Мой босс - злой Мороз! (СИ) - Лафф Кира - Страница 10

- Дурдом, - под нос себе бормочу и откидываю одеяло. - Не стал бы он ломиться в дверь, не совсем же он спятил!

“Совсем спятил” - шепчет внутренний голос. Он же и внушил мне дверь забаррикадировать и спать лечь в одежде.

Все мятое, я вспотела...

Шагаю в душевую и торможу так резко, что едва не впечатываюсь лбом в створку.

В мыслях картинка:

Босс голый, лишь полотенце небрежно на бедрах повязал. Загорелая кожа, узоры татуировок, его тело...господи боже мой.

Как он красив!

Жмурюсь и трясу головой, прогоняя его образ из мыслей.

- Очнись, Лена, приди в себя, даже если он там совсем голышом - как ни в чем ни бывало возьмешь зубную щетку и встанешь перед зеркалом, - внушаю себе.

Толкаю дверь...

Пусто.

И разочарование кольнуло, иголками елки, холодок по спине пробежал, словно я на морозе стою.

Нет его.

“И не надо, он мне не нужен” - себе говорю, подступаю к раковине. Лика болтает, что он в меня втрескался - бредни глупой девчонки, такие как он любят лишь деньги, работу, и своё отражение в зеркале.

Из зеркала на меня смотрит сонная рыжая девица. Спутанные волосы, слипшиеся длинные ресницы, взгляд мутный и какой-то… шальной.

- Не смей влюбляться, - цежу сквозь зубы и сплевываю белую пену пасты. - Ау, Белова, вернись на землю. Козел он. Он даже хуже Сережи, которого я в итоге застала с другой девушкой.

Сейчас это почему-то смешно вспоминать.

Бабушка приготовила пирог с капустой, я понесла его Сереже в общагу. А потом просто стояла в дверях, прижимая к животу пластиковый контейнер, и они меня даже не заметили. Настолько сильно увлечены были.

Смятые голубые простыни, голые тела, перегар в тесной комнате, пирог с капустой - так долго не могла это из головы выбросить, так плакала. Самой себе клялась, что больше никому не позволю к себе приблизиться.

Никому, и уж точно не этому мерзавцу, для которого женщины - надувные куклы.

Мысленно заверяю себя, но достаю из спортивной сумки свой лучший костюм. Черные обтягивающие брючки, красный топ и приталенный замшевый пиджак. На запястье пшикаю духами, с сожалением смотрю на пустой флакончик.

- Лена!

Стул отлетает от двери и створка с грохотом бьется в стену. Сестра вбегает в комнату и запинается, валится на пол.

- Что это, - стонет она, схватившись за коленку. - "Один дома" пересмотрела? Сейчас я вымажусь в клее, вываляюсь в пухе, ты огреешь меня по голове какой-нибудь железякой, да?

- Поднимайся, - улыбаюсь и подхожу, тяну Лику за руку. Этот ее бред отвлекает от мыслей и проклятого имени босса, его будто гвоздем в памяти нацарапали, не сотрешь. - Все уже встали?

- Все встали, но никто не прячется по комнатам, - Лика резво вскакивает на ноги и заглядывает мне в лицо с таким любопытством, словно в иллюминатор смотрит на летящие облака. - Он вчера поменялся со мной спальнями. Приходил к тебе, да? Лена! Расскажи!

- Никто не приходил и не придет, уймись, - щелкаю ее по носу и разворачиваю, подталкиваю в сторону выхода. - Лика, только бабушке не говори. Он меня уволил еще тогда, после корпоратива. Не нужна я ему. Ни как работник, ни как...- краснею, - девушка. Он не влюблен. Все.

- Но как...

- Вот вы где, девочки, - выплывает из-за угла мама Дмитрия. На ней спортивный костюм, темные волосы завязаны в хвост, она так молодо выглядит, даже представить сложно, что именно она тридцать лет назад породила на свет этого мерзавца. Она улыбается. - Бабуля уже за столом, а я за вами. Бегом завтракать. Яичницу с беконом любите?

- Вау! - не сдерживается Лика. - Как в фильмах. А где вы берете бекон, на рынке?

Они болтают и шагают по коридору, я плетусь позади и поправляю волосы. Сейчас увижу его - и даже взгляда не брошу в ту сторону, буду вести себя так, словно ничего не случилось. И я не помню, как он, полуголый, долбился в дверь моей спальни.

Господи.

