Битва за надежду (СИ) - Хай Алекс - Страница 32

Из внедорожника выпал десяток бойцов в черных шлемах. Они тут же открыли огонь.

— Что ж, добро пожаловать, — прошептал я. — Никак вы, блин, не научитесь…

Я сотворил «Алмазную пыль». Воздух наполнился искрящимся ледяным туманом, каждая снежинка была острой, как осколок стекла. Ветер взметнул пыль, и бойцы начали оседать на землю, их броня покрывалась трещинами, движения замедлялись.

Я сделал шаг вперед и развернул ладони:

— Мало? Держите «Стихийный шторм»!

О, это заклинание я любил. Жаль, редко случалось его применять ввиду его огромной опасности.

Небо раскололось вспышкой молнии. Земля содрогнулась, и на поле обрушилась волна из четырех стихий — огонь, лед, камни и порывы ветра. Огненные потоки смешивались с ледяными снарядами, молнии ударяли в камни, которые разрывались на куски и летели в стороны. Бойцы попытались активировать артефакты, но сила шторма была слишком велика. Взрывная волна отбросила их на несколько метров, ломая кости.

Один из них успел подняться и нацелить на меня гранатомет. Я вытянул руку:

— «Огненный дождь»!

В небе вспыхнула алая спираль. Сотни огненных стрел обрушились вниз, оставляя за собой следы пламени. Вспышки озаряли поле, а бойцы падали на землю, охваченные огнем. Что-то серьезное сдетонировало, и раздался взрыв такой силы, что даже меня отбросило.

— Лёш, быстрее! — отчаянно крикнул Аполлон с края берега.

Я обернулся. Катер уже заводил двигатель, до меня донеслись звуки его урчания. Лева и Уваров помогали Аполлону затаскивать Юрьевского на борт.

— Лёша!

Я сорвался с места, мчался через ледяное поле, перепрыгивая через огромные валуны. Катер громко загудел, поднимая волну ледяных брызг.

Сзади раздался треск — еще один внедорожник, скользя, развернулся на поле, его орудие нацелилось на меня.

— Не сейчас! — рявкнул я и швырнул в машину поток эфира.

Взрыв! Вспышка света, обломки металла разлетелись во все стороны.

Я прыгнул на катер, перекувыркнулся и тяжело рухнул на палубу. Катер взревел двигателем, и мы рванули вперед по замерзшей бухте. Пронеслись в узком проливе между двух живописных скал и…

Оказались в море.

— Давай! — подгонял Уваров. — Газу! Газу!

Я перевернулся на спину, тяжело дыша. Аполлон опустился рядом, хрипло смеясь.

— Живой? — спросил он.

Я улыбнулся.

— Да. Но, черт возьми, даже начал сомневаться, что силенок хватит.

— У тебя — и не хватит? — усмехнулся товарищ. — Ни за что не поверю. Кстати, Львов, ты мне проиграл. С тебя попойка в «Медведе».

Я приподнял бровь и уставился на Леву.

— И в чем заключался предмет спора?

— Я поставил на то, что ты не вывезешь всю операцию на одном личном запасе эфира, — пожал плечами лекарь. — Но сегодня ты, кажется, превзошел сам себя…

— Готовь деньги, Львов, — довольно улыбнулся Безбородко. — Я намерен выпить всю хреновуху в заведении.

— После всего, что сегодня случилось, я буду рад предоставить тебе всю хреновуху в столице…

Ребята дружно рассмеялись. Получилось, правда, нервно, но предельное напряжение требовало выхода. Я тоже улыбнулся, глядя на удаляющуюся от нас роковую бухту.

Катер набрал скорость, оставляя за кормой дымящуюся равнину и пылающие остатки машин. Мы ушли.

Но надолго ли?

Глава 18

Катер на воздушной подушке двигался по обледеневшему морю, громко гудя двигателями и оставляя за собой рваный след на поверхности льда. Морозный воздух бил в лицо, и я с трудом удерживал равновесие на небольшой палубе, пока мы набирали скорость. Аполлон стоял рядом, одной рукой держась за поручень, другой — поправляя ремень на плече.

— Нам нужно добраться до Аландских островов как можно быстрее, — сказал я, перекрывая шум моторов. — Главное — оказаться в имперских территориальных водах. До этого момента мы все еще в заднице.

— Думаешь, они попытаются нас догнать? — Аполлон скептически вскинул бровь.

