хмыкнул.

— Это вряд ли, — прошептал он и снова поцеловал меня под ухом.

— Почему? — насторожилась я и заерзала, перевернувшись на другой бок, чтобы видеть его глаза.

Саркайн вздохнул.

— Сожалею, но королева просчиталась, выбрав дикого , — он произнес это слово с усмешкой, — дракона для этого дела.

— Почему? — опять спросила я, чувствуя себя попугаем, который повторяет одно и то же.

— По иронии судьбы или по прихоти природы, не знаю, но чем сильнее дракон, тем труднее ему обзавестись наследниками. А я сильный дракон, — сказал он серьезно. И добавил: — И это не бахвальство.

— Знаю. — Я провела по его лицу кончиками пальцев. — Но в чем причина?

Саркайн пожал плечами, лежа этот жест выглядел немного неловким.

— Возможно, все дело в наших женщинах, они просто не в состоянии выносить такое потомство. Тело отторгает яйца уже в первые дни после зачатия, потому что в противном случае маленькие драконы внутри убьют мать. В последние десятилетия крилорнцев становится все меньше…

Я нахмурилась. Мы точно не знали о такой особенности, иначе Нирлайна не стала бы рисковать. Но я-то чувствовала себя хорошо! Да, уставала, но тело прекрасно справлялось со своим предназначением.

— И у тебя нет детей? — сорвалось с моих губ против воли. Мы ни разу не затрагивали эту тему.