Уши горят, стоит лишь на секунду вспомнить.

-...и начинку из нарезанного пластинами бекона, - диктует какой-то рецепт мама Дмитрия.

Лика внимательно слушает.

Я сажусь.

За столом вся семья.

Кроме него.

Спит? Или голый в душе? На улице дрова рубит для камина, за продуктами рванул, на пробежке? Уехал?

Последнее предположение так неприятно во мне отзывается, что пропадает аппетит. Вяло ковыряю вилкой в тарелке, после отстраненно наблюдаю, как народ собирается на лыжные покатушки.

Почему я расстроена?

Такого не должно быть, все правильно, так даже лучше, если босс уехал, нам незачем больше видеться...

- Пошли, пошли, пошли, не умеешь кататься - просто погуляешь, - Лика силком выталкивает меня на улицу.

И все ахают.

Вчера, когда мы приехали, дорожки были аккуратно расчищены, снежинки, танцуя, падали.

А сейчас нас замело до ворот, слой снега ровный и такой высокий, что я в своих полусапожках просто утону. Белым-бело повсюду, снег высится, словно горы, и от легкого ветра в воздухе распыляется белым холодом.

Он не уехал! Не мог в такую погоду! - первая моя мысль мелькает, а после...скрип ворот.

Створка медленно ползет в сторону, в сугроб падает лопата и красная куртка маячит ярким пятном.

- Проснулись? - гаркает бодрый мужской голос. Босс заходит на участок. И машет рукой за калитку. - Дорогу к лесу расчистил. Ну? Прокатимся?

Глава 14

Лена

Демонстративно задираю нос и прохожу мимо Мороза.

Нет, ну каков наглец! Делает вид, что ничего не было!

Ещё и фамилия у него такая. Мороз. Очень ему подходит. Когда у него было плохое настроение, в офисе всегда говорили: Мороз лютует.

Я тогда не очень понимала, почему, а теперь - отлично. С его характером немудрено, что все сотрудники по линейке ходили.

Лика, бабуля со своим кавалером идут позади, а я устремляюсь вперёд.

Под сапожками скрипит снег. Позади шуршит чья-то куртка.

Погода - волшебная. Солнечно, снежно, свежо.

Деревья как в сказке стоят - из-за украшенных инеем ёлок того и гляди появятся Дед Мороз со Снегурочкой.

Щёки быстро краснеют.

Бабуля с Ликой и пожилым главой семейства надевают лыжи.

Я на них плоховато держусь, поэтому застываю в нерешительности.

— Прогуляемся? - низкий голос раздаётся позади.

— Мне бы тоже лыжи! - отчаянно выкрикиваю, подходя ближе к набольшому хозяйственному строению.

Лучше уж катиться, чем идти рядом с Морозом.

Сама себе удивляюсь.

И какого чёрта я, вообще, думала про него утром? Ещё и жалела, что уехал.

Пфф!

Теперь, когда он стоит сзади и сверлит в моей спине дыру размером с Марианскую впадину, я снова чувствую это дикое напряжение.

Мы словно два магнита, которые тянет друг ко другу с необъяснимой, сверхъестественной силой. Я бы даже сказала разрушительной…

— Дим, ты тоже на лыжах поедешь? - обращается с сыну мать, а у меня внутри борются противоречивые чувства.

Глупой и очень недостойной части меня, что, видимо, застряла на уровне развития моей младшей сестры, Лики, безумно хочется, чтобы босс сказать “да”.

Но та, другая часть, что всё ещё кипит негодованием из-за его хамских домогательств, гордо воротит нос в сторону.

— Он свои лыжи давно забросил, - машет рукой дед. - Раньше-то золотые медали по биатлону приносил, а потом…

— Да-да, я видела медали в его комнате! - поддакивает Лика. - Куча медалей! - округляет глаза и зачем-то тычет меня в бок локтем, шепча так громко, что слышат все вокруг: - Он спортсмен? Ты видела у него на прессе кубики?

Если мороз пропустил какое-то место на моих щеках, не сделав их красными, то смущение уж точно доделало эту работу!

— Лика, замолчи! - шепчу беззвучно одними губами, но сестра лишь хихикает и прикрывает рот рукой.

— Закончили обсуждать мою назадавшуюся спортивную карьеру? - хмуро хмыкает босс, подходя ближе. Приятно видеть, что ему тоже некомфортно. - Давайте сюда лыжи, я поехал.