— Уверен. — Я взглянул на кромку горизонта, где уже начинал сгущаться утренний туман. — Мы, считай, нагадили им на крыльцо. После такого подарка они нас так просто не отпустят.

Безбородко кивнул, обдумывая мои слова, потом резко развернулся и направился к водителю катера. Через пару минут его голос прокатился по палубе:

— Алексей! Подойди сюда!

Я пробрался к кабине, открыв скрипучую металлическую дверь. Внутри было жарко, пахло соляркой и озоном. За штурвалом сидел высоченный детина с белоснежными волосами, перехваченными на затылке в грубый узел. На шее у него висел массивный молот Тора из черненого серебра, а по мускулистым рукам шли полосы татуировок — руны, волки, змея, кусающая себя за хвост.

Рядом с ним стоял уже знакомый нам норвежец Эрик, ухмыляясь во все зубы.

— Эрик? — я сузил глаза. — Мы же вроде попрощались. Какого черта ты здесь делаешь?

— Больно уж мне ваша команда понравилась и стиль вашей работы. Вы, ребята, вообще отмороженные на всю голову. — Эрик снова широко улыбнулся. — Решил проводить вас в последний путь… или помочь сбежать. — Он хлопнул детину по плечу. — Это Хаген. Лучший из отморозков и самый отмороженный из лучших.

Хаген коротко кивнул, не отрывая взгляда от приборной панели.

— Сколько осталось до Мариехамна? — спросил я.

— Около пятидесяти километров, — ответил Эрик. — Если, конечно, нас не задержат по дороге.

В этот момент катер резко тряхнуло. Взрыв прокатился совсем рядом, подняв фонтан обломков льда и воды. Мы все одновременно перегнулись к окну.

— Черт! — выдохнул Аполлон. — Накаркал!

Я резко распахнул дверь и выбрался на палубу. За нами, едва различимые в тумане, двигались тени. Через пару секунд я разобрал очертания — аэросани. С десяток штук, летящие по льду с бешеной скоростью. По корпусу катера прошла длинная очередь из крупнокалиберного пулемета.

— Уваров! Лева! На защиту судна! — рявкнул я, наполняя эфирные каналы. — Ставьте и удерживайте барьер!

Лев мгновенно метнулся к правому борту, уже создавая защитные контуры. Уваров поднял руки, и перед катером вырос полупрозрачный купол, искрящийся в морозном воздухе.

Еще один взрыв. Я едва успел отклонить снаряд эфирным импульсом. Оранжевая вспышка взорвалась в воздухе в нескольких метрах от борта.

— Аполло! Со мной! — Я выхватил пару боевых артефактов из внутреннего кармана. — Сейчас мы им покажем, кто тут хозяин Балтики.

В этот момент дверь кабины распахнулась, и на палубу вышел Эрик. С гранатометом на плече.

— Это еще зачем? — крикнул я.

— Не зачем, а за что, — ухмыльнулся металлист. — За свободную Норвегию!

Он присел на одно колено, прицелился и выпустил снаряд.

Снаряд полетел в сторону одной из аэросаней, на борту которой красовался логотип шведской пограничной службы. Через мгновение вспышка накрыла сани, и обломки металла и ткани разлетелись в стороны.

— Получайте, сволочи! — крикнул Эрик, перезаряжая гранатомет и улыбаясь во весь рот.

— Аполло, дави массовыми. Вперед! — скомандовал я, наполняя эфирные каналы боевой энергией.

Я поднял руку, концентрируясь на заклинании. Вокруг моей ладони заискрились огненные нити.

— «Стихийное разрушение», — выдохнул я.

Из-подо льда взметнулся шквал раскаленных потоков — огонь, вода и осколки льда смешались в разрушительном вихре. Две ближайшие аэросани подбросило в воздух, и они с грохотом рухнули на лед.

Аполлон метнулся к левому борту, обнажая клинок, из которого вытягивались искры эфира. Он ударил в сторону очередной приближающейся санки, и разряд силы располосовал корпус, прорезав металлическую обшивку.

— «Ледяной вихрь»! — рявкнул Безбородко.

Ветер наполнился осколками льда, благо энергии стихий здесь было полно. Поток холода окутал ближайшие сани, замораживая двигатели и покрывая их толстым слоем инея. Одна из машин, потеряв управление, перевернулась и с грохотом врезалась в лед.

— Это все, что они могут предложить⁈ — Эрик зарядил еще один снаряд и выстрелил.